Victory значит победа

Tora_san

– Мы понимаем, сразу столько вопросов… - в попытке оправдать свое обоснованное любопытство сказала она, коснувшись ладонью руки мужа.
– Но и вы нас поймите… Ваше появление… это, по меньшей мере, странно.

– Конечно, - не стал возражать Сириус-школьник.
– На вашем месте я бы тоже начал задавать вопросы. По правде говоря, мне самому не все до конца ясно.

Я почувствовала на себе его взгляд. Сердце билось где-то в горле, мешая нормально дышать.

“Сириус!
– потеряв всякое самообладание, воззвала я

мысленно.
– Скажи мне, пожалуйста! Ведь это мои родители?”

Он смотрел куда угодно, только не на людей, которые что-то значили в его жизни в прошлом. Потом повернул голову, и наши глаза встретились. В его взгляде я прочла сожаление.

“Да, Виктория. Элизабет и Кристиан Эвансы - твои родители.”

Хоть я ожидала этого, но все равно слова Сириуса подействовали на меня как шоковый удар. Издав какой-то неясный тонкий звук, похожий на писк, я до боли прикусила губу. Но, видимо, звук был достаточно громкий, потому что все посмотрели в мою сторону.

– Извините… - кое-как выдавила из себя я и отвернулась.

– Ох… Наверное, я поторопилась с вопросами, - вдруг сказала Элизабет… моя мама. Да, мама, потому что теперь я не могла называть ее по имени.
– Вы же все, по-моему, еле на ногах держитесь, а кое-кто и ранен, как эта девушка.

Гермиона, с напряженным вниманием слушавшая разговор, при последних словах подняла голову и попыталась сесть.

– Нет-нет, лежи, дорогая! Тебе пока рано вставать.

– Но я вполне… - начала она, прикрыв при этом глаза.

– А по-моему, ты еще не вполне, - сказал Рон, останавливая ее движением руки.
– Так что лежи, пока есть возможность.

– Вот именно, - поддержал Крис… мой папа.
– Мы вас не гоним, до утра вы можете остаться, а там уж…

Сириус не спешил возражать, наверняка считая, что Гермионе действительно лучше полежать, а не подвергать ее ослабленный организм нагрузкам. Я нервно дернулась, когда позади послышалось:

– Вам, похоже, тоже нужна помощь. У вас лицо залито кровью.

Помедлила и оглянулась. Моя мама стояла в двух шагах и с мягким сочувствием смотрела на меня. Горло сдавило так, что стало почти нечем дышать.

– Идемте я провожу вас в ванную.

Я не знала, что сказать, и продолжала взирать на нее с беспомощностью и недоверием. Видимо, поняв мое состояние по-своему, мама легонько дотронулась до моего локтя. По телу словно электрический заряд прошел. Я инстинктивно подалась назад, едва при этом не наткнувшись на Гарри.

– Все в порядке?
– озабоченно спросила она.

– Нет… Да… - промямлила я, пытаясь хоть немного прийти в себя. Но множественные взгляды лишь еще больше нарушали мое душевное равновесие. Вдобавок из-за сильного напряжения вернулось головокружение. Гостиная и обращенные ко мне лица начали куда-то уплывать.

– Пойдемте.
– Мама мягко, но твердо потянула меня за собой.

Я не сопротивлялась, ибо понимала, что в противном

случае мое поведение вызовет недоумение, а значит - новые вопросы. На мгновение поймала тревожный взгляд Сириуса, и мне вдруг почудилось, что он сейчас кинется вслед за нами.

“Не бойся, - послала я ему сигнал.
– Хотела увидеть родителей, что ж, моя мечта сбылась. Так что в обморок, я надеюсь, не упаду.”

“Это хорошо… Но, если честно, в данный момент меня больше всего беспокоит Грейбэк.”

“Да? А что с ним?”

“В том-то и дело: что с ним - ничего не известно.”

“Как? Разве вы его не поймали?”

“Нет. Он сбежал, едва понял, что остался в меньшинстве. И вполне вероятно, что Грейбэк может вернуться, и не один.”

От этой невеселой новости я немного сбилась с шага. Мама ничего не заметила, или сделала вид, что не заметила. Мы вышли из гостиной в холл, а оттуда - в небольшой коридор, заканчивающийся двумя дверями. За одной из них оказалась ванная комната.

– Раздевайтесь пока, а я принесу что-нибудь сухое и теплое. Если вы не против, - сказала мама, стоя на пороге.

Я замотала головой, отчаянно желая не зареветь от того, что не могу признаться ей во всем.

– Вот и хорошо, - улыбнулась она.

Оставшись в одиночестве, я в изнеможении опустилась на краешек ванны. Затем, собравшись с силами, открыла кран и подставила под хлынувшую теплую водяную струю сложенные ладони. Окунула туда лицо. Вода окрасилась розовым.

– Мама, ты здесь?
– послышалось от двери.

Будто вспугнутое животное, я резко вскинула голову. Капли воды потекли мне за шиворот. Дверь была чуть приоткрыта, а в узкой щелке виднелось детское личико. Встретившись со мной взглядом, его обладатель, вернее, обладательница в удивлении расширила глаза.

– Ой!

На секунду она исчезла из щелки, но потом заглянула снова.

– Привет. Вы кто?

– П-привет… - проговорила я, вытаращившись на саму себя, только маленькую копию. Моргнула, надеясь, что видение пропадет, но оно никуда не пропадало. Более того, рыжая девочка с точь-в-точь как у меня глазами протиснулась в ванную, смешно сморщив нос.

– А вы не знаете, где мама?

– Нет… не знаю…

Чувствуя приближающуюся истерику, я отступила к дальней стене и закрыла мокрое лицо ладонями. Видеть себя-маленькую было выше моих сил. За дверью прозвучали шаги.

– Вот я… Дейзи! Что ты тут делаешь?
– произнесла мама, ее и моя.

До чего же странно говорить о себе в третьем лице…

Я осторожно раздвинула пальцы. Мама положила стопку вещей, которые принесла с собой, на полку и присела перед девочкой. Передо мной, правильнее сказать, но это звучит довольно абсурдно. Поэтому лучше абстрагироваться от той Дейзи, не ассоциировать ее с собой.

– Ты зачем спустилась?

– Я тебя искала, - ответила Дейзи, поглядывая на меня с интересом.