Victory значит победа

Tora_san

Господи!.. Но я не могу бросить ни его, ни Гарри с Роном тут одних с бандой опасных сектантов!

Бам! Теперь уже в дерево врезается заклятие. Оно и подстегивает меня. Я бегу почти наугад.

– Гермиона!
– кричу, машинально осматриваясь.

– Я здесь!
– доносится справа запыхавшийся голос девушки.

Оборачиваюсь и вижу при неверном свете то и дело вспыхивающих лучей Гермиону, а позади нее - высокую темную фигуру. Вместо лица у последней - бледное пятно. Маска.

Рука сама собой поднимается, а губы произносят “Ступефай!”

Расширив в испуге глаза, Гермиона без единого

звука падает в снег, а заклятие летит прямиком в Пожирателя. Он не успевает поставить щит и валится вниз, пораженный лучом.

– Где Паркинсон?
– спросила я, подбежав к Гермионе, уже поднимающейся на ноги.

– Здесь где-то… - пробормотала она, пятясь от оглушенного Пожирателя.

Впрочем, слизеринку я заметила сама. Паркинсон стояла недалеко, прижавшись спиной к дереву, возле которого сражались Гарри и Рон. Сириуса же отсюда не было видно.

“Ты все еще здесь, Виктория?”

Вздрагиваю. Меня он видит, это ясно.

“Я ухожу… Будь осторожен… Вы будьте осторожны…”

– Пойдем, - шепчу Гермионе, отступая.

– Подожди… - шепчет она в ответ. Затем взмахивает палочкой в направлении Пожирателя, и того опутывают толстые веревки.

Не думаю, что это его надолго задержит, кто-нибудь из своих освободит.

Когда я хватаю Паркинсон за локоть, та не слишком сопротивляется, хотя явно не радуется нашей компании, но выбирать-то не приходится. Мы втроем выходим из-под деревьев, становится светлее. Поблизости - никого. В особняке по-прежнему огни. Кажется, Волдеморт даже не высунул носа наружу, предоставив своим подчиненным действовать самим. Если так, это весьма обнадеживает…

Ограда была уже недалеко. Прячась за всеми попадавшимися нам на пути препятствиями, мы в конце концов достигли ее. Это главное. Как преодолеть ее - уже другая забота. Но расслабляться еще рано.

– Вики… - прошептала Гермиона, тронув меня за плечо. Ее глаза смотрели куда-то вдаль.

Я обернулась. На главной дороге, ведущей к парадному входу особняка, на фоне светлой стены дома отчетливо вырисовывались пять или шесть человеческих силуэтов. И судя по тому, как они двигались, лицом к лицу, с угрожающе поднятыми палочками, там были не только Пожиратели.

– Сириус и Джеймс, - сказала я, и Гермиона кивнула.

Раздумывать, что делать, бежать на подмогу или спасаться самим, времени не оставалось. Ноги уже несли меня в направлении к группе сражающихся людей. Гермиона немного отстала, но побежала следом. За высокими кустами, которые росли вдоль подъездной дороги и образовывали аллею, мы притаились. Глядя сквозь голые ветки, я отстраненно подумала о том, что летом на кустах среди сочной зелени цвели белые цветы.

Впереди сверкали разноцветные вспышки, отвлекая меня от посторонних мыслей. Две фигуры, в которых без сомнений угадывались Джеймс и Сириус, ни на секунду не прекращая отражать удары противников, мало-помалу отступали к воротам. Но все же было понятно, что сила не на их стороне. К тому же Пожирателей в любой момент могло прибавиться.

– Вики, - шепнула Гермиона, явно догадываясь, что я предприму дальше, - не рискуй…

– Пожирателей всего трое, а нас будет четверо. Прорвемся.

С такими словами я вышла на дорогу и оказалась прямо позади беломасочников, внимание которых было всецело поглощено стремлением разделаться

с двумя гриффиндорцами. А вот Джеймс и Сириус меня заметили сразу, но озвучивать это, слава богу, не стали. Зато принялись в усиленном темпе обстреливать заклятиями Пожирателей. Тогда я применила Петрификус Тоталус. До сего момента это заклинание оставалось невостребованным, так как, собственно, случай воспользоваться им представился впервые. Поэтому я не знала, насколько сильным получится его эффект, и подействует ли вообще. Эффект превзошел мои ожидания. Сорвавшийся с кончика палочки луч угодил в цель - в спину стоящего посередине мужчины. Тот, застигнутый врасплох, застыл и, покачнувшись, бревном повалился вперед. Двое других Пожирателей, на мгновение забыв о Сириусе с Джеймсом, круто развернулись на сто восемьдесят градусов. Увидев меня, они издали неясные восклицания. Должно быть, очень удивились.

Не нужно было им отвлекаться. Полыхнули вспышки, и вот уже остальные Пожиратели лежат на снегу, не подавая признаков жизни.

– Вовремя вы появились, - переведя дух, произнес Джеймс.
– Еще бы чуть-чуть и…

Он не договорил, но и так было понятно, что “чуть-чуть”. Заметив краем глаза движение, я мгновенно вскинулась. Но оказалось, это была всего-навсего Гермиона. Встретившись со мной взглядом, она изобразила слабую улыбку.

– А где ваша Пенелопа?
– спросил Сириус, держа в поле зрения застывшие на земле фигуры.
– Когда мы вытащили ее из дома, она внезапно куда-то делась…

– Да тут она, недалеко, - успокоила я, а сама в легкой тревоге зашарила взглядом по темнеющим в стороне кустам. Вот будет кошмар, если Паркинсон вновь попадется в руки Пожирателям… - Пенни!
– негромко позвала я, опасаясь того, что услышит кто-нибудь совершенно нежелательный для нас.

Стояла какая-то неестественная тишина, и это пугало больше, чем если бы воздух вокруг был наполнен звуками битвы.

– Пенни!
– на этот раз подала голос Гермиона, осторожно шагнув к краю дороги.

По-прежнему тихо, только налетевший холодный ветер засвистел между ветвями кустарника.

– Пойдемте поищем… - начал Джеймс и осекся.

Я машинально посмотрела на него и увидела, как стремительно меняется выражение его лица. А так как взгляд Сириуса был устремлен в том же направлении, то и он вскоре выглядел не то ошеломленным, не то раздосадованным. Я уловила негромкий, но судорожный вздох Гермионы, и сердце у меня екнуло.

– Не эту ли девочку вы ищете?
– раздался незнакомый неприятный мужской голос почти рядом. По спине пробежал озноб, но я боялась оборачиваться, ясно представляя, что увижу сзади. Однако все-таки вынудила себя повернуться, медленно, едва ли чувствуя свои ноги.

В двух шагах возвышался большой, даже огромный, мужчина со спутанными пегими волосами и абсолютно нечеловеческим взглядом. И все же сильнее всего меня потрясло не это. Перед ним стояла перепуганная Паркинсон, которую незнакомец держал за руку, стиснув на предплечье грязные пальцы с длинными желтыми ногтями. Девушка практически находилась на грани обморока. Пожиратель, похоже, не замечал ее состояния, поигрывая палочкой у обнаженной шеи Пэнси.

– Отпусти ее!..
– нетвердым голосом произнесла я, ощущая слабость в коленях. Как бы самой в обморок не упасть…