Victory значит победа
Шрифт:
То же самое говорил Волдеморт. Но мне плевать, что он там говорил! Если я буду верить всем его словам…
Меня точно обожгло.
То есть как буду? Я что, уже готова и дальше увидеться с этим маньяком?!
– Это неправда, - вслух объявила я, резко выпрямляясь.
– Что неправда?
– Пророчество не про меня.
“Вот-вот, точно также ты утверждала, когда не хотела верить в то, что твое настоящее имя Дейзи Эванс, - произнес внутренний голос.
– И что же оказалось на деле?”
Действительно… Я сникла, испытывая что-то среднее между страхом и растерянностью.
Я слегка вздрогнула и оглянулась, словно ожидая увидеть этого ребенка, который резвится и играет где-то здесь, как само собой разумеющееся.
– Я знаю, что тебе этого не хочется, - тихо сказал Сириус.
– Думаю, не всем придется по душе пророчество, особенно, если оно касается смерти или тяжелых испытаний, выпадающих на неопределенное будущее. Такое, как, например, у Гарри. А если немного поразмышлять, это пророчество нельзя назвать приносящим плохое предзнаменование или указывающим на беды, которые произойдут в будущем. А если призадуматься еще глубже, можно понять, что речь в нем идет не столько о волшебнице, сколько о ее наследнике.
На миг забыв о своем решении оставить этот разговор до утра, я с любопытством повернулась к нему.
– Возможно… О нем и его загадочной силе. Знать бы, что это за сила такая, которая позарез понадобилась Вол…
Остаток фразы застрял у меня в горле по причине его странного сжатия. Я даже нормально вздохнуть не могла, так как в сознание с опозданием впивались мои собственные слова, показавшиеся ядовитее змеиного укуса.
– Что ты сказала?
– Голос Сириуса почему-то чуть охрип, а сам он смотрел на меня с нескрываемым испугом.
– Волдеморту понадобилась сила наследника?
Я вскочила на ноги, едва не задев его по лицу - так резко взмахнула руками.
– Ничего я не говорила!
Он тоже быстро встал с явным намерением узнать все до конца.
– Говорила! Ты сказала про загадочную силу наследника и Волдеморта, который хочет…
– Молчи!
– почти прокричала я, зажав уши ладонями.
– Виктория!
Он шагнул ко мне, а я, не отнимая рук от ушей, отбежала в сторону. Постороннему наблюдателю могло бы показаться, что мы играем в какую-то затейливую игру.
– Я не хочу об этом говорить! Пожалуйста, не заставляй меня убегать и от тебя тоже!
Лишь произнеся эти слова, я предельно осторожно отстранила ладони от головы, чтобы услышать, что скажет Сириус.
– Ладно, сейчас не буду, - с заминкой ответил он, пристально глядя на меня.
– Но потом ты мне все расскажешь.
– Вот и чудно… - пробормотала я, проигнорировав второе предложение.
Прошла мимо него, направившись в ванную.
– Извини, мне надо освежиться.
Закрыв дверь, я привалилась к ней спиной и медленно села на корточки. Когда же все это кончится? Как я устала от всего этого кошмара… И Сириуса жаль, сколько ему приходится переживать из-за меня… Гарри разве заслужил
…Где-то вдалеке затихал звонкий смех. Девушка быстро шла по безлюдному длинному коридору, какая-то неясная тревога заставляла ее пальцы сжимать гладкую рукоять волшебной палочки. Еле уловимый шорох позади нее будто подстегнул девушку, и она на миг оглянулась, но тут же прибавила шаг. Свернула за угол, когда кончился коридор, и… уткнулась в небольшую дверь. Она дернула за металлическую ручку. Перед ней предстал темный чулан с щетками и ведрами. Девушка толкнула обратно дверь, торопясь выйти в коридор.
– Лили!
Она развернулась и увидела летящий прямо в нее яркий, похожий на сверкающую стрелу, луч…
Сон оборвался так внезапно, что я еще несколько секунд не могла сообразить, где нахожусь. Нет, то, что это был сон, сомнений никаких не вызывало, но яркость ощущений указывало на то, к какого рода видениям он относится. Давно мне такие сны не снились, чему я была, признаться, рада. И вот, сюрприз…
– Не было печали… - хрипло пробормотала я, не открывая глаз.
Однако тут же опомнилась и распахнула веки. В спальне кроме меня никого не было. Я прислушалась, надеясь уловить шум льющейся в ванной воды. Но тишина стояла полнейшая. Значит, Сириус уже ушел и будить меня не стал. Ну, ладно…
Я села на постели, отбросив одеяло. На подушке рядом выделялось яркое пятно. Я протянула руку, гадая, что это. Долго мучиться не пришлось. Пятно вдруг превратилось в алое картонное сердце, подозрительно напоминающее валентинку, которыми обмениваются влюбленные.
А какой сегодня день? Неужели четырнадцатое февраля? Так скоро?
Внутри двойного сердца оказалась всего одна строчка: “Я думаю, ты и сама все поймешь”.
Но вместо ожидаемой радости во мне разлилось острое чувство вины. Ну почему происходит именно так, а не иначе?
Зажав в ладони валентинку, я соскочила с кровати и принялась суетливо одеваться. Найти бы Сириуса и все ему объяснить. И Гарри тоже… Хотя они придут в ужас, узнав подробности в истории с пророчеством.
Наскоро умывшись и сделав впервые в жизни строгий пучок на затылке, тем самым походя на среднестатистическую учительницу, я вышла из комнаты. Сириус, наверное, в Большом зале, если, конечно, завтрак еще не закончился. Но даже если и не там, мне нужно чем-то подкрепиться.
К некоторому моему облегчению, я спускалась в холл не в одиночестве. Тут и там небольшими группками появлялись чуть заспанные гриффиндорцы и рейвенкловцы.
– Доброе утро, мисс!
– раздалось сзади так неожиданно, что я, задумавшаяся о своих проблемах, явственно вздрогнула и едва не соскользнула с последних двух ступеней.
Обернувшись, увидела, как с лица Джеймса Поттера сползает улыбка, а стоящий рядом Ремус наполовину тревожно, наполовину раздраженно смотрит на него. Интересно, где они потеряли Сириуса и Петтигрю? Обычно, Мародеры ходят вместе…
– Извините, я не… - начал Джеймс.
– Ничего, все в порядке, - быстро сказала я, пробегая взглядом по проходящим мимо школьникам.