Везунчик
Шрифт:
Линара внимательно смотрела как я обнюхиваю пучок, потом легла на спину и закрыла глаза.
— Я готова.
Бля, она, видите ли, готова! Не хватает только врачей сексологов с проводами и датчиками для измерения её эмоций и рефлексов. А мои желания и готовность её не интересуют? Я ведь не герой из порнофильма, мне нужно хоть что-то чувствовать, прежде чем приступать к этому делу. Но деваться некуда, сам предложил. Надо было чмокнуть Линару пару раз в щёчку, и сейчас бы уже ехали в поместье. А теперь-то чего стонать?
Сбросив куртку, прилёг рядом с девушкой и долго разглядывал её, настраиваясь. Слышал похвальбу одного проститута, что он такой профессионал, что у него по желанию
Рука осторожно коснулась груди, талии, потом я на автомате стал расстёгивать пуговички блузки. Линара не возражала, и я стал ласкать великолепную грудь. Потом девушка вдруг остановила меня — "подожди!". Села, не открывая глаз, и сбросила с себя блузку. Я снова наклонился к ней, но она шепнула: "сними рубаху!". После этого и мне досталась доля удовольствия — не только я целовал, но и меня целовали. Не только я обнимал, но и меня обнимали. Линаре откровенно нравилось то что мы делали, и я вдруг жутко позавидовал тому парню, которого так хотели. Наверное, на этом можно было и остановиться, но рука сама потянулась к застежке ремня, к бёдрам. Я целовал пупок, а брюки девушки уже отлетели в сторону. Ну лишние они между нами! Линара осталась только в панталончиках с кружевами, но они мне почти не мешали. Потом и они улетели в траву. Мы ласкали друг друга молча, и за всё время Линара ни разу не открыла глаза. Иногда вздрагивала, иногда ежилась, покрывалась пупырышками, если получалось щекотно, но глаз не открывала. Я добрался до самого сокровенного, но девушка покорно сносила ласки моих рук, губ и языка. О таком можно только мечтать, я откровенно завёлся, и поцелуями бы дело не ограничилось, но я и в самом деле оказался импотентом. На Земле с этим проблем вообще не было, а тут… ничего даже не шевельнулось. Меня трясло от возбуждения, но ничего не шевельнулось. Всё, что я мог — это поцелуи и прикосновения, и я очень постарался, чтобы Линара получила настоящее удовлетворение от наших ласк.
Потом мы долго лежали, приходя в себя и успокаивая дыхание. Первой опомнилась Линара. Быстренько собрала вещи и оделась. После этого снова улеглась рядом и долго смотрела на меня, словно видела в первый раз. Я покосился на неё.
— Одно могу сказать твёрдо — ты самая нормальная женщина, и нужен лишь понимающий тебя мужчина, чтобы ты стала счастливой.
— Такой как ты? — серьёзно спросила Линара.
— Я лишь один из многих, — вздохнул я — да и это будет мешать — я показал на ошейник.
Линара вдруг наклонилась и припала к моим губам.
— Ты тоже пахнешь очень приятно. Я запомню тебя.
Наверное, это была похвала. Я снова приобнял девушку.
— Запомни, а то вдруг я когда-нибудь проберусь к тебе в спальню, а ты вместо поцелуя огреешь меня чем-нибудь тяжёлым.
Линара снова прижалась ко мне.
— Твой запах я уже не забуду.
Обратно доехали быстро. После того
Когда приехали в усадьбу, Линара ушла, не прощаясь и не оглядываясь. Немного обидно, но и винить её не за что. Я — пришлый слуга, она — дочь баронессы, хозяйка поместий. Ей приличия надо соблюдать. Может, из-за этого и поехали на ту поляну?
Надо было поговорить с баронессой, но я решил отложить разговор до утра. Поужинаю как человек, посплю, а потом и позавтракаю на целый день. В моём положении от такого отказываться не стоит.
Утром, сытый и отдохнувший, пришёл к хозяйскому дому доложиться что ухожу, но служанка, через которую я хотел вызвать баронессу, повела меня в дом. На втором этаже зашли в кабинет, где баронесса занималась делами. Я с интересом огляделся. Хороший такой кабинет, квадратов пятьдесят, да ещё и двухэтажный. В смысле, вторым этажом была галерея, сплошь уставленная шкафами с книгами. Баронесса сидела за огромным столом, заваленном бумагами, и внимательно разглядывала меня, пока сам я таращился по сторонам.
— Всё-таки уходишь?
— Да, госпожа.
— Графиня может приехать уже сегодня вечером.
— Для меня это ничего не меняет, госпожа баронесса. Свои дела здесь я закончил, так чего сидеть и ждать непонятно чего?
— Ждать свою госпожу для тебя значит ждать непонятно чего? — вкрадчиво проговорила баронесса.
Вот же старая, цепляется к словам. Надо поосторожнее болтать языком.
— У госпожи графини свои планы, и в этих планах меня точно нет — медленно произнёс я.
— Как знать, как знать… — пробормотала женщина — Ладно, решил так решил. Это тебе за то, что научил Линару ездить на мапеде.
Наклонившись, женщина положила на край стола сверкнувшую золотом монету. Жаба требовала хватать не раздумывая, но я тут же вспомнил свои мысли в Мёртвых землях.
— Благодарю, госпожа, но как только я достану золото из карманов, меня тут же схватят за воровство. Если уж хотите наградить, то я бы предпочёл серебро.
Усмехнувшись, баронесса достала из стола и сыпанула горсточку серебра, но золотой не убрала, а добавила к нему ещё один.
— А это — чтобы закрыть тебе глаза, и ты в сторону Линары больше не смотрел.
Слова по отдельности понятные, но вместе как-то не складывались. Видя мою задумчивость, баронесса вдруг взъярилась.
— Что, мало?
Опомнившись, я, на всякий случай, поклонился.
— Простите, госпожа. Вы можете усыпать золотом весь стол, но я просто не понимаю о чём вы говорите.
Баронесса прикрыла глаза и посидела так, успокаиваясь.
— Ты для Линары не пара. Это понятно?
— Конечно, госпожа — закивал я — Она — леди, я — слуга.
— И вы не должны больше встречаться!
Не удержавшись, я хмыкнул.
— Если леди Линара чего-то захочет, как я могу отказать ей?
— Не беси меня! — баронесса снова стала наливаться яростью.
— Так я пошёл?
— Уматывай!
Уже дойдя до двери, вдруг вспомнил свои мысли по мапеду и вернулся к столу.
— Я не могу ничего советовать вам, госпожа баронесса, но лучше было бы отправить мапед в поместье графини для небольших доработок.
— Вернуть подарок?
— Ни в коем случае, госпожа, но этот мапед был сделан как пробный, и сейчас уже можно сделать некоторые улучшения, чтобы он стал по-настоящему достойным госпожи Линары.