Везунчик (СИ)
Шрифт:
Команда проснулась на рассвете. Быстренько перекусив, мы покинули гостеприимную часовню, которая, как выяснилось, была обителью Хинэли. Она являлась одним из немногих храмов, которые уцелели в войне, поскольку при наступлении эльфы целенаправленно разрушали все человеческие святыни. Этот любопытный факт мне сообщил Сишк, который сегодня стал немного более разговорчивым (судя по всему, пытался как-то загладить ночную выходку). Он же поведал, что ушастые поклоняются своей богине, которую называют Матерью, причем считают королеву ее аватрой – своего земной оболочкой, способной на краткое время (для объявления пророчеств или отдачи указаний) принять разум богини.
Нет,
День выдался весьма спокойным, столкновений с хищниками почти не было, а те, что попадались по дороге, особо не досаждали. Встреч с другими отрядами не было – либо конкуренты сами обходили нас десятой дорогой, либо мы заранее сходили с пути и прятались в кустах. В обед посланный на разведку Лашт столкнулся с дремавшим в кустах хряком, поэтому команда до отвала налопалась шашлычками из свинины, да еще и прихватила жареного мяса с собой.
Но эта продолжительная остановка стоила нам укрытия – небольшой расселины в скалах, которая оказалась занятой решительно настроенной командой. Пришлось коротать ночь в близлежащем лесу и несколько раз просыпаться, чтобы отбить нападение нескольких обезьян, стайки какой-то уродливой членистоногой мерзости, очень похожей на крабов, а затем длинных живых лиан, которые попытались обвить нас и утащить куда-то в чащу. Последние приползли к стоянке в мою вахту, но заметил я их только когда присел под кустиками с понятными намерениями. Наверняка я выглядел очень комично, со спущенными станами рубая саблей брызгавшие липким соком извивающиеся зеленые жгуты, схватившие меня за ноги, но проснувшимся искателям было не до смеха, поскольку эта дрянь успела окружить нашу стоянку. Пару минут мы все вместе расчленяли подползавшие лианы, а когда напор ослаб, подхватили свои вещи и выбежали на открытое место.
Хотя до восхода солнца еще оставалось время, мы наскоро позавтракали оставшимся жареным мясом и продолжили путешествие. Только уже не стали возвращаться к дороге, а направились на юг. По старой традиции, я первым делом расспросил спутников о той гадости, которая на нас напала. Оказалось, что те существа, которых я обозвал крабами, являлись крупными жуками. Они обычно охотились в составе небольшого роя и на людей нападали только во время сна. Яд этих тварей обладал сильным парализующим воздействием, а хитиновые панцири могли взять алхимики за несколько медяков. Лианы же были частью гигантского плотоядного цветка, который располагался в чаще, но мог далеко вытягивать свои отростки-щупальца в поисках добычи. Мда, и какую только мерзость не встретишь на Проклятых землях!
Идти по зеленым лугам с травой по колено было намного труднее. Кроме того в густой растительности таилось много опасностей. Когда взошло солнце, Сишка за пятую точку укусил какой-то жук. Не ядовитый, но очень крупный, поэтому приятного было мало. Искатель потом добрые полчаса периодически почесывал правую ягодицу. Спустя час не повезло мне – один из рыжих муравьев пробрался под штанину и укусил меня своими мощными челюстями. Хорошо так укусил, вырвав солидный кусок мяса – даже ситом пришлось посыпать.
А около полудня Лашт умудрился наткнуться на осиное гнездо. Причем не просто наткнуться, а задеть его сапогом.
Буквально через полчаса впереди показалась большая роща. Нет, рощи нам попадались и раньше, поскольку в этой части Проклятых земель растительность была необычайно буйной, но эта являлась особенной. Во-первых, она была весьма неоднородной. Если прочие, как правило, состояли из деревьев примерно одинаковой высоты, то здесь кроны некоторых лиственных гигантов возвышались над прочими, причем были разной формы – то остроконечной, как у тополя, то куполообразной, как у клена. Во-вторых, деревья этой рощи заросли какими-то лианами, опутавшими их настолько плотно, что просветов между стволами практически не было видно. В-третьих, почти все они были покрыты вьюнком. Или не вьюнком, но аналогичным сорным растением, украшавшим деревья мелкими фиолетовыми цветами.
Издали это выглядело очень красиво, но я никак не мог понять, что же в этой роще кажется мне странным, и зачем Дорак ведет нас прямо к ней. И лишь когда мы подошли поближе, я начал различать на кронах деревьев поржавевшие флюгера, темно-коричневую черепицу, проглядывавшую из-за густой листвы, каменную кладку стен… Нет, это была совсем не роща. Это был большой город. Город, покрытый зеленью.
– Дошли, – облегченно выдохнул Сишк, когда отряд достиг деревьев и остановился.
– Привал? – уточнил я у Дорака, внимательно осматривающего опутанные лианами стволы.
– Нет, – ответил командир, не отрывая взгляда от деревьев. – Сейчас будем работать. Нужно только найти метку… Ага! Пошли!
Искатель уверенно повел нас вправо, а потом отодвинул зеленые канаты и скользнул в полумрак лесной чащи. Отряд направился за ним. Цепочкой, след в след, мы пробирались по лесу, стараясь не запутаться в переплетении корней, не угодить в сети необычайно липких лиан и не поцарапаться о колючки местного вьюнка. Дораку, идущему впереди, пришлось нелегко, несколько раз он доставал свою саблю и перерубал загораживающие дорогу шлагбаумы, разбрызгивая во все стороны прозрачный сок. Пару минут мы продирались по этой сельве, после чего достигли проема городской стены, где ранее были ворота. Разрубив еще пару лиан, Дорак первым шагнул на мощеную камнем улицу, буркнул: «Добро пожаловать в Тертос!» и двинулся к центру города, настороженно поглядывая по сторонам и не собираясь прятать в ножны залитую соком саблю.
Глава 19. Зачистка
Оглядев увитые виноградными лозами (или не виноградными, кто их разберет?) дома, высокую траву, росшую из сточных канав, какой-то пушистый зеленоватый мох, взбиравшийся на серую каменную кладку зданий, густые кусты, умудрившие своими корнями раздвинуть булыжники мостовой, вьюнок на стенах и крышах строений, растопыривший свои бутоны в разные стороны, словно новогодняя гирлянда, и все прочее, я признал – город довольно красив. Эдакое гармоничное сочетание дикой природы и цивилизации. Интересно, он был таким раньше, или лишь после войны аномальная энергетика укрыла его зеленью?