Везунчик (СИ)
Шрифт:
– Может быть, пройдем в более удобное место?
Скупщик с сожалением вынул свою загребущую ручонку из мешка и приказал:
– Хорошо, следуй за мной.
Вместе с хозяином я вошел в небольшую комнатушку, где стояла только пара стульев и стол. Скупщик жестом предложил выложить все добро, после чего принялся вдумчиво и неспешно его сортировать, Каждое украшение он рассматривал отдельно, некоторые даже протирал извлеченной из кармана мягкой тряпочкой, а затем раскладывал по трем кучкам. В одну попали все перстни искателей, в другой оказались цепочки с кулонами и без, в третьей были браслеты и брошки, а самая большая
– Не буду расспрашивать, где ты это все добыл, но хочу уточнить, если вдруг кто-нибудь явится ко мне и примется расспрашивать о каких-либо принесенных тобой украшениях, я могу рассказать о тебе? Сам понимаешь, если хочешь, чтобы я ответил, что никогда не видел ничего подобного, цена будет иной.
Я отметил, что хозяин этого дома наверняка балуется скупкой краденного, раз задает такие вопросы, и ответил:
– Я сомневаюсь, что такое может произойти, однако если кто-нибудь станет проявлять интерес к моему товару, мне все равно, что он услышит в ответ.
– Дело твое, – подал плечами скупщик и обрадовал меня суммой: – Тринадцать золотых за все.
Эта цена меня категорически не устроила, так как одних только золотых украшений по весу было явно больше, поэтому я назвал свою:
– Двадцать пять.
В ответ мужик рассмеялся, а потом с улыбкой заметил:
– Парень, мы с тобой не на базаре, чтобы торговаться.
– Я понимаю. Но сдавать все это за бесценок тоже не намерен.
– За бесценок? – воскликнул скупщик. – Да столько тебе даже в Гильдии не дадут!
– Что ж, тогда я не стану ничего продавать.
Я попытался сгрести драгоценности обратно в мешок, но скупщик накрыл мою ладонь своей и мягко сказал:
– Ладно, признаю, погорячился. Раз ты настолько уверен в том, что товар не «горячий», я готов пойти навстречу и предложить пятнадцать золотых.
– Еще пять сверху и считай – договорились! – пошел и я на уступку.
– Нет, это мое последнее предложение, – заартачился мужик. – И только не думай, будто кто-нибудь в приграничье предложит тебе цену выше. Руку даю на отсечение, если ты сейчас откажешься и уйдешь, то вскоре обязательно об этом пожалеешь.
Это что, плохо завуалированная угроза? Тогда нужно линять отсюда поскорее, пока скупщику не стукнуло в голову просто прикончить меня и получить все добро на шару.
– Подумай, не торопись, – словно змей-искуситель продолжал увещевать меня хозяин. – Я могу заплатить сразу за все, а в любом другом месте у тебя возьмут только самые ходовые украшения и непременно поинтересуются происхождением некоторых весьма приметных вещей. Кроме того, я ручаюсь, никто не сможет узнать, что ты внезапно разбогател. Если, конечно, сам по пьяни не разболтаешь.
Скупщик хохотнул, а я задумался. Да, он в чем-то прав. Если я сейчас пойду сбывать свое добро в различных ювелирных лавках, которые для начала нужно найти, то однозначно попаду в поле зрения разных нехороших личностей, что чревато большими неприятностями. Второй вариант – продать украшения где-нибудь поближе к столице Империи – был более выгодным. Однако существовал один маленький нюанс – я не знал, насколько дорого мне обойдутся услуги мага-универсала. Так что в данный момент наличность мне совсем
– Согласен, – кивнул я скупщику.
Тот попросил меня подождать, а сам сбегал гуда-то и вернулся с небольшим мешочком, в котором оказалось ровно триста серебряных монет, к которым он добавил пять золотых. Быстро (ну, насколько это было возможно) пересчитав деньги, я спрятал их в рюкзак, и хотел по-быстрому распрощаться со скупщиком и вернуть толмач, но все это время перебиравший драгоценности хозяин указал мне на перстни и сказал:
– Парень, ты знаки-то свои не забудь. Или ты не собираешься с ними идти в Гильдию? Тогда сказал бы сразу, я бы и их взял на переплавку.
Сообразив, что прокололся с искательскими цацками, я решил не изображать забывчивость, а попытаться разузнать о них побольше. Все равно скупщик сказал, что не собирается никому обо мне рассказывать, так почему бы не воспользоваться ситуацией?
– А зачем с ними идти в Гильдию?
– Постой, ты что, новичок? – удивился мой собеседник.
– Да.
Хмыкнув, хозяин заметил:
– Уж больно хорошо ты торгуешься для новичка. Неужели раньше купцом был? Разорился и подался в Приграничье?
– Вроде того, – ответил я, намекая скупщику, что его праздное любопытство утолять не намерен.
– Ладно, можешь не говорить. А знаки, чтобы ты знал, любой искатель или вольный путешественник обязан сдавать только в Гильдию, при этом рассказывая обо всех обстоятельствах их обнаружения. Так что, продашь их мне? Даю за все половину золотого.
Но я покачал головой. Во-первых, это было весьма дешево, а во вторых, у меня родилась гениальная идея, в которой этим украшениям отводилась немалая роль. Мой собеседник ничуть не расстроился, проводил меня до дверей и вернул толмач, напоследок посоветовав заходить в будущем, если появится товар такого же плана. Оказавшись на темной безлюдной улице, я снова принялся за старое – стал вычислять, где же в Ирхоне может находиться гостиница. У скупщика я не стал это выяснять по одной простой причине – этим я сразу сообщил бы ему, где меня можно найти. А пятнадцать золотых – очень большие деньги, поэтому не стоило вводить мужика в искушение.
Шагая по вымощенной камнем мостовой, я оглядывался по сторонам, надеясь увидеть нечто вроде вывески, по которой можно было опознать постоялый двор (ага, типа дорожного знака с кроватью и подушкой!), но тщетно. Вывески были, но на них обнаруживались либо непонятные надписи, либо предметы, совсем не относившиеся к отдыху (вроде сапога или катушки с пряжей). А вскоре поиски разом отодвинулись на второй план – миновав пару перекрестков, я понял, что за мной следят.
Возможно, крепко засевшие в подсознании намеки скупщика заставляли меня периодически оборачиваться, проверяя, нет ли «хвоста». Вот именно это и позволило заметить фигуру, следовавшую за мной на некотором отдалении и старавшуюся придерживаться темных участков улицы. Прикинув, я сообразил, что меня «ведут» от самого дома скупщика, поэтому либо мои подозрения были оправданы, и жадина решил забрать свои денежки обратно, либо та парочка у сарая была банальными грабителями, которые терпеливо ждали в подворотне, пока какой-нибудь искатель придет сдавать свое добро.