Ветер Стихий
Шрифт:
Насколько разобрал присланные в ответ образы, всё зависело от меня. Точнее, от того, смогу ли обеспечить ему достаточно насыщенную элементами пищу. Будем надеяться, в процессе не сдохну, а если сдохну, то зачтётся, а если не зачтётся, то удастся расслабиться и получать удовольствие. Как много если, в нашей жизни.
Глубоко вздохнув, собираясь с силами и решительностью, пока не покинула меня в самый ответственный момент, вышел вперёд. Не скрываясь. Больше пяти запасённых элементалей всё равно не наберу. Будем надеяться, этого количества хватит. Времени на долгую раскачку нет. Увы, но мечты о битве на своих условиях, когда ты в наилучшей форме,
Естественно, обе стороны конфликта сразу заметили новое действующее лицо, но это неважно. Тут, либо у меня получится, либо уже будет всё равно, что они подумают или сделают. Выделываясь, а чего терять-то, пафосно поднял руку, указывая вытянутым пальцем на ифрита, изобразив пистолет, и громко сказал, – Паф! – на русском. В другой руке, скромно опущенной и заведённой за спину, удерживал успевший уже порядком надоесть, неудобный кристаллический булыжник. Сцена получилась совершенно дурацкой, киношной, в духе американских боевиков, от которых хочется поскорее закрыть лицо ладонью. Сам от себя не ожидал подобного ребячества. Не знаю как другим, но змею явная театральщина понравилась, поэтому с удовольствием подыграл.
Вынырнув из рукава, тоненькая чёрная ниточка Шисса'ри прямо на глазах, оборачиваясь сначала вокруг кисти, потом вытянутого пальца, раскручивая спираль, всё быстрее увеличивалась в размерах и ускорялась. После чего стрелой метнулся с кончика пальца, вонзившись в грудь удивлённому ифриту, до конца не воспринимающему меня всерьёз, свободно проходя сквозь монолитный камень, как вода через сухой песок. Более того, спустя всего пару секунд сразу же вынырнул из спины, напротив точки входа, проглатывая ярко пылающее солнышко, зажатое в челюстях. Послышались ужасающие, безумные вопли пожираемого заживо существа, раздающиеся прямо в голове, минуя уши. От которых по коже пробежались холодные мурашки. Размером с таракана.
Через канал духовной связи до меня донёсся бушующий шторм захлестнувших Шисса'ри ярких ощущений и эмоций, который он то ли не смог от меня скрыть, то ли не захотел. Больше всего, казалось, будто это я только что проглотил ядро души ифрита. Обжигающе горячее, безумно вкусное, жиденькое, питательное, а уж насколько полезное, не передать словами. От содержащиеся в нём силы меня буквально затопило волной обжигающей, наэлектризованной крови, разбежавшейся по всему телу. Бросая из крайности в крайность, то в жар, то в холод.
Честно говоря, с самого начала всерьёз опасался, что не справлюсь, поскольку меня до этого уже хорошенько опустошили, там на перекрёстке. Резервы энергии просто не успели наполниться живительным эфиром. Поэтому рассчитывал на долгую, тяжёлую, упорную возню, превозмогание и героические подвиги. Отвлекая ифрита на себя, на сколько удастся. Не выбиваться же из образа киношного супергероя, которого пол фильма возят мордой об асфальт, избивая как ребёнка, чтобы он за три секунды до конца уделал злодея с какой-нибудь пафосной фразой. Выбившийся из сил, помятый, окровавленный, но с нетронутой причёской и цельной, практически неуязвимой одеждой. Всё по канонам жанра. С последующим вручением Оскара, овациями, объятьями с какой-то непонятной бабой, владелицей больших достоинств, на вечеринке малознакомых друзей, одна постель на двоих, дети, судебные иски, скандалы, наркотики, психоаналитики, вся альтернативная жизнь пробежала перед глазами, стоя там, лицом к лицу с ифритом, указывая на него пальцем.
Но тут, не по сценарию, нежданно пришла солидная помощь от змея, подставившего не то, что плечо, хвост. Весь, по самые уши. Какого же было моё удивлению,
Порадоваться победе, смакую многообразное послевкусие, не удалось. Чёрный гадёныш вновь высушил до самого донышка. И даже больше, постучав в люк на дне, который ему открыли. Эх, а ведь на секунду поверил в собственные силы, обретя уверенность в завтрашнем дне, но, как дали подержаться за высоковольтную линию, так и отобрали, вернув обратно два деревянных прутика, посоветовав тереть дальше. Правильно говорят, в первую очередь, полагаться нужно на свои силы, а не на заёмные. Которые контролируют одни лица, а расплачиваются за них, обычно, другие. Во всех смыслах.
Что и произошло. Почти, как в анекдоте. На следующий день понимаешь, что вчера, оказывается, тебе было ещё хорошо, а вот сегодня, уже действительно плохо. При этом, только завтра узнаешь, насколько глубоко ошибался, пожелав сдохнуть себе ещё тогда. Чтобы не мучаться сейчас. Вот такие временные парадоксы по-русски.
Словно впечатлительная барышня, не выдержав ужасов войны, свалился в обморок. Спустя секунду, простояв ещё немного, видимо, по инерции, каменная глыба, теперь уже пустой оболочки, гулко грохнулась на землю, вызвав лёгкую дрожь почвы. Я не видел, как очнувшийся от шока Закир, вместе со спутниками, закрыв рот и стряхнув оцепенение, принялся выполнять свою часть сделки. В мой успех он не верил до самого конца. Готовясь спасать дурака, который пусть и обожжётся, но получит так необходимый опыт, а главное, убедиться, что без него никак не обойдётся. Встав за спиной, которую надолго запомнит. Начав прислушиваться. Пока не случилось ЭТО.
Вождь зараджи, своей ужасающие булавой размозжив голову последнего заклинателя Дархан, разлетевшуюся словно переспелый арбуз, отдал сородичам отрывистую, лающую команду, после чего, яростно воя, они попытались добраться до моей тушки, чтобы в отместку растерзать. Воспрянувшие духом защитники постарались им помешать. Тем более, с появлением Закира, окружённого кольцом огня, выжигающего всё на своём пути. Дальнейшая эпичная борьба добра со злом обошла меня стороной.
Судя по тому, что очнулся в постели, одетым, вокруг было прохладно, тихо, при столь же ярком свете дня, проникающем из окна, то всё закончилось благополучно. Причём, совсем недавно. Дежуривший возле постели слуга, в одежде цветов дома Дархан, немедленно оповестил об этом своё начальство. Через пару минут в поле зрения появилась статная женщина средних лет в строгом, многослойном платье зелёного цвета, дорогим, даже на вид. Украшение и причёска только дополняли образ госпожи, не привыкшей работать своими руками.
Убедившись, что со мной всё в порядке, заметно напряжённая, встревоженная женщина немного расслабилась.
– Светлого дня, молодой господин. Как себя чувствуете? – уточнила с искренним беспокойством, а не ради положенной по этикету формальности.
– Жить буду, – второй раз за день повторил эту фразу. – Где я?
– В гостевом доме Дархан, – сообщила с оттенком извинений, непонятно за что. – Вы потеряли сознание. Господин Фальсин сказал, что от истощения. Что, скоро придёте в себя. Он уже оказал первую помощь, там, на месте. Можете сказать, из какой вы благородной семьи? – резко сменила тему.