Ветер с севера

Аникина Анна

Катя собралась быстро. Ноги несли в сторону дома Ветрова. Окна снова были тёмными. Звонок всё так же звучал в глубине квартиры. Телефон не отвечал.

Катя оставила пакет с пирожками на дверце. На негнущихся ногах вышла на улицу. Побрела домой. Ввалилась в квартиру на руки к бабушке.

— Не смей плакать. Это служба. Не детский сад. Он командир. Не сопливый мальчик. На нем люди. И корабль. Это не бумажки с места на место перекладывать. Пошли. Будем работы школьные проверять. У тебя английский и немецкий? Вот давай. Взяла карандаш, и вперед. Тридцать штук твои. Двадцать немецких. Остальные английские. А то я до утра буду сидеть.

Людмила Викторовна

положила перед Катей стопку листочков. Следующие пару часов Катя не поднимала головы от детских работ.

Потом они пили чай с пирогами. Бабушка рассказывала про школу.

Катя прикидывала, смогла бы она так, как Лёля и бабушка. Каждый день входить в класс. Вспомнились Лелины уроки математики и уроки Киры Витальевны. Вот у кого учиться и учиться.

Мысли по кругу все равно вернулись к Вадиму. Катя очередной раз выслушала автоответчик. Вздохнула.

— Знаешь, — решила отвлечь её Людмила Викторовна, — я тебе ещё один рецепт дам. Но это для особого случая. Если тебе захочется что-то Вадиму сказать. Так, чтобы он сразу понял. Его мама, Ксюша Ветрова, у нас в школе в продленке работала. Она пекла торт. Вишнёвый. Надо найти, где записано.

В ящике над плитой стояло множество тетрадок. Оказывается, с разными рецептами. Явно чужой рукой был написан рецепт вишнёвого бисквита. Очень простой на вид. — Это Ксюша мне писала. Ты давай, сфотографируй. Это правда очень вкусно. Она один раз на работу приносила. А так пекла мальчикам своим на дни рождения.

Катя перечитывала строчки, написанные рукой матери Вадима. "Ягоды смешать со сметаной…". Воображение сразу подкинуло яркие картинки. Вспомнилась та фотография на столе в его каюте.

Она решила, что обязательно испечет ему этот торт. По какому-нибудь особому случаю. А сейчас, когда она совсем рядом с ним, ей хотя бы просто увидеть его. На чуть-чуть.

Глава 57

57.

Дед вернулся поздно. Вымыл руки и молча сел ужинать. Бабушка сидела рядом, тоже молча. Катя подумала, что она, наверное, не смогла бы так сидеть и молчать. Задавала бы какие-то вопросы. Или говорила бы сама.

Сейчас ей очень хотелось спросить деда про Вадима. Что с ним? Если бы не ночь и мороз, она бы уже сбегала до его дома. Телефон сотый раз выдавал ей одну и ту же безнадежную фразу.

Ночью она долго лежала без сна. Смотрела как по потолку движутся тени от фар редких машин. Старалась думать о хорошем. О том, как будет рад ей Вадим. Должен же он завтра появиться. Наверное. Теперь она уже не была ни в чем уверена.

Утро никак себя не обозначило. Было темно. Катя совершила ещё одну вылазку. К всё той же закрытой двери, тёмным окнам и пакету с пирожками, одиноко висевшему на двери.

Отчаяние захлестнуло с головой. Она кинулась к деду, понимая, что ведёт себя по-детски. — Дед, скажи, где Вадим? Что с ним? — Не отвечает? — Владимир Максимович кивнул на телефон, слушать в котором фразу механическим голосом не было уже никаких сил. Катя помотала головой. — Я знаю, что приехали родственники того матроса. Ветрова вчера прокурорские допрашивали. На "Разящем" ещё и внутренняя проверка. До отстранения вроде не дошло. — А может? — Я ж не Господь бог. Раньше может быть и вмешался бы прямо. А теперь могу только навредить. — Из-за меня? Да? — Кать, тут у нас свой террариум. На Ветрова и без тебя зуб точили. Самый молодой орденоносец на флоте. Самый молодой командир корабля. И самый перспективный. После Касатонова. — А это кто? — Знаешь анекдот: "Почему сын полковника не может стать генералом?" — Почему? —

У генерала есть свой сын. Касатонов — внук одного полного адмирала и племянник другого полного адмирала. Он в тридцать семь лет уже крейсером командовал и капразом стал. У Ветрова все шансы догнать. И перегнать. Потому что талант. — И что же мне делать? — За молоком сходить. И за хлебом. Пройдись. Это в нашем доме с торца. А если серьёзно, Кать, то ждать. Не знаю, как Мила меня столько лет ждёт. — А я не жду, — отозвалась Людмила Викторовна.

— Как так? — Я живу каждый день так, будто вечером ты придёшь со службы. Занимаюсь своими делами. Но помню о тебе каждую минуту.

Склодовский сграбастал обеих, прижал к себе жену и внучку. — Ох, девки. Ничего. Всё хорошо будет. Катюх, вы там нам правнука не заделали ещё? Катя вспыхнула. — Нет. Мы же не женаты. — Вот можно подумать, это от штампа как-то зависит. — Вова, прекрати. Видишь, Катя и так расстроена. Хотела сюрприз Вадику сделать.

Катя всё же пошла в магазин. Морозный воздух немного взбодрил. Выбрала хлеб и молоко. Подошла к кассе расплатиться.

Кассирша обсуждала с предыдущей покупательницей местные сплетни. Увидев Катю, они обе оглядели её с ног до головы.

— Знаешь, Алин, — сказала покупательница и заправил под шаль прядь белых волос, — сегодня из госпиталя выходила. У нас же там этот лежит, который вешался. Так на командире тоже висели. Аж две бабы. Но я скандалить не стала. Мимо прошла.

Катя пошла красными пятнами. Приложила карточку к терминалу. Выскочила на улицу. — Девушка, вы покупки забыли, — кричала ей вслед кассирша. Пришлось вернуться. Только не плакать! Не здесь и не сейчас! Катерина взлетела на четвёртый этаж.

— О Господи, послал внучку за хлебом. Кто? — взревел Склодовский, — Давай быстро говори. Только максимально близко к тексту.

Заикаясь и икая от слез, Катерина пересказала разговор. — Мила, кто у нас блондинистый и в платке? Я им устрою Леблядиное озеро! — Так это Кристина Шемякина, докторша из госпиталя. Крашеная она. Кать, нашла ты кого слушать. Алина эта, которая в магазине, все сплетни по городу собирает. А Кристина хотела тебе больно сделать. Знала, сволочь, куда бить. — Он с ней? Да?

— Ерунды то не говори! — осадила её Людмила Викторовна.

Кате хотелось сейчас одного. Исчезнуть. Чтобы не было так больно. Лицо этой Кристины показалось ей знакомым. Потом она вспомнила. Это та самая, что пригласила Вадима тогда летом на белый танец.

— Я тебе скажу то, что когда-то сказала Лёле. Она была тут, когда ей стали приходить фото твоего отца с другой женщиной. Беременной. Она едва с ума не сошла. Так вот. Всегда слушай только своего мужчину. Никого больше. Хочешь знать правду — спроси Вадима. Прямо. Не намёками. — А мама тогда спросила? — Да. Спросила. — И что? — Это была жена его друга. Они ещё тройню родили. Не помню, Медведевы, кажется? — Да, у Медведевых трое. Большие уже. В школу идут в этом году.

У Кати немного отлегло. Она сделала ещё одну, бог знает какую по счету попытку дозвониться до Вадима. Тщетно. Пора было собираться в аэропорт. Дед вызвал такси.

Глава 58

58.

Вадим выполз из госпиталя после общения с родственниками матроса едва живой.

Дотащился до дома. Сна не было ни в одном глазу. Даже почти бессонная сегодняшняя ночь не влияла. Держался благодаря какой-то нереальной силе. Верь он в мистику, решил бы, что ангел-хранитель крыльями укрыл.