Ветер с севера
Шрифт:
Сейчас она чувствовала себя гораздо свободнее. И счастьем было вот так, танцуя, болтать с Вадимом. И радостно, что ему интересно что-то про неё.
— А вы? Говорите на иностранных языках? Военным морякам это нужно? — У меня английский первый. Второй в училище был французский. Но я, как Вы, понимаю, читаю и не говорю. Хотя надо бы подучить. А третий… Катя замерла. Третий? У военного? — Третий японский. — Ого! Японского даже моя учительница не знает! И я тоже. — То есть кроме немецкого и французского… — Да, — Катя даже застеснялась. Неудобно было обставить сейчас Вадима в этом вопросе, — Английский, шведский, испанский, итальянский.
Ветров
И плевать Вадиму было на то, как грозно сверкнул в его сторону глазами адмирал. Ветрову всё было ясно. Про собственные чувства в первую очередь. Это не миф. Не выдумка. И теперь на его пути лучше не вставать. Катю он не отдаст.
Катя вцепилась в локоть деда. Бабушка повисла на нём с другой стороны. — Отличный вечер получился, — заговорила Людмила Викторовна, пока они шли до дому. — Да, всё штатно. И слава богу. — Кать, тебе понравилось? — Очень, — честно призналась Катя. Большее из неё сейчас даже под пытками не вытащили бы.
Глава 35
35.
Братья Ветровы стояли на крыльце Дома офицеров. Виктор закурил.
— Вадь, скажи честно, ты с ума сошёл? Сколько ей лет? Тебя на малолеток вроде никогда не тянуло. Она школу то закончила? — Помнишь, Вить, я тебе звонил. Тогда. Давно. Перед выпуском. Про Татьяну? — Помню. Забудешь, блин, такое. — Ты мне что тогда сказал? Что твоё мнение меня не будет интересовать, когда всё будет по-настоящему. Катя школу закончила, если тебе так спокойнее. — Вадь, ты вообще понимаешь, что делаешь? Тебя Склодовский за внучку сейчас в такие далёкие дали спровадит! Видел, как он молнии глазами метал? А Людмила Викторовна! Она ж та ещё горгона! Английский у меня вела в школе. Одним взглядом к стене могла пригвоздить. — Видел. Там ещё и отец есть, и мать. Это ничего не меняет. Сошлет, значит поеду.
— Хорошо, а дальше что? Что ты ей можешь предложить? Общагу? Думаешь, ей всё это будет нужно? Год-два. Потом ты уйдёшь в кругосветку. А потом что? В лучшем случае она сбежит к маме в Москву. А в худшем…. — Вить, ты мне брат. Но Катя… Даже думать о ней плохо не смей!
Виктор докурил. Вздохнул глубоко. — Тогда хотя бы в нашу квартиру переезжай из общаги. Не шикарно, но не стыдно будет Катю твою привести. А то как она там… Кухня общая, душ на этаже и толпы озабоченных лейтенантов. Морды бить устанешь. — Спасибо, брат. Подумаем.
Виктор дождался жену. Вадим пошёл в другую сторону. Ноги несли к дому контр-адмирала Склодовского. Постоял под окнами недолго. В окнах четвёртого этажа горел свет.
Вадим ярко представил себе, как будут гореть окна его собственного дома. И там, за этими окнами, его будет ждать Катя. Голову бы самому себе открутить за такие фантазии.
А у Склодовских ждали своих с бала. Не ложились. Лёле всё было интересно. Много ли народу было? Кого из знакомых встретили?
Александр Евгеньевич
Ей нужно было остаться одной. Она спешно заперлась в ванной. Из зеркала на неё смотрела очень взрослая девушка. Со счастливыми глазами. В голове мелькали одна за одной картинки этого дня.
На кухне была закрыта дверь. Но бас деда было всё равно слышно.
— Нет, ты посмотри на него! Взрослый мужик же! Должен понимать! Устроили, мать их за ногу! Цирк с конями! Катерину теперь в городе год будут обсуждать. И без этого. Она как зашла только, все попадали, — в голосе Владимира Максимовича сквозила гордость. — Вова, ты же знаешь, нашим только дай повод. Вон у Тищенко сын родился. На День ВМФ. Уже тоже весь город в курсе. И обсуждать будут тоже долго. А до этого обсуждали, что у него одни девки. Так стоило тёще уехать в Краснодар, они с Веркой сразу пацана сообразили.
— Ты тему то не переводи. Тищенко. Знаем мы Мишку. И Вадима. И родителей его. Вот с тех пор, как они с Тихого океана перевелись. Ему тридцатник, Мил! Он в походе семь месяцев в году! Я ему устрою службу! "Разящий" ему дал. Значит мало ему службы! А Катерине чего с Селивановым не танцевалось? Ветрова ей подавай! Он же кап три уже! Баб было… — Вова, выключи адмирала немедленно! — Да я не как адмирал, я как дед у него оторву все, что выступает за прочный корпус! Сопляк! Катьку нашу ему! С хрена ли? — Ты, дед, определись уже. Или он взрослый мужик, или сопляк. У него на мундире, знаешь ли, не барсиковы медали *. А Катерина, помни моё слово, чем больше ты орёшь, тем быстрее к нему побежит. И она упрямая. И он упрется. А то ты Ветрова не знаешь.
Катя мышью выскочила из ванной. Хорошо, что спальня далеко, и Лёля с папой пока не в курсе событий. В коридоре столкнулась нос к носу с бабушкой.
— Ба, я что-то не так сделала? Дед сердится. — Всё ты правильно сделала, девочка. Нравится Ветров? Катя обречённо кивнула. — Ба, а если дед его ушлет… Или накажет? — Не волнуйся, дед пошумит, конечно. Грозить будет всем, о чем вспомнит. — А если Вадим… — Если Ветрова испугает наличие деда-адмирала, то зачем он тебе нужен? Хотя, Кать, сильно я сомневаюсь, что Ветрова хоть кто-то может напугать. Не тот человек. — Спасибо, бабуль… Маме с папой.. — Пока ничего не говорим. Само в лучшем виде образуется. Вот увидишь. Иди. Отдыхай.
— Ба, я спросить ещё хотела. А ты случайно не знаешь, за что у Вадима орден Мужества?
— Подробности ты у него спросишь лучше. Знаю, что это ещё на "Адмирале Кузнецове" было. Горели они. Носовой отсек. Прямо в порту в Турции. Ветров спас матросов. Потом в госпитале лежал. И, знаешь, его отец когда-то тоже спас матросика зелёного. Только погиб.
Катя была уверена, что не уснёт. Слишком много новой информации было в голове. Слишком яркими ощущения. Но едва голова коснулась подушки, её утащило в крепкий сон без сновидений.