Ветер надежд

Нилин Аристарх

— Не КГБ, а ФСБ, а точнее спецподразделения при ФСБ и весьма перспективного, хотя лучше бы его не было.

— Что так?

— А как вы думаете, с чего вдруг организован проект, да еще с американцами?

— Так ведь сейчас вроде модно совместные проекты. Тем более борьба с терроризмом и все такое прочее.

— Бросьте, Сергей Николаевич. При чем тут терроризм. Мы занимаемся космосом, и всем тем неизвестным, что с ним связано. А инопланетяне сегодня, это уже реальность, и знать о том, что у них на уме лучше объединившись, чем собирать

информацию по одиночке, надеясь лишь на то, чтобы заполучить инопланетные технологии.

— Здравые мысли. Выходит, беда приходит в дом, поэтому приходиться объединяться?

— Лучше сейчас, когда она еще не пришла.

— Мне надо посоветоваться с женой. Я могу подумать?

— Безусловно, кстати, Виктория Александровна также приглашается для участия в работе.

— А она зачем?

— Так вам же проще будет. Кроме того, она весьма умный и грамотный специалист, такие люди нам сейчас очень нужны. И потом, она тоже, как и вы имеет достаточно много знаний по инопланетянам. Короче, я вам позвоню. А на похоронах Кобзева жду ответа.

Мы попрощались и меня доставили на машине обратно домой.

Вика гладила белье и одновременно смотрела какой-то фильм по видаку. Увидев открывающуюся дверь, она с испугу чуть не выронила утюг.

— Ты чего? — спросил я, видя её испуганный вид.

— Сама не знаю почему, так волновалась за тебя. Расскажи, зачем они тебя вызывали?

— Поделились мыслями по поводу смерти Артура. Оказывается, эти биокиборги зашили ему в мозг, какие-то нити. Скорее всего, для контроля над ним и возможностью следить за станцией. Неизвестно успели они что-то получить или нет. А здесь на Земле он почувствовал что-то, они и послали, видимо импульс на остановку сердца, чтобы замести следы.

— Выходит, они попросту убили его?

— Скорее всего. А какую интересно информацию он мог передать отсюда? Никакой, следовательно, он им просто стал не нужен.

— Бедный Артур, — глаза Вики наполнились слезами и она, продолжая держать утюг, чуть не прислонила его к себе, хорошо, я вырвал его из её рук.

— Вика возьми себя в руки. Эта жизнь. Нам через такое пришлось пройти, и кто его знает, через что еще придется.

— Я понимаю Сережа, только вот сердце не хочет этого понимать. Артур был таким открытым и сердечным человеком.

— Я тебя прекрасно понимаю, ведь мы прожили с ним почти два года и я хорошо его знаю.

Я поцеловал жену и пригласил на кухню к столу. Она присела, и когда немного успокоилась, сказал:

— Вика, я тебе еще не все рассказал. Зонин сделал нам предложение поступить на работу к ним. Оказывается, они совместно с американцами изучают проблему НЛО и всё, что с ней так или иначе связано. Короче нас зовут на работу.

— Нас! На работу в органы, ты это серьезно?

— Да. Полковник так и сказал, что мы самые ценные кадры, поскольку больше никто не общался с инопланетянами, а раз так, то нам, как говорится и карты в руки заниматься этой программой.

— Да

нет, что ты, какие мы с тобой разведчики?

— При чем тут разведчики. Мы просто будем работать в спецподразделении, которое занимается обработкой поступающих данных. Со спутников, от людей, которые контактировали с ними. Ты сама посуди, нам легко будет отследить, где правда, а где вымысел в рассказах очевидцев. Мне кажется, что это действительно интересная работа. Кроме того, Зонин сказал, что нам предстоят загранкомандировки, мир повидаем, ты сама этого хотела.

— Сережа, ты, правда, считаешь, что нам не стоит отказываться от данного предложения?

— Я думаю, что нет. Денег у нас полно, но я думаю, что нам скоро наскучит, если мы ничего не будем делать. А так, мы хоть чем-то будем полезны, да и работа, как мне кажется весьма интересная. И потом, ты сама знаешь, мой патриотизм равен нулю, а тут вдруг, что-то екнуло, и даже как-то обратно потянуло…

— Ой, Сереженькая, кто бы мог подумать.

— Нет, не так чтобы… Но все же приятно, когда тебя в такую контору приглашают.

— Одним словом, тебе хочется?

— Если честно, то да. Ты сама подумай…

— Если ты так считаешь, я согласна.

— Ты у меня умница, — я обнял и поцеловал жену. Мне снова было хорошо и спокойно на душе. Жизнь сделала такое крутое пике, которого я еще месяц назад себе не мог представить. Я зажмурил глаза, и неожиданно подумал: — А что, может мне даже звание дадут, к примеру, майора или подполковника… Черт, и надо было мне зачем-то сжигать воинский билет, вот балда…

Помощник Зонина позвонил через день и сказал, что похороны состоятся на Миусском кладбище в полдень. Я поблагодарил за звонок и на предложение выслать за нами машину, сказал, что мы приедем сами.

Мы подъехали в половине первого. Это было небольшое старое кладбище, на котором была похоронена мать Артура. Специально парковочной зоны не было предусмотрено и я припарковал машину вдоль дороги напротив клиники. Мы подождали несколько минут и вскоре увидели две спецмашины, которые подъехали к воротам. Из одной вышли Зонин с Котиным, а из другой вынесли гроб и, поставили на тележку. Мы вышли из машины, и подошли к полковнику. Он выразил нам свое соболезнование, и все вместе мы направились вслед за тремя молодыми людьми, катившими тележку.

Могила была заранее вырыта. Вся процедура заняла чуть больше получаса. Никаких речей и, даже Вика смогла удержаться от слез, и только черный платок и грустные глаза выдавали её неподдельную печаль. Мы по традиции кинули горсть земли, и кладбищенские рабочие начали закапывать могилу. Мы постояли несколько минут и направились обратно. Уходя, я подошел к рабочим и, дав им денег, попросил привести все в порядок и поправить покосившийся крест на могиле матери Артура.

Мы вышли за ограду. Солнце по-летнему палило нещадно. Зонин, прежде чем сесть в машину повернулся к нам и спросил: