Ветер надежд

Нилин Аристарх

— Я в курсе дел, Фейнхотен сообщил, так что вы поступаете в мое подчинение. Учтите, это не исследовательская посудина, вроде той, на которой вы сюда прибыли, а боевой корабль, поэтому порядки здесь армейские. Мое слово — закон. Приказы и распоряжения, обсуждению не подлежат. Мятеж на корабле карается по законам военного времени, — я не видел его лица, но когда он произносил их, я чувствовал, что он улыбается, и скорее эти угрозы с его стороны были шуткой, хотя она все же привела нас в некоторое замешательство.

Закончив свою тираду, он посмотрел на наши лица и нажал на кнопку, открывающую лицевой фильтр. Прямо на нас смотрел добродушный

мужчина с усами и бородой. Его совсем земное лицо, располагало к себе, и если бы не приплюснутый нос, я сказал бы, что это сибиряк или волжанин, переодевшийся в скафандр и выдающий себя за инопланетянина. Его глаза лукаво и так заразительно улыбались, что я невольно улыбнулся ему в ответ. Он попытался сделать серьезное лицо, но у него это явно не получилось, и потому он сдался и сказал:

— Ладно, шучу. Короче, я не в восторге, что со мной летит команда землян, да еще вдобавок…, с женщиной.

— А что у вас тоже примета, если женщина на корабле, то это к несчастью? — еле слышно произнесла Вика.

— Да вообще-то не совсем, но я привык летать в гордом одиночестве или, в крайнем случае, с помощником. А тут сразу трое. Но что делать, начальство сказало — надо, деваться некуда.

— Мы вам постараемся не мешать, — сказал я.

— Стараться одно, надо чтобы так было, короче, заходите на корабль и проходите в рубку управления. Кстати, комфортных условий не обещаю. У меня таких удобств как на исследовательском корабле нет. Если что, придется терпеть. Это я на всякий случай в надежде, что вы передумаете.

— Ничего, мы как-нибудь потерпим, — совсем осмелев, ответила Вика.

— Да, ну-ну, посмотрим, как потерпите, когда начнутся перегрузки.

— Перегрузки!? — произнесла Вика, и как-то странно посмотрела на меня.

— А вы думали.

— Ничего родная, это я так понимаю, как на каруселях в парке аттракционов. Если что, надо просто громче орать, тогда и удовольствие получишь, и не так страшно покажется. Верно, я говорю?

— А вы шутник, это мне нравится. Ладно, все нормально будет, проходите на корабль. Чувствую, что вас не отговоришь остаться на базе.

Мы прошли на корабль и Артур, который всю дорогу молчал, не выдержал и спросил, — а почему, собственно говоря, комфорт ограничен, разве командир корабля не имеет право на отдых, ведь размеры корабля позволяют?

— Какие размеры? Энергетика корабля многократно больше чем у исследовательского, плюс вооружение, вот вам и объёмы.

Мы прошли в рубку управления. Перед большим темным экраном стояли кресла, расположенные в два ряда. В принципе на корабле могло разместиться восемь человек, включая командира.

— А ваш корабль считается истребителем или вы в группе охранения командного крейсера? — вдруг спросила Вика, первая усевшаяся в одно из кресел в первом ряду.

Гельвант рассмеялся. Вдоволь насмеявшись, он, наконец, ответил.

— Земляне, я вас очень прошу об одном. Забудьте о том, что вы знали, слышали, или видели в кино, про инопланетян и звездные войны. Поверьте мне, в реальности, все совершенно иначе. Поэтому никаких, как вы сказали?

— Истребители, — повторила Вика.

— Вот именно, истребителей и крейсеров у нас нет. Есть просто боевой корабль, в котором вы сейчас находитесь. Наша задача предельна проста. Выйти в точку входа, сделать бросок к границам Солнечной системы и расположиться на подлете к орбите Плутона. Туда же прибудут еще около пятидесяти боевых кораблей.

Как только мы получим сигнал о возникновении возмущения в пределах этой зоны, это будет означать, что эфские корабли входят в неё, вот мы и должны успеть нанести упреждающий удар по их точке выхода. А если не успеем, то, как говорят, пиши, пропало.

— Что значит, пиши, пропало?

— То и значит. В открытом космосе боевые действия, увы, не представляются возможными.

— А разве всякие там лазерные и протонные пушки нельзя использовать? — спросил я.

— Э, сказанули тоже. Дистанция между кораблями минимальная по регламенту полета сто тысяч километров. При скоростях в несколько тысяч километров в секунду стрельба из любого вида оружия теряет смысл. Это всё равно, что, я даже не знаю с чем сравнить.

— Из пушки по воробьям, наверное, — сказала Вика.

— Не понял вашу мысль, но видимо так.

— Но ведь луч света двигается со скоростью триста тысяч километров в секунду, даже если вы находитесь от мишени в сотнях тысяч километров, он за одну-две секунды может достичь и уничтожить корабль противника.

Гельвант скептически посмотрел на Артура и сказал:

— Вы не учитываете, что корабль двигается с большой скоростью и, кроме того, имеет защиту. Потому у нас и места нет, что энергоустановка обеспечивает ему защитное поле, которое даже в случае прямого попадания энергетического луча любого вида, поглотит его энергию, не повредив корабль.

— Значит мы в полной безопасности? — спросила Вика.

— Не совсем конечно, но почти.

— Что значит не совсем?

— Если, к примеру, на нас пойдут на таран, то нам не сдобровать.

Мы переглянулись, не понимая, всерьёз он говорит или шутит, однако Гельвант снова засмеялся и произнес:

— Шутка конечно, а если серьезно, то при прямом попадании антипротонным снарядом мы распадемся не то что на атомы, на элементарные частицы. Но правда, для этого мы должны попасть в их поле досягаемости, что вряд ли мы им предоставим. Короче, занимайте места, всем пристегнуться, вылет через полторы минуты, — он взглянул на нас, и видимо прочитав на наших лицах испуг и непонимание, что до отлета осталось так мало времени, о чем-то вспомнил, и добавил, — одним словом рассаживайтесь, я совсем забыл, что у нас с вами разные системы исчисления времени. Полторы минуты, это почти пятнадцать по земному.

Я перевел дух, а вслед за мной Вика и Артур.

Мы сели в удобные кресла, и автоматические захваты крепко пристегнули нас к ним, но в тоже время, позволяли двигать головой и руками. Гельвант занял командирское кресло прямо перед экраном. Включив его, он некоторое время с кем-то переговаривался, видимо уточняя процедуру старта. Сидя сбоку, я хорошо видел передаваемое на него изображение. Часть кораблей, которые стояли до этого на стартовых позициях уже улетели, остальные, так же как и мы, готовились к отлету. Нажав на голографическом экране ряд кнопок, он привел в действие двигатель, и корабль слегка вздрогнув, приподнялся над поверхностью. Затем развернулся и медленно поплыл в сторону центральной части ангара. Под нами проплывали космодромные постройки, всевозможная такелажная техника, корабли, которые всё еще стояли в ожидании, когда настанет их черед улетать. Подлетев к стартовой площадке, корабль на миг замер, затем огромный защитный экран перед кораблем, словно фокус фотоаппарата раскрылся, и корабль легко выскользнул в звездное небо.