Вестник

Greyser

— Ну и на чём я мог подставиться? Шёл сквозь кусты, ломал ветки, шумел. Определённо.

Но поток мыслей прервался. Щелчок кнопки сзади требовал к действию. Пятка выбила сознание из поймавшего.

— Гляди-ка, подмогу вызвать хотел. Надо торопиться, это могли заметить.

Вестник обыскал вырубленного пограничника. Кроме пистолета, офицер на службе имел две гранаты. Их-то немец и взял.

— Как высоко ты сможешь взлететь? — интересовался парень у Энвила.

— Метров на триста, при том не на долго. Сам

должен понимать, двойной вес на крыльях не удержать.

— Мне хватит мгновения.

Звук детонаций добрался до ожидающих.

— Погнали.

Падший обхватил парня за торс и мощным взмахом оторвался от земли.

— Прям как в былые деньки, — бурчал Стефан под нос, перебежками возвращаясь к машине.

Вестники сверху наблюдали за всполошившимся военным пунктом. Как проткнутый палкой муравейник копошился он всем составом. Неразбериха прикрывала от чужих глаз.

— Запомнил виды?

— Надеюсь, что да.

— Переубедись, второго раза не буд…

Меткий свинцовый снаряд большого калибра просквозил шею Энвила. Падший якорем полетел вниз. Оба вращались в воздухе, не давая определить направление Тревису.

— Машина, машина, машина!
– брызгал он у себя в голове.

— Володя, как тебе занавески? — пожилая и крупная женщина с целофановым рулоном сидела впереди, рядом со своим мужем.

— Надь, ты это восьмой раз уже спрашиваешь. Нормальные они, я бы не стал их покупать в этой хреновой Европе, если бы они были плохими.

— А мне что-то не нравятся. Может, надо было те взять? С полосочками.

— Ты сама эти выбрала.

— Конечно. Я всё в нашей семье выбираю. Всё жду твоего решения, в конце концов.

— Началось…

— Вот Любкин муж. И дом отбахал, и диван купил, и телевизор цветной… А у нас нету такого.

— Ага. Отец его в милиции, пристроил сынка куда нужно, а ты меня обвиняешь. Я не волшебник, у меня из карманов чудеса не вываливаются, дома строить.

— А у Любкиного вываливаются, знач-т.

— Надь, вот смотри, если сейчас случится чудо, даже не деньги свалятся, а любое, едем обратно и я буду смотреть материалы для дома. Ну что, съе…

Салон очернился.

— Тьфу, Володь, опять двигатель не починил?

— Надь, ну дурой не прикидывайся. Движок спереди.

Семейная пара оглянулась назад. Роджер с раненным Падшим на его руках вызвали у них испуг. Дым снова появился.

— Ну что, съел? — расхохоталась старушка.

Вестники упали на кресла УАЗа. Стефан появился прямо за ними.

— Что происходит? — полусонно промычала девушка.

Педаль в пол.

— Насмотрелся? — обратился к парню немец.

— Такое себе. Нас заметили.

— Ха, меня тоже.

Автомобиль нёсся на высокой скорости. Граница была недалеко.

Осберт, давя на газ, пару раз взглянул на Тревиса.

— Чего ждём?

— Нужно подъехать как можно ближе.

— И

откуда ты эти правила берёшь?

Расстояние сокращалось. Парень схватился за приборную панель перед собой и металлический обвод лобового стекла. Плечи подрагивали.

— Роджер?

Между кузовом и выдвинутым дорожным заграждением остались считанные метры.

— Так тебя Роджер зва…, - недоговорила свои догадки пассажирка.

УАЗик расплылся перед глазами пограничников, на ровном месте исчез.

· — Бартос, ей нужна помощь. Я поведу, справишься?

— Она у меня пожить успеет.

· — Всё хуже, чем я думал. Она не протянет. Я бы мог вдохнуть в неё энергию, но тут ни одного живого существа под рукою нет.

· — Печально, подруга, печально. Но ничего. Встретимся в Аду. Она твоя, Бартос.

· — Девять жизней или квантовая суперпозиция, а?

· — А может и нет.

Глава 26

— Ещё пару раз и меня перестанет тошнить от этих скачков, — подметил Стефан.

Парень посмотрел в салон. Энвил восстанавливался, Дурьер что-то долго и агрессивно восклицал, а девушка пребывала в шоке.

— Как настроение?

— Невразумительное. Зачем это всё было?

— У нас долгий путь, а тебя просто так бы не выпустили.

Шок исчез, но вот недопонимание осталось. Из кармана, вшитого в платье, рука достала содержимое.

— Прости, но у меня были с собой документы.

— Оу, ну, я просто не собирался тебя обыскивать в твоём состоянии.

— Галантен, как он есть. Даст взорвать электростанцию, лишь бы в юбку не залезать. — С лёгкой злобой, но в попытке успокоится произнёс Осберт.

Дорога упростилась. Пять стран были пройдены напрямик за трое суток на колёсах, а уже Ла-Манш набитый УАЗ пересекал прицепленным на поезде.

Темы для разговоров бурно вскипели с отправки ещё их Архангельска, но спустя столько большую часть поездки все обоюдно молчали, лишь изредка переговариваясь ни о чём. Так не делала только девушка. Она озвучивала потребности или пожелания, но на контакт выходить не стремилась. Это даже играло на руку Тревису, признаваться в деталях появления пассажирки очень не хотелось. Однако, рутина добила оставшихся.

— Если вы не против, я хочу зайти в ресторан. Может, у них молоко есть.

— Я с тобой. Уж больно персонал хвалил их ассортимент.

В машине остались только парень с девушкой и Бартос, отрывший в карманах сидений журнал, возможно, посвященный средствам передвижения.

— Наконец-таки время появилось. Прости, что приходится здороваться спустя три дня практически молчания. Привет.

Собеседница стеснительно хмыкнула.

— Мне нужно тебе сказать кое-что. Наш «водитель», Стефан, жутко ненавидит таких, как ты.