Весёлый гном
Шрифт:
На столе, рядом с клавиатурой, лежал футляр DVD-диска с кричащим слоганом: «Кто владеет информацией – обладает миром!»
Судя по всему, Глеб здесь и провёл весь день.
Он открыл дверцу машины – это был новенький Lexus – и неторопливо потянулся, разминая мышцы. Взглянув на часы, с удивлением обнаружил, что уже почти шесть.
«Вот и поработали! Каждый день бы так – сразу чувствуешь результат от своего труда», - подумал он. Его слегка подташнивало, и даже пришлось ухватиться за что-то, чтобы не упасть.
– Ничего себе!- вслух сказал Глеб. В глазах помутнело, в ушах нарастал
– Вот именно! – услышал он позади себя и обернулся.
Перед ним стоял Сергей Валентинович. Лицо его было мрачным.
– О, Валентиныч… - начал было Глеб, но неожиданно свет в его глазах погас, и он рухнул навзничь, без сознания.
Вероника намеренно задержалась на работе, найдя самый благовидный предлог – обработка срочной корреспонденции от подразделений компании. Она то и дело шмыгала мимо кабинета шефа, улавливая доносившиеся оттуда обрывки фраз:
– … ненамеренно. Пацан ещё – решил в игрушку поиграть…
– … высокотехнологичная настройка, да. Да, согласен, мы в любом случае определим объект передачи данных. Думаю, завтра к утру – крайний срок.
– … самоформатируемый, но восстановить с диска получится…
– … технология wi-mart, очень даже элементарно, с автоматической подгрузкой и запуском при включении…
– … мой недосмотр, не снимаю с себя…
«Скорая» за Глебом приехала на удивление быстро, несмотря на обычные вечерние пробки в центре города. Он был бледен и прерывисто дышал, а когда сознание на какое-то время возвращалось к нему, то нёс какую-то околесицу про банковский счет и мобильный телефон. Когда она принесла стакан воды, Глеб как-то странно подмигнул и пробурчал что-то про ванну шампанского и кучу роз. Затем снова впал в забытье.
Врач сказал, что это у него, скорее всего, от переутомления, на нервной почве, и через недельку снова будет в строю.
Но Вероника сомневалась, что это будет их строй.
ПОСЛЕДНИЙ ОТКАТ
– Палыч, они совсем страх потеряли,- резюмировал я, когда мы остались с глазу на глаз
– Ты о бухгалтерии?- спросил он, делая пометки в ежедневнике.
– С бухгалтерией ещё можно бороться, но с ФФСНС… Представь, звонит сегодня Гаврилин и не стесняясь заявляет: «Когда зарплату принесёте?»
– Сколько мы им должны?
– Я прикинул по последним поставкам… вот список, - я положил перед ним лист с калькуляцией наших поставок по группе средств индивидуальной защиты. – Завод алюминиевых изделий через них выбрал товара на три с лишним миллиона, Аккумуляторный завод – на полтора, кабельщики и цементники – по миллиону… Ну и мелочь разная на трёшку, всего под восемь миллионов через ФФСНС проходит.
Иван Павлович внимательно вчитывался в цифры. Напротив каждого нашего контрагента стояла сумма общих поставок товара, в следующем столбце – сумма через Фонд Федерального Страхования от несчастных случаев и рядом – сумма «агентского» вознаграждения представителю Фонда.
– Напомни, в чём суть?
– В начале года предприятие, наш клиент, подаёт заявку в местное управление Федерального Фонда на согласование использовать такие-то свои средства по статье «Охрана труда», получает добро из ФФСНС, приобретает перчатки, обувь, респираторы и прочую продукцию…
– У нас,- это было утверждение, а не вопрос.
– У нас 15% от своих общих потребностей. Это наша доля рынка.
– Дальше.
– Дальше: в начале года подаёт отчет в тот же Фонд об использованных за отчетный период средствах с подтверждающими документами, по этой статье расходов, и получает от него все истраченные средства назад.
– То есть фактически не тратятся на спецзащиту для работников?
– Абсолютно, всё за счет федеральных средств.
– Понятно. Гаврилин – это тот наш друг в Фонде, который обеспечивает нам заказы на поставки?
– Да. Помнишь, седоватый такой, коньяк очень любит…
– Они все коньяк любят, - вздохнул Палыч, – 15% рынка, говоришь? То есть восемь миллионов – это только седьмая часть от оборота, который проходит через ФФСНС по району?
– По нашим прикидкам, да.
– Слушай,- улыбнулся директор,- у них заработок вдвое-втрое выше твоего, Сергей Константинович.
– Предлагаешь стать свободным агентом?- усмехнулся я.
– Ничего не предлагаю. В крайнем правом здесь в таблице – это сумма отката, как я понимаю?
– Да. В свете последних решений Правительства о борьбе с коррупцией они повысили ставку с 3 до 5 процентов от оборота.
Генеральный присвистнул.
– Это типа за вредность?
– Это типа за риск. Десять лет с конфискацией – это сто двадцать месяцев без зарплаты, плюс утраченное имущество, нажитое непосильным трудом, плюс упущенная выгода, плюс… в общем, ребята говорят, что в следующем году это уже будет 7%.
– Отчего ж не с этого года?
– Хотят провести маркетинговые исследования и вычислить уровень «сажаемости» в своих рядах.
– Это они так говорят?
– Это я так думаю.
– Статистика уже есть?
– Палыч, какая статистика?
Он вздохнул, а я продолжил:
– В общем, вот служебка на 375 тысяч налом.
– Издеваешься? – директор взял служебку.- Где я тебе столько неучтенки возьму?
– А где раньше брал?
– Раньше у нас Правительство не заявляло о своих планах побороться со взятками.