Вещий Олег
Шрифт:
Олег всегда любил огонь, потому что тот прогонял тьму, а у волхвов узнал его славянское имя – Сварожич. Сварожич не просто помогал людям, он видел их насквозь независимо от того, каких богов чтил сам человек. И всегда говорил правду. Стоило человеку солгать или задумать что плохое, как огонь непременно вспыхивал. Это князь запомнил крепко. А еще огонь мог передать волхвам волю богов, надо только быть посвященным в его тайну. Это значило – уметь смотреть на пламя и не слепнуть при том. Кому этого было не дано, поглядев на огонь, потом долго оставались незрячими. Олегу сразу
Волхвы научили его обязательно зажигать огонь, когда ведет тяжелые беседы, особенно с врагами, Сварожич всегда подскажет, где правда.
К волхвам князь пришел не зря. Сначала после слов Рюрика захотел узнать свою судьбу, но уже при первой встрече понял, что те знают что-то, остальным недоступное. Неудивительно, так у всех народов. Главное, волхвы заставили Рольфа задуматься. Он и сам не мог сказать, когда появились мысли, зачем он на земле, почему оказался так далеко от Ютландии, зачем отправился с Рюриком, мог ведь и остаться? Это для Рюрика славяне свои по крови, а он, Рольф, чужак. Но вот зовут на славянский лад Ольгом, и откликается, даже имя свое вроде забыл. Такие мысли для варяга, привыкшего больше думать о победах и прибыли, необычны. И уж интересоваться верой тех, кто платит дань, стоило только в практических целях, а он интересовался просто для себя…
Когда спросил впервые, седые брови волхва приподнялись, на князя глянули блестящие глаза:
– Для чего тебе, князь? Рюрик дань брал и без того…
– Только и брал дань. А я править хочу! – сказал и сам вдруг что-то для себя понял. Понял, что не уйдет отсюда, что станет здесь хозяином, как в большом доме.
Брови волхва поднялись выше:
– Ты хочешь остаться?
Глаза самого князя прищурились:
– А что, не гож, как Вадим?
Кудесник не ответил на вопрос, долго смотрел внимательно, потом кивнул:
– Приходи, много расскажу…
И для Рольфа-Олега началось настоящее учение. Вот тогда он понял, что же такое знают волхвы, хотя и говорили ему только доступное.
Знания давались нелегко. Иногда казалось, что волхвы говорят о чем-то далеком и каждый день не нужном. Но немного подумав, Олег понимал, что они правы, жизнь развивается по единому закону, и тому, кто его поймет, будет по нему жить, Закон помогает.
Многому научили князя волхвы, но одно он понял сам – если хочешь править народом, надо знать и уважать его богов! И еще одно осознал Олег – нельзя пытаться подчинить себе те племена, что поклоняются совсем чужим богам, отличным от твоих, можно заставить платить дань, но в сердцах и умах властен не будешь.
Может, тогда варяг Рольф окончательно стал русичем Олегом, когда понял и принял веру славянскую как свою? Никогда он не унижал чужих богов, свозя на почетное место идолов всех побежденных племен, ставя их в один ряд, как бы подчеркивая уважение к богам, а значит, и к людям, в них верующим. И никогда не пытался подчинить себе народы, верящие по-иному, лишь заставлял платить дань.
Стал
– Силен только тот народ, что не меняет веру предков, чтит их могилы и их богов.
Вздрогнул от этих слов князь, получалось, что сам он сменил, значит, слаб будет? Волхв объяснил, что так угодно его Доле, что привела его на славянскую землю, но не просто захватчиком, а правителем. Мудрым Правителем.
Однажды Олег спросил, почему все волхвы стары. У норманнов, например, колдуньи часто бывали довольно молодыми. Что нужно, чтобы стать волхвом? Старик вопросу удивился:
– Волхвы старшие в своем роду. Как они могут быть молодыми?
– Чтобы стать волхвом, нужно просто состариться?
– Просто? – Глаза собеседника насмешливо заблестели. – Нет, волхв тот, кто больше других знает, понимает и сильнее духом. Ты – волхв.
– Я? – изумился князь.
Старик кивнул белой головой:
– Да.
– Но я ничего не знаю!
– Чего не знаешь, расскажу…
– Какой же я волхв?!
Глаза старика снова изучающе остановились на лице князя, но он повторил:
– Ты волхв. – И вдруг с расстановкой добавил: – Только это не твое племя.
Рука князя невольно легла на рукоять меча, а на скулах заходили желваки. Но он всегда уважал старость, даже будучи в дружине Рюрика, понимал, что если человек дожил до седых волос, то многое в жизни успел перенести и понять. Если бы перед ним не стоял старик, то Олег не смог бы сдержаться.
– Да, я норманн…
Вспышка княжьего гнева волхва ничуть не испугала, он спокойно покачал головой, глядя на большущего князя снизу вверх как на малого ребенка.
– Ты русич. Но это не твое племя.
Олег даже чуть растерялся:
– А где мое?
Старик обвел взглядом, казалось, полземли:
– Все русичи. Твое племя – все русичи.
Князь присел на большой камень, с досадой хлопнул плетью по сапогу, хмыкнул:
– Мне и в Ново Граде не усидеть.
– Не сиди, – вдруг согласился старик. – Иди дальше.
Теперь уже глаза Олега впились в лицо волхва. Что это? Его кто-то подговорил сказать, чтоб уходил? Ново Град стонет от княжьей власти, словене не привыкли под сильной рукой ходить, у них вече. Бояре головы подняли… А Олег просто охранником с дружиной сидеть не хочет. Не может видеть, как что-то не по нему делается. Новоградцам поперек горла стал.
И снова волхв выдержал княжий взгляд спокойно, только добавил:
– К полянам иди…
И удалился, не ответив на вопрос Олега:
– Почему к полянам?
Князь уже знал, что спрашивать бесполезно, если не договорил, значит, надо додумывать самому.
Всю обратную дорогу Олег с досадой хлестал плетью, но не коня, того жалел, а собственные сапоги.
Почему к полянам? Поляне – это Киев. Там Аскольд. Идти к Аскольду воеводой? А Ингорь? И старик сказал: «Ты волхв». Но Аскольд христианин, они не любят волхвов.
Чем больше Олег думал, тем меньше понимал слова волхва. Почему тот сказал не «в Киев», а «к полянам»? Чем поляне отличаются от новоградцев?