Вернуться навсегда
Шрифт:
— Кудрявая блондинка? — недоверчиво спросил Мэтт, тем не менее проявив явный интерес. Эта девушка казалась ему ангелочком с рождественской елки.
— Ага, та самая. Мэри Лин заявила, что никуда не пойдет, не бросит кузину одну. Сам понимаешь, тогда мне ничего не светит. Придется кого-то тащить с собой. Уж лучше тебя. Мэри Лин сказала, что ее кузина нашла тебя симпатичным. — Он помолчал, скорчив гримасу, чтобы показать, что такая оценка якобы выше его понимания. — Ты ведь сможешь ее отвлечь, а мы с Мэри Лин тем временем побудем одни. — По выражению
Мэтт опустил глаза и покачал головой.
— У меня нет денег на кино.
Дилан хитро улыбнулся:
— Я уже достал. Просто попросил отца дать нам на двоих.
— Попросил у него больше, чем тебе нужно? Ты это хочешь сказать? Да он мне гроша ломаного не даст, будь у него хоть миллион.
— Плюнь. Он просто дурак.
— Дилан! — Мэтт тоже так думал, но никогда не решился бы высказаться вслух.
Брат знал, что отец его обожает. Мэтт сначала думал, что Дилан тоже к нему хорошо относится, но после случая со свитером брат умудрялся дурачить отца постоянно выцыганивая у него все, что угодно, не только для себя, но и для Мэтта, для матери.
— Он хочет, чтобы я вырос таким, как он. Да я лучше сдохну.
— Еще чего!
— Так ты идешь сегодня или нет?
— Да, пойду.
Дилан вытащил из заднего кармана брюк бумажник, отсчитал несколько купюр и протянул Мэтту.
— Держи. Девушкам нравится, когда у парня есть деньги.
Дилан был всего на два года старше Мэтта, но постоянно учил, как надо вести себя с девушками. Он также первым объяснил ему, почему родители закрывают дверь спальни, когда отец возвращается домой. Никто до этого не позаботился хоть как-то просветить Мэтта, и обширные познания Дилана всегда производили на него впечатление. Когда Мэтт спросил брата, откуда тот столько знает, Дилан бесстыдно признался, что подсматривал за родителями через щель в двери. С той поры Мэтт перестал интересоваться, где Дилан добывает информацию.
— Какая разница? — спросил он на этот раз.
Дилан пожал плечами:
— Так уж получается.
Он снова полез в бумажник, выудил оттуда смятый пакетик из фольги и протянул Мэтту.
— Тебе это понадобится.
Сообразив, что это такое, Мэтт отшатнулся, будто увидел скорпиона.
— Не надо! Я не собираюсь с ней этим заниматься.
Но Дилан силой вложил пакетик ему в руку.
— Возьми на всякий случай. Ты ведь знаешь, как им пользоваться?
— Конечно. Я только не могу себе представить, что девушка, которую я едва знаю, захочет со мной…
Дилан рассмеялся:
— Парень, неужели ты не догадываешься, что Бог наградил тебя такой внешностью, от которой девчонки сходят с ума? Мне не повезло, приходится налегать на обходительность, остроумие. А тебе достаточно мигнуть. Даже мать это понимает, потому и талдычит, что ты родился с восходом солнца и прочую чушь. И отец ненавидит, раз уж случайно одарил тебя тем, чего сам лишен. Через парочку лет ты сможешь выбирать себе любую телку. Готов поспорить, ты даже сможешь охмурить
— Да ладно, Дилан. Я не собираюсь потратить жизнь, бегая за девицами, считающими себя лучше других.
Дилан пожал плечами:
— Ты когда-нибудь с девчонкой целовался?
— Конечно.
— Просто поинтересовался. Слушай, с твоей внешностью ты лучше в ближайшие годы всегда таскай с собой такой пакетик и не забывай им воспользоваться. Не дай никому влипнуть по своей вине. Тогда застрянешь в этом городишке навечно, начнешь сам себя люто ненавидеть, как наш папаша.
— Откуда ты все это знаешь, Дилан? Не хочешь ли ты сказать, что Мэри Лин позволяет тебе…
Дилан кивнул:
— При каждом удобном случае. Вовсе не трудно их уломать, Мэтт. Говори только, что она самая хорошенькая, повторяй без конца и держи ее за руку. Если хочешь увидеть ее голой, дождись жаркого дня и предложи прогуляться до озера. Потом невинно предложи искупаться.
— Такое пройдет только с полной дурой, Дилан. Я и сам бы себя идиотом чувствовал.
Хоть Мэтт не очень разбирался в девушках, он не мог себе представить, что кто-нибудь из них так легко разденется. Особенно если за ней наблюдают.
Дилан передернул плечами:
— Подожди пару лет, сам увидишь. Но я тут так долго торчать не собираюсь. Подкоплю деньжат и рвану отсюда.
— Куда?
— Где отец меня не разыщет. И если у тебя есть мозги, сделаешь то же самое. Он считает, я не вижу, какой он придурок, думает, горжусь им. А я когда на него гляжу, с души воротит. Все в городе над ним смеются.
— Как же скопить достаточно денег?..
— Когда отец возвращается после долгого отсутствия, у него полно денег в кармане. Он напивается и отключается. Утром не замечает, что бумажник стал несколько легче.
— Ты крадешь деньги, Дилан?
— У него для себя всегда есть бабки, а мать должна гнуть спину в закусочной, чтобы оплатить счета. Он у нас в долгу, Мэтт.
Дилан достал сигарету из мятой пачки и прикурил. Мэтт знал, что сигареты он тоже стащил из отцовской комнаты. Дилан протянул ему пачку, и Мэтт взял одну. Ему не столько нравилось курить, сколько была приятна мысль, что он курит украденные у отца сигареты.
Мэтт покачал головой:
— Я тоже отсюда куда-нибудь подамся, но воровать не стану.
— Твое дело. Можешь поехать со мной, если хочешь. Я бы не хотел оставлять тебя здесь с отцом.
— Я с ним справлюсь. Я его больше не боюсь.
— Пошли. Перед свиданием с девушкой надо принять ванну. Им не нравится, когда от тебя воняет.
— Да ладно. От меня не воняет.
Мэтт зашагал рядом с братом. Дилан был его лучшим другом. Ему до смерти хотелось спросить, что чувствуешь, когда спишь с девушкой? В последнее время он много размышлял о том, как у них там все устроено. Ему трудно было представить, что это на самом деле так замечательно, как все говорят. Желание узнать все самому становилось день ото дня сильнее.