Вернуться навсегда
Шрифт:
Она подошла на шаг поближе. В темном звездном небе, напоминающем синий бархат, сияла полная луна.
— Ты сегодня был у Сэма, верно? — спросила она.
Его глаза сузились.
— Ты знала?
Она кивнула:
— Могла бы что-то сказать, подготовить меня.
— Я уважала желание Сэма. Он не хотел давать пищу местным сплетницам. И не хотел, чтобы ты знал, если он сам тебе не скажет.
— Хорошо хранишь секреты?
— Когда мы в последний раз были вместе, я как-то забыла о Сэме. — Она покраснела, припомнив, что именно
Прекратив свои строительные усилия, Мэтт отбросил в сторону молоток и уселся на твердую влажную землю.
— Черт возьми, ты тут ни при чем. Очень даже похоже на Сэма. Ему не хочется, чтобы все вокруг него суетились, смотрели на него с жалостью. Я только кляну себя за то, что не поддерживал с ним связи, не поехал к нему сразу же, как вернулся. Обиделся, видишь ли, что он нарушил свое обещание. Думал только о себе, понятия не имея, что с ним творится.
Его лицо исказилось от боли.
— Сколько себя помню, Сэм всегда был на ранчо, жил и работал в своем маленьком мирке. И мне казалось, так будет всегда. — Он пожал плечами. — Но ведь ничто хорошее не длится долго, так ведь, дорогая? Мне давно пора это понять. Только успеешь порадоваться, глядь, все исчезло, как грязь после дождя.
Как бы хотелось Сьерре сказать ему, что он сделал нечто, что будет длиться очень долго, — сына по имени Уилл. Она подняла голову:
— Я в это не верю, да и ты тоже. Мы живем, умираем, но тем больше оснований, пока можем, ценить то хорошее, что у нас есть.
Он окинул ее взором:
— Как я припоминаю, у тебя не было привычки за что-то держаться.
Она почувствовала его горящий взгляд и опустила глаза.
— Я теперь другая, Мэтт. Не та легкомысленная, испорченная, богатая девчонка, которую ты знал. Все давалось мне легко. Мне и в голову не приходило за что-то держаться. Может быть, именно это и привлекло меня тогда к тебе. Несмотря на все что с тобой случилось, ты всегда верил — лучшее впереди. И, возможно, я в душе надеялась найти это лучшее вместе с тобой. Когда ты перестанешь искать?
Сьерра ощущала его пристальный взгляд в темноте, опустившейся подобно тяжелому занавесу.
— После всего, что произошло в твоей жизни — брака с мужчиной, который промотал состояние и позволил себя убить, — ты все еще не сдалась?
— Нет, и никогда не сдамся.
— Да ты уже сдалась. Говоришь, что никогда больше не выйдешь замуж.
— Нам с Уиллом и так хорошо.
— Признай, Сьерра, годы меняют людей. Они становятся более реалистичными, отказываются от своих мечтаний, как ты отказалась от рисования, а я — от надежды стать ветеринаром.
— Может быть, то были пустые мечты.
— Сэм сделал для меня больше, чем любой другой человек на земле. Не знаю, что бы со мной было, если б не он. Мой старик насмехался надо мной, считал ничтожеством. Сэм же научил делать то, что я умею делать хорошо, заставил поверить в себя, в то, что я человек, а не бельмо на глазу отца. Я хотел стать точно таким же,
Сьерра опустила голову. Это из-за нее Мэтт сбежал так быстро и так далеко. Если бы не она, он не чувствовал бы себя сейчас таким виноватым.
— Ну, возврата к прошлому нет, того, что было, не переделать. Уж такая штука жизнь. Пока сообразишь, что к чему, оказывается, уже поздно.
Мэтт удрученно покачал головой.
— Ума не приложу, что и делать.
— Останься здесь, с ним рядом, — мягко сказала она.
— Смотреть, как он умирает? Не знаю, смогу ли. И Сэму это не нужно.
— Уверен? Неужели ты думаешь, что он любил тебя меньше, чем ты его? Да, я знаю, такие люди, как вы с Сэмом, не употребляют этого слова для описания своих чувств друг к другу. Слишком упрямы, так я думаю. Тогда почему он тебе все рассказал? Он ведь мог и промолчать. Хоть раз перестань все прикидывать на себя. А вдруг он рассказал тебе, потому что скучал, потому что ты нужен ему здесь, и он хочет, чтобы ты ему помог?
— Сэм всегда терпеть не мог, когда кто-нибудь над ним трясся.
— Ты спроси его. Спроси, не хочет ли он провести хотя бы часть оставшегося у него времени с тобой? Или не спрашивай. Всегда можно забыть и дать деру. Так ведь куда легче для тебя, верно?
Она сжала ворот куртки обеими руками, наклонила голову и кинулась к дому наперерез яростному ветру.
На узкой кровати Тэннера Мэтт чувствовал себя Гулливером. Он лежал на спине с широко открытыми глазами, закинув руки за голову, в одних трусах. Все остальные в доме Лиэнн давно спали, но ему сегодня не спалось.
Хотелось чувствовать рядом с собой стройное тело Сьерры. Господи, как же он ее хотел! Он хотел быть в ней, медленно двигаться и ощущать себя живым и счастливым. Неужели он думал, что сможет заниматься с ней любовью, а потом забыть? Ведь он помнил ее все эти десять лет. Ему не надо было спать с ней. Слишком трудно разделить физический акт и любовь. Слишком много остается в душе нежности. Он не хотел снова зависеть от того, рядом она или нет.
Достаточно было лишь подумать о ней — о темных, как ночь, волосах, о завораживающих глазах, о полных, ярких губах, таких податливых и теплых, о смуглом теле, отзывающемся на каждое его прикосновение… Он ощутил острое желание, вспомнив ее блестящее от пота тело, дрожащее от его ласк, отдающееся ему. Он помнил, как стонала она от наслаждения, как двигалась в такт с ним, как вздрогнула, когда он довел ее до экстаза.
Сьерра снова сумела проникнуть в его душу. Он с трудом заставил себя думать о другом.