Вернуться – 5
Шрифт:
В больших городах от собак толку не много, из-за большого количества посторонних и резких запахов. Но в сельской местности они очень даже хороши. Так почему бы не сделать своей питомник и не зависеть от питомника. Нет, можно было бы деньги кинологам пообещать, получить собак вне очереди, но как-то это Герману не очень понравилось. Самим проще обучить собак.
Вольеры на пятьдесят собак сделали быстро, всего за месяц. Подошли основательно, а не шаляй-валяй. Бетонные полы с выделенными местами для лежки, покрытые досками и будка с пологом на зимнее время. Рядышком специальная полоса для тренировки собак. Пока
Герман съездил и посмотрел. Всё понравилось!
Два кинолога, переманенные из служебного питомника, никак понять не могли, как этот молодой парень спокойно заходит к их основным производителям, не отличающихся добродушным нравом.
Оба кобеля и четыре суки были куплены для будущего потомства — щенков, отличаясь особыми статями, но не предназначенные для работы.
Два здоровенных восточно-европейских кобеля, серебристо-серого и серебристо-черного цвета, в холках до 70 см. и весом под 60 кг., яростно лаяли на подошедшего к их вольерам Германа, бросаясь на сетку вольеров и защищая свою территорию.
Стоило ему войти, как кобели падали на животы и переворачивались на спину, выражая позу подчинения, скуля и не пытаясь укусить. От этого человек несло натуральным ужасом, оба кобеля это мгновенно поняли, когда он входил к ним внутрь в вольеры, признавая его главенство.
Там же познакомился с милой девчушкой по имени Елена и фамилии Ситцева. С детства мечтающей о работе в милиции для чего окончила факультет кинологии среднего образования при Уральском аграрном университете в Екатеринбурге. И завела себе кобеля по кличке Уран.
Ростик у неё подкачал — 158 см, вес килограмм сорок, не больше. Очень уж смешно она смотрелась рядом со своим любимцем. Тот здоровый кобель и она — метр с кепкой, в прыжке. Благо он у неё был очень воспитанным и без команды ничего не делал, слушаясь её беспрекословно.
Сунулась девочка Елена к Архипову — тот отказал, маленькая она, хотя ставка кинолога есть, но денег на неё — нет. А тут всё сложилось, так что сейчас Елена со своей собакой работала у него.
Девушка при их знакомстве удивилась, когда ничего и никого не боящийся Уран, сразу грохнулся на бок и перевернулся на спину, когда Герман подошёл пообщаться с ними.
* * *
Хайфа. Набережная города.
— Необходимы люди для работы в России, — мужчина в возрасте — лет шестидесяти, сухощавый, аккуратно подстриженный с сединой в чёрных волосах, одетый в темно-синие брюки и ослепительно белую рубашку, расположился за столиком кафе на набережной, потягивая минеральную воду со льдом.
Жара в портовом городе Израиля зашкаливала за тридцать пять градусов в тени! Привычные местные жители к подобному климату тоже испытывали не самые приятные чувства.
— А конкретнее? — спросил его собеседник, сидящий напротив, лет на пять младше своего собеседника, одетый в бежевые широкие свободные штаны и белую футболку. Отпив глоток кофе, а потом запив его холодной водой из стакана.
Иаков Моисеевич, когда-то бывший Иван Сергеевич, поменяв имя и отчество, перебравшись
Покидать свою родину, где родился, он совершенно не собирался, если бы не болезнь — рак горла у отца. Большим откровением для Ивана Сергеевича стало то, что считавший себя чистокровным русским, он оказался евреем по своей матери. Ещё в тридцатых годах, его мать, носящая немецко-еврейскую фамилию Берман (человек-медведь, — прим.), вышла замуж за его отца — Мельникова Сергея Фёдоровича, взяв фамилию мужа. В те времена её девичья фамилия представляла двойную опасность: еврейка, да ещё с немецкими корнями.
В СССР врачи оказались бессильны, а в Израиле имелись больницы, которые могли помочь отцу.
Мама, работавшая врачом в городской больнице, подняла все свои связи, которые тщательно скрывала от сына и мужа. И добилась от Израильского посольства подтверждения о том, что она чистокровная еврейка, предоставив спрятанные ею в надежном месте документы на её девичью фамилию.
Её сын, рождённый от еврейки, по всем законам был евреем. Хотя в его облике ничего от иудея абсолютно не было. Чистокровный русак, как и его отец. Отец, как член семьи, получил право на переезд в Израиль и получение паспорта.
Проблема возникла у Ивана Сергеевича с увольнением из одного неприметного войскового подразделения, на самом деле входящего в структуру, подчиняющуюся ГРУ Генштаба СССР.
Выезд из СССР ему был заказан, но тут произошёл развал страны и всем резко стало категорически наплевать на подписки, запреты на выезд и т.д.
Репатриировавшись в Израиль в 1992 году, вся семья получила израильское гражданство, а отцу сделали операцию, которая позволила ему прожить ещё пять лет.
Иван Сергеевич хорошо в своей жизни умел одно — воевать!
И ЦАХАЛ (армия обороны Израиля, — прим.) с удовольствием приняла в свои ряды бывшего сотрудника ГРУ, а потом его приметили сотрудники относительно недавно созданного спецподразделения и пригласили на работу к ним.
И ничего удивительного: в ЦАХАЛ и Моссаде людей с отрицательным отношением к бывшим советским спецам не было никакого. Им нужны были профессионалы, они были готовы принимать бывших идейных противников после небольшой проверки.
Мало афишируется всеми заинтересованными сторонами, что с момента создания Израиля, большое количество командиров нижнего и среднего звена отрядов самообороны, а потом подразделений ЦАХАЛ, являлись действующими и бывшими боевыми офицерами из НКВД СССР. В основном еврейской национальности, направленных по приказу вышестоящего командования для помощи «братскому еврейскому народу». Это ещё помимо помощи оружием, щедро поставляемого СССР через Чехословакию евреям в огромных количествах.
Это уже потом, хитрые израильтяне переметнулись под крыло США, показав «Дядюшке Джо» большую фигу! Из-за чего товарищ Сталин до конца жизни испытывал стойкое негативное отношение к хитрым сынам Израилевым. Что передалось по наследству последующим лидерам советского государства.
Побывав в западной Европе, а потом завоевав территорию и поучаствовав в создании еврейского государства, многие офицеры нарушили свою присягу. Остались в рядах ЦАХАЛ, решив, что здесь их родина и отказались возвращаться в СССР.