Вернуться 2
Шрифт:
— Вы ещё легко отделались, — заявил ему его лечащий врач утром, пришедший в палату к Георгию на осмотр. — Вы в милицию будете заявлять? — задав такой вопрос не просто так.
На шее пациента отчетливо были видны синяки от пальцев, которые четко выделялись на шее потерпевшего. На животе были огромные синяки, «заливая» чуть не весть живот багровеющей синевой, с прожилками разорванных подкожных вен. Врач предположил, что в живот пациенту со всей дури били битами или ломами.
Он был обязан заявить о таких телесных повреждениях
— Легко отделался?! — возмутился Георгий. — Нет, не буду заявлять! — добавил он.
Он сам найдёт этого козла! Милиция ему тут не нужна.
— Дело ваше. У вас небольшое сотрясение, сильный ушиб внутренних органов, кровоизлияния мягких тканей живота, в мягких тканях шеи: в районе гортани и трахеи, небольшая трещина в челюсти. Но ничего серьёзного, быстро поправитесь, — спокойно заявил врач.
После его ухода, почти сразу приехал Макар, партнёр Георгия — бывший сотрудник милиции, бывший спортсмен. На ниве занятий спорта они познакомились и много лет вместе занимались вольной борьбой. В их совместном бизнесе он взял на себя охранные функции компании.
Макар внимательно выслушал компаньона, а потом высказал свои соображения:
— Будем искать, не вопрос! Только тебе не кажется, что может лучше всё «спустить на тормозах»?
— Не понял? — взбешённый Георгий тяжело смотрел на Макара.
— Молодой, щуплый парень, — констатировал тот, — «пробивает» тебя два раза — до состояния «не стояния», потом держит на одной руке, не напрягаясь, по твоим же словам. Потом непонятным образом тебя полностью вырубает. Прячет в кабинке туалета и спокойно уходит.
— Я просто не успел среагировать, — вскинулся Георгий.
— У меня возникает один очень насущный вопрос, — продолжил Макар, будто не заметив оправдания.
— Какой? — буркнул компаньон.
— Почему он тебя не убил, Гоша? Хотя легко мог это сделать. Ты подумай, только очень хорошо подумай!
Тот задумался… Как его не душила злоба, но дураком он точно не был… В конце концов пришел к выводу, что может Макар и прав — он действительно прошел по краю.
Парень оказался чудовищно сильным и очень быстрым. Единственный раз Георгий смог его достать, когда пнул его, но тот даже не поморщился, а всадил в живот очередной мощный удар, а он чуть не выблевал свои внутренности. И потом, когда парень его вырубил — он даже ничего не успел заметить, кроме какого-то смазанного движения и темнота…
— Все равно, найди его! — уже не так уверенно, как в начале беседы сказал Георгий.
— Конечно, Гоша, — поднял Макар перед собой руки, показывая, что всё сделает.
Поиски толком ни к чему не привели: бойцы Макара, большей частью бывшие сотрудники милиции, нашли «бомбилу», который отвёз обидчика Георгия и двух его спутниц во «Внуково».
По его словам, те летели то ли
Во-первых, он посчитал, что Георгий сам виноват со своей спесью, а бабы его — дуры; во-вторых, парень явно опасен — да ударом битой по голове можно уложить любого, но зачем будить лихо; в-третьих, Гоша быстро отходит, особенно когда знает, что сам виноват; правда никогда это не признает.
Так и произошло. Пару недель его друг и компаньон ещё спрашивал про поиски, а потом перестал.
ГЛАВА 6
Воспоминания Германа прервал звонок телефона без диска.
— Да, Анатолий… Понял… идём, — он положил трубку. — Пошли, Кузнецов вызывает к себе.
— Так, следователи-бандиты, оказалось, что неделю, как у нас ошивается Николай Зыков, более известный как «Якутёнок», — начал Кузнецов, как только они пришли и расселись.
— Твою мать! — не сдержался Паша.
С 1995 года в Перми хватало своих криминальных авторитетов, преступных группировок и другого отребья, но поменьше, чем в том же Екатеринбурге.
Николай Зыков претендовал на несомненное лидерство в городе за влияние на криминальное общество города. Правда с переменным успехом. Он был «вором в законе», а молодая поросль «спортсменов» и просто молодых людей, ни разу не сидевших, никак не могли понять, почему они должны подчиняться какому-то там авторитету. У них силы и оружия хватает, чтобы не слушать каких-то там….
При этом Якутёнок был поклонником дореволюционного премьер-министра Петра Столыпина, учредителем фонда поддержки предпринимательства и издателем газеты в Перми.
В апреле 1995 года Якутёнка задержали в Москве с опием и пистолетом Вальтер. За себя на Перми он оставил другого «вора в законе» — Тарычева Василия, по кличке «Тарыч».
7 октября 1995 года Тарыча застрелили в Перми на улице Мира. Установить и задержать киллеров не смогли.
Затем трон некоронованного короля Перми занял пришлый «вор в законе» из Казани Рустам Назаров (Крест), который через некоторое время бесследно исчез.
Многие посчитали, что это была месть за убийство Тарыча.
В феврале 1998 года был застрелен из автомата еще один ставленник Тарыча — Александр Кудинов. Позже покушались и на самого Якутёнка, которые к тому времени был на свободе, — изрешетив его джип автоматными очередями.
«Парам-падам… А ведь этого товарища послезавтра расстреляют в ночном клубе „Болид“ в половине десятого вечером», — Герман в пол-уха слушал Кузнецова, который требовал усилить, углубить и т. д.
Отстрелом авторитетов занимались братья Мухутдиновы и их подельник Радик Абдулин. Именно они втроём завтра и застрелят Якутёнка.