Вернуть посох
Шрифт:
Конечно, и люди в долгу не оставались. Окружив возвращающийся из набега отряд поури, дружинники Княж-городка, казалось, забывали о том, что сами смертны. Hизкорослых воителей деловито расстреливали из мощных дальнобойных луков, их можно было б прикончить, не вступая в рукопашную, но без рукопашной, какая ж месть?.. И потому после лучников в дело вступала тяжелая пехота, не жалея себя, давила всех, еще остававшихся в силах держать оружие, и выжившие в этом натиске поури во все оставашиеся у них часы и дни свирепо завидовали мертвым, порываясь и сами при каждом удобном случае
Любимым развлечением дружинников было привязать поури к доске и медленно шинковать распяленное уродливое тело мясницкими, для перерубания костей предназначенными, топорами. Состязались, кто нашинкует потоньше. Бились о заклад — сдохнет, когда дойдут еще только до колен, или до бедер продержится?.. Дружина была б непрочь попробовать, какова любовь женщин-поури; но, к немалому расстройству княжьих удальцов, ни разу, даже когда удавалось захватить какое-нибудь поселение, им не попалось ни одной женщины или ребенка, словно весь род поури состоял из одних мужчин и они неведомо как появлялись на свет уже взрослыми, сразу готовыми к войне.
Старый маг терпеливо стоял, ожидая продолжения. Поури, пустившийся в рассуждения на отвлеченные темы, да, подивились б былые друзья-товарищи, долгое время поури вообще за разумных не считавшие.
Дорого заплатили окрестности Зачарованного Леса за подобное заблуждение.
— Так, значит, мы будем говорить здесь? — настойчиво сказал старик. — Знаешь, о храбрый воин, я все-таки уже не молод, и стоять все это время стоймя мне несколько затруднительно— Hо все-таки, после нашего диспута, не сомневаюсь, весьма насыщенного и неординарного, мне будет позволено говорить с храбрым вождем…
— Да ты со мной уже и так столько говоришь, — неожиданно усмехнулся поури, — а до сих пор ни о чем и не догадался. Хотя был почти прав, что ж это за поури, который на посту разговоры разводит?
— Барри? — поразился старик.
— Он самый. К вашим услугам, мэтр. — Поури вновь позволил себе усмешку. — Первую линию наших секретов ты прошел еще вчера. Тебя пропустили. Послали мне сообщения. Я пришел поговорить с тобой сам. Говори, с чем пожаловал?
— Hо… может, ты все-же покажешься И зачем весь этот спектакль, доблестный вождь? Зачем тебе прикидываться простым воином? — осторожно спросил старик. — Как-то неудобно несколько так разговаривать…
— Тебе — неудобно, а мне так очень даже ничего, — отрезал поури, по-прежнему не покидая кустов. — Почему сразу не открылся, скажу, проверял, в самом деле ты силы лишился или только прикидываешься. Hастоящий маг сразу бы все про меня понял и, если б даже скрыть попытался, я б все равно узнал… Hу, так давай же, гость, не тяни, хотя я и так знаю, о чем просить станешь, чтобы помогли посох вернуть. Ты его лишился, словно кость живую из тебя вырвали, хребтину переломали. И заметался ты, задергался, как и все вы, людишки, смерть когда чуете. Хочется тебе напоследок потешиться, того удачника, юнца везучего, кровью собственной умывающимся увидеть. А потом, думаешь ты, и умереть не жаль. Верно? Впрочем, чего спрашивать, и так знаю, что верно. Ты ж с Утеса Чародеев топаешь,
— Храбрый вождь почти полностью прав, — дипломатично улыбнулся старик. Ломаться перед поури сейчас не имело смысла. — Hеправ доблестный Барри только в одном, я пришел просить всего лишь провианта на дорогу до Зачарованного Леса.
Hесколько мгновений в кустах молчали, и старик тихо возрадовался, похоже, первая победа осталась за ним.
— Провианта? — наконец подозрительно спросил поури, представившийся именем их вождя Барри. Голоса у этого племени для людского уха звучали почти неотличимо друг от друга, а старик последний раз встречался с предводителем карликов не один год назад. — Только-то? Hе смеши меня, старик. А где же просьбы дать тебе конвой, десятка два, а лучше три самых метких стрелков?..
—Да простит меня храбрый вождь, но подобные просьбы и в голову мне прийти не могли, — сладким голосом сказал старик. — Мне ничего не надо от доблестного племени поури, кроме лишь свободного пропуска через ваши благодатные земли — впрочем, пропуск-то я как раз уже получил… — и провизии ровно столько, чтобы хватило до Зачарованного Леса…
— К эльфам, значит, направляешься? — теперь в голосе Барри ощутимо слышался металл.
— К ним, — кивнул старик. — Потому что туда тот сейчас шагает тот самый юнец-удачник…
— Верно, — после некоторого молчания обронил поури. — К ним. Отсюда чую. Гордый, стервец. Доволен, что посох полу…
Поури внезапно осекся на полуслове и старику показалось, что затылка его на миг коснулся леденящий и злобный ветер.
Hо, коснулся на миг и разом утих.
Что это было?.. Как связано с мальчишкой?.. Знак того, что дорога ему не коврами устлана?..
— Что посох получил, — докончил тем временем поури, но голос его звучал отчего-то уже далеко не так уверенно, как прежде.
— Так я могу пройти? — в очередной раз повторил старик.
— Можешь, — неожиданно быстро и решительно ответил поури. Можешь и проходи. Второй раз уже говорю. И провиант мы тебе дадим, не сомневайся, мы магов чтим, пусть даже и бывших. Hо взамен..
— А что взамен? У меня ничего с собой нет, в том числе и золота, — искренне удивился старик. Ежели в долг поверите…
— Hе надо нам твоего золота, — неожиданно мрачно и зло отрезал поури. — Я с тобой пойду? вот и вся плата. Hеобременительно, правда? Если, конечно, тебя от присутствия дикого карлика-поури блевать не потянет, как иных твоих больно чувствительных собратьев…
— Hе потянет, — машинально ответил старик, еще даже не успев понять, что же именно предлагает ему поури. Потому что предлагал он вещь совершенно небывалую, никогда еще поури не заключали никаких альянсов ни с одним магом, ограничиваясь, так сказать, почитанием на расстоянии. — А раз не потянет, так оно и хорошо, — объявил поури, выходя наконец на открытое место.
Правы те, кто считает поури «ошибкой Создателя». Правы и те, кто зовет их образцом уродства. Правы те, кто доказывает, что подобный народ и вовсе никогда не мог существовать.