Верлойн

Папсуев Роман

– Стойте, – сказал Тиглон, увидев то же, что и барон.

– Что случилось? – Алдруд остановил Римула и посмотрел туда, куда указывал тиг.

– Впереди какое-то сооружение.

– Это пост, – сказал Верлойн. – Приготовьтесь.

Дальше путники поехали медленнее, направляясь прямо к темному строению, стоящему впереди. Вскоре они смогли рассмотреть его получше. Это был огромный дом за толстым каменным забором. Длиной защитная стена превышала сто шагов. Один конец забора упирался в скалу Драконьего Хвоста, другой уходил

в глубь Темного болота, скрываясь из виду в тумане. Посередине каменной стены был широкий проем, перекрытый железной решеткой. На высокой сторожевой башне, которая возвышалась рядом с домом, никого не было. Зато очень много воинов стояло перед воротами.

Путников вышел встречать целый отряд нуброгеровских воинов. В отряде были двое верховых, остальные – пешие воины с копьями и мечами. Верлойн быстро окинул их взглядом. Копейщики и меченосцы облачены в черные кольчуги, поверх которых надеты безрукавки из черной кожи с металлическими пластинами на груди; безрукавки перехвачены на талиях широкими ремнями, с одной стороны утяжеленными ножнами с мечами, с другой – кинжалами. Шеи защищены кольчужными костюмами, на головах тускло поблескивали темные металлические шлемы, на ремнях – серебряные пряжки.

Копейщики твердо держали черные древки своего оружия – острия были направлены на путников. Меченосцы же пока не торопились обнажать клинки.

Верховые были Черными Рыцарями. Судя по черно-красному плащу и значку на груди одного из них, он был капитаном охраны. Капитан выехал вперед и остановил могучего черного коня в десяти шагах от отряда чужаков.

– Кто такие? – прозвучал хриплый глухой голос из-под черного забрала.

Путники переглянулись. Роль дурачка решил взять на себя Алдруд.

– Мы – мирные пилигримы, – сказал он, старательно запахивая свой плащ, чтобы скрыть золотистую кольчугу. – Направляемся в Киразар, чтобы принять участие в зимней ярмарке.

Капитан поднял забрало, обнажив широкое скуластое лицо. Пара пронзительных черных глаз уставилась на Алдруда.

– Вы, наверное, шутите, – мрачно сказал капитан. – В Киразаре зимних ярмарок нет уже два года. И вы совсем не похожи на мирных путников, особенно если принять во внимание лук дримлина и ваши мечи, которые вы так старательно скрываете. Я повторю свой вопрос – кто вы такие?

Алдруд удивленно посмотрел на путников. Все это время он шаг за шагом направлял Римула поближе к капитану, и теперь их разделяло лишь пять шагов.

– Вы слышали? – удивленно спросил Странник. – В Киразаре ярмарок больше нет! Вот это новость!

С этими словами Алдруд пришпорил коня и с огромной силой ударил капитана по лицу кулаком. Капитан с воплем вылетел из седла и рухнул на землю.

Путники выхватили мечи и ринулись на оторопевших воинов. Все произошло так стремительно, что меченосцы даже не успели обнажить оружие. Зато копейщики, которым ничего не надо было выхватывать, угрожающе выставили копья. Путники,

однако, отвели от себя наконечники копий ударами мечей и раскидали копейщиков в разные стороны.

Маленький отряд, принимавший участие в сравнительно недавней битве за Гулэр, был намного опытней стражников, обленившихся и растерявших все воинские навыки за время безмятежной службы на восточном рубеже. Дело в том, что за время их пребывания на посту ни один человек не появлялся на равнине у Драконьего Хвоста, ибо единственным путем сюда был мост Трирога. Безмятежная жизнь сказалась на боевых навыках стражников, и поэтому в результате быстротечной стычки пятеро были убиты, а остальные шестеро – обезоружены.

Верлойн быстро спешился, одновременно доставая кинжал, и подбежал к поднимающемуся капитану, который вытирал кровь, льющуюся из сломанного носа. Капитан не успел сделать и шага, как подскочивший к нему барон вывернул его руку назад и, сорвав с головы капитана шлем, приставил кинжал к обнаженной шее противника.

– Скажи им, чтобы открыли ворота, – спокойно сказал Верлойн.

Капитан сплюнул. Верлойн надавил на его шею лезвием кинжала.

– Не заставляй меня проливать кровь, – сказал барон.

С той стороны ворот, за решеткой, молча стояли пятеро меченосцев в полном вооружении. Верлойн рывком поднял капитана на ноги и подтолкнул вперед, заставляя идти к воротам. Тиглон сунул меч в ножны, спешился и, взяв поводья Хинсала, повел коней следом. Путники, наблюдая за безоружными рыцарями Нуброгера, последовали за бароном.

– Говори, – сказал Верлойн, слегка надавив кинжалом на горло капитана.

Тот вновь сплюнул, но на этот раз сказал:

– Откройте ворота.

Воины продолжали стоять, молча глядя на своего капитана. Верлойн надавил сильнее, порезав кожу баксардца.

– Откройте ворота, именем Нуброгера, болваны! – закричал тот.

Воины неохотно подчинились. Со скрипом железная решетка поднялась, и Верлойн, по-прежнему держа кинжал у горла капитана, направился к воротам.

– Бросьте оружие!

Меченосцы подчинились.

– Назад!

Стражники расступились, пропуская барона и его друзей. Верлойн повернулся к дримлину и сказал:

– Дрюль, возьми на прицел капитана, – затем оттолкнул начальника поста и подошел к Хинсалу. – Снимай доспехи!

Капитан удивленно уставился на Верлойна, видимо, не поняв приказа.

– Снимай!

Небольшая заминка – и доспехи с глухим звоном падают на землю.

– Полезай на коня, – приказал Верлойн, указывая на Хинсала.

Капитан подчинился. Верлойн забрался на круп коня, вновь приставил кинжал к горлу нуброгеровца и повернулся к меченосцам, которые молча смотрели на него.

– Оставайтесь здесь. Если кто-нибудь из вас отправится за нами в погоню, я перережу ему горло!

– Капитан Амир? – обратился к начальнику поста один из меченосцев.