Veritas
Шрифт:
— За что? — в полумраке пещеры в дикой улыбке сверкнули зубы. Сесиль пригнулась и перебросила кинжал из ладони в ладонь. — За твою голову мне обещали вернуть брата! Разбудить!
— Он мёртв, идиотка! — выкрикнула Люция. Сердце грохотало в груди, на лбу выступила ледяная испарина. — На Терре нет магов, способных воскрешать мёртвых! Тебя обманули.
— Нет! — взвизгнула она. — Он ещё жив. А ты ничего не понимаешь!
— Неужели? — криво усмехнулась Люц. — Так просвети меня, умница! Или, скорее, мерзкая предательница?
— Нет! — рявкнула Сесиль и с рыком бросилась на Люцию через остывшие угли костра. Десница пропустила клинок над собой и сделал подсечку. Химера подпрыгнула и замахнулась по новой. Люц плавно перехватила её запястье и впечатала кулак под дых:
— Это за варкэтов…
Лэра задохнулась и упала на попу, со звоном выронив кинжал.
Десница отшвырнула оружие подальше и втопила стопу ей в живот. Девчонку сложило пополам, из горла вырвался надсадный кашель.
— …а это за отряд, дрянь. И не жалко тебе? Стольких ребят погубила только чтобы навредить мне. И ради чего? Поганого обещания воскресить труп?! Ха! Даже не смешно.
— Оно того стоило… — тихо проговорила Сесиль.
— Что? — склонила голову Люц. Черные кудри скатились по плечу на грудь, прикрытую плотной белой рубашкой.
— Он сказал, что есть способ пробудить Орфея, — бормотала она, впиваясь пальцами в холодную землю. — Он знает как. Он обещал мне…
— Кто «он»? — хмурилась Люция.
— …если я убью тебя, — продолжила девушка, не замечая вопроса, — он явится в замок и разбудит его. А ты и сама уже знаешь, — она резко вскинула голову и вперилась в фарси злыми, красными от застывших слёз глазами. — Ради брата я пойду на всё! И пожертвую всеми!
Сесиль змеёй бросилась вперёд.
Девушки сцепились, как малолетки за куклу, безобразно и дико. Пыхтели, обзывались, тягали друг друга за волосы, швыряли в грязь, сбивая миски и превращая импровизированный лагерь в разворошённое гнездо.
— Я прикончу тебя! — прошипела Сесиль и кинулась на Люцию, метя скрюченными пальцами ей в шею.
— Ручонки коротковаты! — Десница, перехватила её запястья, но по инерции покачнулась да оступилась о шаткий выступ у края пещеры. Обе девицы ахнули и кубарем покатились со скалистого пригорка в сугроб.
Кочки и камни больно впивались в бока, плечи и бедра, но благодаря снегу посадка вышла мягче, чем могла. Девушки со стоном упали наземь и расцепились, тяжело дыша.
Ссадины пылали, старые шрамы ныли. Люц прислушалась к ощущениям, чтоб понять насколько всё серьёзно. Вроде бы, ничего не сломала.
Шевелиться не хотелось, решать что-то тоже — нет сил. Но нельзя всё так оставлять. Сесиль очевидно не в себе, от отчаяния поддалась чужому влиянию. Её надо образумить и выяснить, кто навешал ей лапши на уши. Кто стоит за похищением Далеона. За всем.
Химера зашевелилась в снегу
Люц перекатилась на бок и тоже, кряхтя, попыталась подняться.
— Пойми же, Сесиль, — заговорила устало и осторожно, с жалостью во взоре. — У Орфея случилось магическое истощение. Да не простое. Он выжал себя полностью. Все силы отдал последнему заклинанию, ещё и ранен был. Смертельно. От такого не оправляются. Он знал, на что шёл. А то, что не распался до костей, как террины, может быть лишь очередной особенностью химер.
— Замолчи, — буркнула девчонка.
Но Люция продолжила, вставая:
— Твой брат погиб, Сесиль, в тот долбанный день! В саркофаге лежит лишь тело. Оболочка. Пустая. Смирись уже… — поджала губы. — Пожалуйста. Не ведись на чужой обман. Тебя используют.
— Фей был не просто моим братом, — тихо проговорила она и шумно втянула носом воздух, подавляя всхлип. Деревья рядом с девушками тревожно зашелестели, от земли в стопы забился… пульс? — Он числился моим женихом, и должен был сделать со мной одарённых наследников. Ведь роду Диметрис «нужна сила и бессмертие»! — передразнила Сесиль, видимо, отца. — А химеры могут плодиться только с химерами!
Шок и ужас сковали сердце Люции льдом.
Из-под земли, точно лианы, вырвались толстые, мощные корни и навострили свои беспощадные жала прямо на фарси.
— Прости-прощай, Люция, — с печальной улыбкой произнесла Сесиль. — Либо ты, либо мой брат.
И колья устремились в неё.
— Стоп! — приказала десница. Живые деревья замерли, как и химера. Ни вздоха, ни скрипа. Только где-то вдалеке шумер ветер и кричали чёрные птицы.
Под рёбрами пылало, раскручивался по спирали источник. Шрамы на левой руке неприятно потянуло, предостерегая.
Люц сжала кулаки, обошла убийственные корни и направилась к Сесиль. Девчонка стояла, выпучив глаза. Судя по подрагивающим пальцам и углу рта, пыталась преодолеть заклятье, шевельнутся, что-то сказать. Но не могла.
Способности Люции оказались мощнее, оно не удивительно, ведь, как рассказала сама Сесиль: они с братом поделили один кристалл пополам.
— Поразительно, не правда ли? — спросила девушка химеру, всматриваясь в её бледное растерянное лицо. — Презренная человечка оказалась магом с редкой способностью.
Однако затягивать со «ступором» не стоит. Её сила не бесконечна и сказывается на здоровье.
— А теперь… — всплеск энергии. — Отвечай. Мне. Правду.
Глаза химеры остекленели, точно она стала бездушной куклой, рот безвольно раскрылся.
— Давно ты предала нас?
— Нет, — без эмоций ответила девица. — После Дня Рождения Леона, когда приехали послы. Они связались со мной.
— Кто «они»?
— Сильфы. Латиэль и Гауф. Посол знал о моём горе, проявил участие и передал мне послание от своего господина…