Верит – не верит?
Шрифт:
– Гай… – выдохнула она, не в силах унять бешено колотящееся сердце.
– Крисси, с тобой все в порядке? – обеспокоено спросил Гай, заметив, какой у нее усталый вид. Его поразила бледность Крисси.
– Ясное дело, со мной все в порядке, – огрызнулась она и, резко отвернувшись, случайно задела Гая. Из руки ее выпал листок бумаги, который дала ей Рут и который она до сих пор, сама того не замечая, судорожно сжимала.
Она нагнулась, чтобы поднять его, но Гай оказался проворнее. Разгладив бумажку, он нахмурился, прочитав фамилию и адрес
– Если ты не больна, зачем тогда тебе адрес доктора Джардин? – вскричал он. – Хотя, по правде говоря, выглядишь ты не лучшим образом.
– Я же сказала, что со мной все в порядке, – стиснув зубы, солгала Крисси, – так что, будь любезен, отдай мне адрес.
Доктор Джардин. Гай нахмурился еще сильнее. Хотя сам он никогда не обращался к этой женщине за консультацией, ее имя почему-то показалось ему странно знакомым. Доктор Джардин, доктор Джардин…
Он уже готов был вернуть адрес Крисси, как вдруг сообразил, в чем дело. Именно к доктору Джардин обращалась одна из его сестер с подозрением на бесплодие. Доктор Джардин заведовала гинекологическим отделением городского медцентра. Гинеколог… Господи, с какой стати Крисси вдруг обращаться к гинекологу в чужом для нее городе? Что случилось? Она так бледна, у нее такой измотанный и усталый вид – ни дать ни взять привидение, и одновременно в ее взгляде такая гордость, и стоит она, сложив руки поперек живота, словно…
– Ты беременна! – Гай выпалил это, не успев обдумать, доверившись интуиции, не пытаясь сообразить, насколько правильна может быть его догадка. Но стоило ему лишь взглянуть в лицо Крисси, как он понял, что прав.
Целая буря эмоций охватила его: потрясение, боль, радость, гнев, гордость и любовь… Да, главное – любовь.
Крисси отвернулась, сжав губы. На сердце было тяжело.
– Крисси! – услышала она за спиной требовательный голос Гая.
– Мне нечего тебе сказать, – дрожащим голосом высокомерно произнесла она.
– Значит, ты действительно беременна, – не веря себе, проговорил Гай. – От меня… Это мой ребенок…
– Нет, – с вызовом отозвалась Крисси, как будто его слова ранили ее в самое сердце. – Этот ребенок, если ему и правда суждено появиться на свет, ни имеет никакого отношения к тебе. Это мой ребенок, только мой!
– Сомневаюсь, что суд согласится с тобой! – воскликнул Гай. Он был слишком потрясен, чтобы сдерживаться. До сих пор его не особенно занимали мысли о детях и отцовстве, хотя он всегда отлично ладил со своими племянницами и племянниками. Тогда почему же его захлестнуло столь могучее, древнее ощущение – смесь гордости, радости обладания и желания защитить? Едва он узнал, что Крисси носит его ребенка, мир словно перевернулся.
Крисси недоверчиво уставилась на него.
– Суд? – слабо повторила она. – Но…
– У отца есть права, – заявил Гай.
У отца… Крисси изумленно открыла рот, но тут же снова закрыла его и с горечью произнесла:
– Вряд ли ты задумывался о том, что можешь стать отцом, когда ты… когда
– А разве ты думала о том, чтобы стать матерью? – вызывающе поинтересовался Гай.
На это Крисси нечего было возразить.
– Нам надо поговорить, – настойчиво сказал Гай, но Крисси замотала головой.
– Оставь меня в покое! – воскликнула она и, резко повернувшись, быстро зашагала прочь.
Охваченный гневом, Гай последовал за ней и, схватив за руку, заставил ее остановиться и развернул к себе.
– Отпусти меня! – Крисси пыталась вырваться.
– Еще недавно ты умоляла меня ни за что не отпускать тебя, – безжалостно напомнил ей Гай.
Лицо Крисси залилось румянцем, но она нашла в себе силы ответить:
– А ты говорил, что любишь меня, хотя мы оба знаем…
Она замолчала и почувствовала, что пальцы Гая сильнее впились в ее руку. Он с усилием произнес:
– Когда мы оба знаем… О чем ты, Крисси?
Крисси покачала головой. Ее охватила внезапная слабость, она была сердита на себя из-за того, что тратит силы, которых и без того немного, на бесполезную перебранку с Гаем. Ей следует думать только о ребенке…
– Моя машина рядом, я отвезу тебя, – с мрачной решимостью заявил Гай. – И не спорь со мной, Крисси. Ты выглядишь так, словно вот-вот рухнешь.
Она и сама чувствовала это, упрекая себя не только за физическую, но и за душевную слабость, за то, что позволяет Гаю вновь подавить ее волю.
– Когда ты узнала… насчет ребенка? – тихо спросил Гай, усаживая ее в машину.
– Какая разница? – устало отозвалась Крисси, не желая признаваться, что до сих пор не подозревала бы о своей беременности, если бы не разговор с Рут.
Крисси зажмурилась. Ей на самом деле было очень скверно, но тут же открыла глаза, сообразив, что что-то не так. Они ехали вовсе не к дому Чарли. Дорога была ей совершенно незнакома!
– Что ты делаешь? Немедленно останови машину, я хочу выйти! – потребовала она и, потянувшись к ручке на дверце машины, с ужасом обнаружила, что Гай успел блокировать все двери. – Что ты делаешь? У тебя нет никакого права так поступать! – закричала она. – Ты…
– Как отец я имею полное право защитить здоровье моего ребенка, – холодно отозвался Гай.
Крисси не нашлась, что ему возразить. Подумать только – как отец он имеет право…
Она вновь почувствовала дурноту, равномерное покачивание автомобиля лишь усиливало неприятное ощущение.
– Гай, меня, кажется, сейчас стошнит, – дрожащим голосом проговорила она.
– Прямо сейчас? Крисси медленно кивнула.
Гай продемонстрировал настоящий такт и деликатность. Он тут же остановил машину и не проявил ни капли раздражительности или чисто мужского отвращения из-за того, что ее вырвало, да еще в его присутствии.
– Я хочу домой, – жалобно сказала она.
– Тебе надо жить там, где кто-нибудь сможет присматривать за тобой, – сухо ответил Гай, – и именно туда я собираюсь тебя отвезти. Поехали…