Верховные правители
Шрифт:
– Джанис сказала, что ты спишь.
– Я сказала ей это, чтобы она меня не беспокоила.
Тина закрыла книгу.
– Я ждала тебя.
Она протянула руку и коснулась кровати.
– Сядь рядом со мной и расскажи обо всем, что произошло.
– Боюсь, сейчас твоя очередь.
– Моя очередь?
– Лучше не лги мне, Тина.
Она испуганно посмотрела на Харри, который сел на кровать напротив жены.
– Зачем мне лгать?
– Куда ты ездила в четверг вечером?
– Ты пугаешь меня, когда ведешь себя так.
–
– Нет!
В её глазах отражались две светлые точки. Под одним глазом оставалось едва заметное пятно, но припухлость щеки исчезла.
Он подошел к шкафу - он знал, где искать, - нашел там черное платье и черную шляпу с вуалью, которые она надевала на похороны матери. Бросил их на кровать; они казались оболочкой мертвого тела.
– Ты ездила к нему в этом.
Она оцепенело уставилась на платье. Оно осталось от матери.
– Убери, Харри. Пожалуйста.
Он бросил на неё долгий скорбный взгляд.
– Я поручил детективу следить за тобой.
Она пристально посмотрела на него, словно пытаясь понять, что он сказал, затем закрыла лицо дрожащими руками. У неё были длинные тонкие кисти.
– Почему ты отправилась туда?
– спросил он.
– Я - я не соображала, что делаю. Я рассердилась на тебя.
– Что ты ему сказала?
– Ничего.
– Говори правду.
– Ничего. Я - я не смогла.
– Теперь остается только один выход.
– Нет!
– Это необходимо сделать ради тебя. Я должен отправить тебя назад. Если кто-то узнает, что ты была у Гиффорда... Тина, я спасаю твою жизнь. Не стоит спорить. Ты поедешь сегодня вечером.
Спустя мгновение она посмотрела на него безмолвно и покорно.
– Есть необходимость в такой срочности?
– Когда ты перестанешь употреблять зелье, ты поймешь, насколько безумный поступок ты совершила.
– Я не могу остаться сегодня с тобой?
Робкое приглашение. Она была прекрасна. Темные блестящие волосы падали на её плечи.
– Извини, - сказал он.
– Надо ехать сегодня.
– Хорошо, дорогой. Если ты так считаешь.
Ее плечи вздрогнули.
– Я позвоню туда. Теперь ты обрела рассудок.
Она сидела, скрестив безжизненные руки на коленях. Спустившись вниз, он воспрял духом. Ожидая соединения, начал тихонько насвистывать. Важно то, что она признала необходимость медицинской помощи. Это сказал ему врач.
Наконец доктор Пойндекстер взял трубку.
– Доктор, это Харри МакКаффри. Я звоню, чтобы попросить вас об одолжении. Моя жена не в силах справиться самостоятельно. Она хотела бы вернуться.
– Когда?
– Прямо сейчас.
– Хорошо. Я все организую.
Поднимаясь вверх, он услышал, как взревел на подъездной дороге мотор. Через открытое окно пустой спальни увидел задние огни "кадиллака", огибавшего стену гаража. На его ладонях выступил холодный пот.
Он резко повернулся. Казалось, в комнате звучит смех; его оглушал раскатистый неслышный смех. Растерянный Харри
ТИНА!
Стивен Гиффорд сидел на простом деревянном стуле в комнате пустого дома, находящегося в двух кварталах от жилища МакКаффри. Рядом с ним на другом стуле сидел человек с худым лицом, слегка косящими глазами и похожим на розовый бутон ртом.
В этом помещении для прослушивания, кроме пары стульев, находились многочисленные кабели, усилители и магнитофоны. Человек с худым лицом контролировал через наушники запись телефонного разговора. Беседа транслировалась в комнату по линии, арендованной у телефонной компании на вымышленную фамилию. Подключение произвели на телефонном столбе возле дома Харри МакКаффри.
Человек с худым лицом был одним из агентов Стивена. Он ежедневно регистрировал в журнале все поступающие и исходящие звонки; раз в день Стивен посещал эту и другие точки прослушивания; он просматривал журналы и слушал записи, которые казались ему важными.
Стивен не очень-то любил этот вид работы. Обычно он называл его "противным способом зарабатывать на жизнь"; однако прослушивание телефонных разговоров, отвратительное в теории, являлось самым эффективным способом сбора информации. Он изучал методы электронной слежки в "радиотехнической школе" ФБР на восьминедельных интенсивных курсах по использованию телефонных линий, установке "жучков" и тайному проникновению в дома. Он практиковался в установке "жучков" в стенах и потолках, маскировке подобных тайников с помощью древесины и штукатурки. Выпускной экзамен заключался в нахождении определенного телефонного провода в жгуте, выходящем из министерства юстиции, и подключении к нему.
Сейчас Харри МакКаффри делал по телефону ставку - речь шла о результате футбольного матча. Ожидая окончания разговора, Стивен просматривал материал, собранный за последние дни. Джонас Сильверман оказывался не тем человеком, за которого он выдавал себя. Среди его деловых интересов было значительное инвестирование финансовой компании с Уолл-стрита, которая через напористых, энергичных агентов, так называемых "толкачей", продавала наивным покупателям акции дутых корпораций. Продавцы использовали имя финансовой компании, буклеты с радужными обещаниями, липовые пресс-релизы и список разбогатевших клиентов, которые ранее приобрели ценные бумаги по почте или по телефону.
Стивен не знал, как использовать эту информацию. Он начал просматривать материалы о "Магна Индастриз", предоставленные ему Мервином Уэйли. ФБР знало о подделке ценных бумаг, но не могло вмешиваться, поскольку федеральными преступлениями являлись только кражи почтовых отправлений и подделка государственных ценных бумаг. Казначейство также проводило расследования, но ему не хватало сотрудников для борьбы с этой проблемой. Стивен глубоко погрузился в этот отчет, когда агент сообщил ему о том, что домашний телефон МакКаффри свободен.