Вера воды
Шрифт:
Глубоководная марра отпрянула от меня, и начала рассматривать меня издалека. Как и она для меня была в новинку, так и я для неё был в новинку.
– Оставаться здесь. Я привести Алис, – сказала она, и сразу уплыла куда-то во тьму. Не было сомнений, что глубоководные марры могут прекрасно ориентироваться под водой.
Я не стал идти в конфликт, и остался на том же самом месте. Однако, когда кровь моллюска начала понемногу терять свои осветительные свойства, я снова начал терять сознание. Впрочем, приземлился я, насколько я помню, довольно мягко. Однако всё равно не
Уже где-то на пограничном состоянии души я осознал, что эти глубоководные марры обуздали первородную энергию нашего океана. А это уже о чем-то, да говорит.
Запись 2. Василиск
Я проснулся уже в более светлом месте, нежели чем было до этого. Это были все те же пещеры, однако уже более облагороженные. На каменных стенах располагались какие-то светящиеся руны, которые я уже где-то видел, но до сих пор не мог вспомнить, где же именно. Это очень сильно меня удивило, однако я не успел их перевести, и узнать, о чем они говорят. Ибо ко мне со злым видом откуда ни возьмись подплыла Моркер.
– Ты спать. Моркер спасать. Снова, – сказала она сердито.
Я не нашел ни одного довода, которого мог бы противопоставить ей, однако меня спасла вторая марра, что подплыла к нам. Я сразу же поднялся с пола, и начал всматриваться в новую марру.
Он был таким же мрачным, как и Моркер, пусть и отличался от неё более развитым и крупным телосложением. Однако был настолько же худощав, как и она. Из этого я сделал вывод о том, что здешние марры питаются очень плохо.
– Я здесь Алис, – как я понял, представился он. Я сразу вспомнил слова Моркер о том, что Алис меня и спас. Я протянул ему свою руку, он посмотрел на неё как-то странно, и почему-то широко раскрыл глаза. Вместо того, чтобы пожать её, он начал её разглядывать так, будто видит бога воплоти. Я занервничал, но не подавал вида, что смущен этой сценой.
– Что случилось с Прокулом? – спросил я, сам того не ожидая, когда Алис начал сравнивать мою ладонь со своей.
Они оба не поняли, о чем я говорю, и перекинулись между собой парой фраз на их языке. Произношение слов в их языке было в два раза короче произношения наших слов. И, по всей видимости, они совсем использовали такие же речевые техники, какие используем мы.
– Холодные марра умер. Город умер. Кара настигла, – коротко ответил Алис.
– Кара?
Я не поверил его словам. Прокул не мог быть разрушен из-за одного только землетрясения.
– Жрица вода разрушить. Холодный город умер.
– Жрица вода? Кто это? – спросил я с искренним удивлением.
– Не знать, – многозначительно ответил Алис.
– Вы следуете каким-нибудь… созерцателям?
Моркер и Алис снова заговорили между друг другом на том же языке. Переглядывались со мной так, будто я спросил о чем-то очень нехорошем.
– Василиск. Лидер. Не созерцатель, но поможет, – ответила Моркер, после того, как обсудила все с Алис. – Моркер покажет. Плыви.
Встреча с лидером глубоководных марр меня напугала, а её спонтанность
Моркер начала вести меня по темным пещерным водам. Мой организм понемногу привыкал к огромную давлению в этой зоне, но всплыть обратно к поверхностным водам, если бы мне вообще представилась такая возможность в ближайшем будущем, было бы также болезненно. Резкие перепады давления плохо скажутся на моем здоровье. То, что я выжил после разрушения Прокула… это самое настоящее чудо. То, что меня не разорвало давление абиссальной зоны – чудо вдвойне. Я хотел бы верить, что мне кто-нибудь покровительствует.
Меня настораживала гостеприимность глубоководных марр. Гостеприимны были и Язычники, но они показали свое истинное обличие спустя какое-то время. Однако я хотя бы знал, чего можно ожидать от северных марр. Но чего ожидать от марр абиссальной зоны я совсем не знаю. Не знаю, и не имею ни малейшего представления. Скорее всего в скором времени меня действительно съедят, но для меня это будет самым лучшим исходом. Моя жизнь превратилась в бессмысленную череду негативных событий. И я не имею ни малейшей догадки, когда же всё это закончится, и закончится ли вообще.
Древние руны сопровождали наш путь. В некоторые из них я успевал вглядеться, и понять их значение, а в некоторых рунах даже при детальном рассмотрении я не находил никакого смысла.
– Что значит эта руна? – спросил я у Моркер, что плыла спереди меня. Она резко остановилась, не поняла, что я от нее хочу, и тогда я указал на интересующую меня руну рукой.
– Оберег, – ответила она, и продолжила путь. Я не понял, являлось ли это слово переводом руны, или обозначением того, для чего она нужна.
Наконец мы доплыли до местного правителя, Василиск. Вернее, входа в его личное место пребывания. Правитель абиссальных марр находился в широкой, и такой же темной, как и вся остальная абиссальная зона, пещере. Моркер вплыла в эту пещеру первой, что-то сказала на своем языке, и пригласила меня проплыть внутрь.
Как только я проплыл внутрь, я понял, что правитель на самом деле является правительницей, судя по форме тела и более красивым, аккуратным плавникам. Моркер почему-то расположилась сзади меня, как бы побаиваясь её.
– Тишина, словно в мертвой зоне… – сказал я, пока Василиск с интересом разглядывала меня. Она не торопилась что-либо говорить, и держалась от меня на приличной дистанции. Вернее, на приличной дистанции от нее держался я.
– Что есть тишина? Мертвый звук, эхо разбитого слога, отсутствие жизни или её преждевременная кончина? Что для тебя значат все эти слова, чужеродная марра? – произнесла Василиск, и начала вглядываться уже не в моё тело, а как будто бы прямо в мою душу. Василиск в совершенстве говорила на моем языке, в отличии от марр абиссальной зоны. Да и сама она не выглядела как эти марры. Её принадлежность к какому-либо виду марр я не мог определить.