Вера, Надежда, Любовь

Кабардинская Любовь

Василий, отец Любы, очень обрадовался приезду дочери, внука и жены. Ему необходимо было предоставить отгулы официанткам, работавших в его доме отдыха уже более двух месяцев безвыходных. Поэтому он упросил дочь поработать официанткой, а каждой из своих работниц выделил по одной неделе отдыха. Габардинская окунулась в новый, неизведанный ею мир девичьих отношений на работе. Девушки были совершенно разными и внешне и по характерам, но все сошлись одинаково в действиях к новой официантке – дочери директора дома отдыха. Каждая девушка несла материальную ответственность за столовые приборы, имела свой шкаф и ключи к нему, где и хранилась посуда. В случае пропажи ложки, вилки или каких других столовых принадлежностей, стоимость

пропажи удерживалась из зарплаты. Любаша не вникла детально в свои обязанности по договору, поэтому после каждой передачи смены отдохнувшей работнице у нее не хватало этих самых столовых принадлежностей на сумму близкую к ее заработной плате, в то время, как у всех остальных официанток все было нормально. Габардинскую это, похоже, не очень расстраивало, дни были насыщены событиями и интересными встречами. Однажды в дом отдыха приехал знаменитый артист Евгений Леонов. После обязательной программы выступлений перед отдыхающими, он согласился на вечерний ужин в семейном кругу Зайцевых. Много рассказывал забавных историй во время съемок известных фильмов с его участием. Весь вечер танцевал с Любашей, наговорил ей кучу хороших комплиментов, даже пытался ухаживать, но довольно быстро отказался от своих намерений. Габардинская видела в нем только комедийного актера, его взгляд, безумно добрый, красное круглое лицо, совершенно такое же, как в «Джентльменах удачи» просто не могло разбудить в ней никаких других чувств.

Однако следует признаться, что курортный этот городок находился на самой границе СССР и Ирана. Вполне естественно, что соблюдался строгий распорядок дня и был введен комендантский час. После 23часов запрещалось ходить по поселку. Директора домов отдыха, детских лагерей и туристических баз обязаны были следить за порядком и немедленно сообщать о чрезвычайных происшествиях или исчезновении людей в штаб пограничного отряда, который тоже располагался в поселке. В случае необходимости по тревоге поднимался пограничный наряд, выставлялись посты на дорогах, передавались сообщения по заставам, и перекрывалась граница. И все-таки, несмотря на такие жесткие условия проживания отдыхающих, за период курортного сезона, который длился пять месяцев, в поселке происходили драки, воровство, похищения девушек и другие происшествия. Поэтому у Любаши с отцом была договоренность: в случае ее не появления дома позже 23часов 30 минут, отец начинает принимать меры по розыску дочери, значит, случилось что-то серьезное. Эта договоренность не оказалась напрасной.

Однажды, вечером после работы, Любаша с официанткой Сашенькой, очень порядочной и симпатичной девушкой, заглянули на танцплощадку. Познакомились там с двумя офицерами летной части, Славой и Андреем, протанцевали только с ними до конца закрытия дискотеки, 23 часов. Кавалеры уговорили девушек проводить их по домам. Когда, за разговорами, Люба, Саша и сопровождающие их мужчины вышли на проезжую часть дороги, к ним подъехала автомашина «Волга», остановилась, и Слава с Андреем довольно бесцеремонно впихнули девушек в легковушку. Не обращая никакого внимания на возмущение девушек, молодые люди на большой скорости выехали из поселка и помчались прочь от курортного места к «Чулинскому ущелью». Мужчин было трое. Девушки, прижавшись, друг к другу, с ужасом думали, что же далее произойдет. Когда машина свернула с трассы на проселочную дорогу, Любаша набралась смелости и заговорила:

– Ребята, мне бы очень хотелось знать, что вы задумали?

Ответил Слава, молодой лейтенант, протанцевавший с Любашей весь вечер и сидевший сейчас рядом с нею:

– А, вы, не догадываетесь?

– Нет, – ответила Люба.

– А, я, думал, что мы очень приглянулись друг другу, Любочка, ты совершенно в моем вкусе, посмотри, что уже со мною творится. – После этих слов, лейтенант взял руку девушки и положил ее себе между ног. Любаша почувствовала твердую,

пульсирующую плоть мужчины, и попыталась вырвать руку, со словами:

– Но, я, не хочу этого! У меня есть муж, тоже офицер, и он меня удовлетворяет.

Вмешался в разговор второй кавалер, Андрей, который танцевал с Сашей, а сейчас сидел рядом с водителем. Он повернулся к Сашеньке и спросил:

– Ты, тоже так думаешь, милая?

– Конечно! – Ответила она. Но он продолжал:

– Разве вы не знаете, что, соглашаясь проводить себя до дома, вы дали согласие на любовное свидание. Такой негласный обычай существует. Сидите вы на кошме, а в ногах у вас стоит сумочка, набитая всякой снедью, шампанским и конфетками, мы ведь не звери какие-нибудь, все по доброй воле.

Любаша обрадовалась:

– Так у вас нет намерения, нас изнасиловать?

– Я, думаю, мы договоримся полюбовно. – Проговорил Слава.

– А если не договоримся? – Продолжала допытываться Люба.

– Тогда будем насиловать. – Отозвался до сих пор молчавший водитель.

Машина остановилась на берегу речушки.

– Все, приехали! – Вновь подал голос водитель.

Мужчины выскочили из машины, открыли багажник, достали какие-то топчаны, электрическую лампочку с переноской, выдернули из-под девушек кошму и занялись обустройством любовного гнездышка. Саша толкнула Любашу в плечо и показала ей большой гаечный ключ, при виде которого Габардинская решила действовать. Она открыла дверь и вышла из машины. К ней сейчас же подбежал Слава, схватил за руки со словами:

– Прекрасная леди согласна? На что Любаша заговорила быстро и убедительно:

– Прекрасная леди скажет, что она дочь бывшего пограничника, полковника Зайцева, его здесь почти все знают. По договоренности с отцом, после 23 часов,30 минут он поставит на уши пограничный отряд. Ребята, давайте, пока не поздно, садимся в машину и едем в поселок, там разбегаемся по домам.

– Поздно! – отметил Андрей.

– Уже 24часа 10 минут. – Продолжил он.

– Тогда, тем более вам нужно поторопиться! – настаивала на своем Люба.

– Да она все врет, пацаны, во, дают, уши развесили, да я сам первым и попробую. – сказал водитель «Волги». Он тоже приблизился к Любаше и схватил ее за руку. Теперь одну ее руку держал Слава, другую водитель и каждый тянул к себе. Шофер был староват, да и одет не по форме, похоже техник, ремонтник самолетов. Девушка сама прижалась к Славе, продолжая говорить:

– Я говорю правду! Спрашивайте про отца, отвечу все, какая внешность, какие привычки, стиль разговора?

Славик обрадовано обнял Любашу:

– Значит первый я?

Но тут заговорил Андрей:

– Пацаны, стоп! Я знаю полковника Зайцева, сталкивался когда-то пару раз с ним по «обстановке», вертолет он требовал, крутой скажу вам мужик. Слава обратился к нему:

– Ты, что, серьезно?

– Да, ребятки, если она его дочь, то я на ее стороне, сам вам руки повыварачиваю. Да и силой не хотелось бы, мы ведь все-таки офицеры.

Люба обрадовалась и продолжала убеждать Андрея в своей правоте:

– Я не лгу, Андрей, это мой отец. Он такого же роста, как я, похож на меня, то есть наоборот, я очень похожа на него, посмотри внимательно.

Офицер осветил девушку лампой и печально изрек:

– Пацаны…Мы, влипли.

Славик завозмущался:

– Да, вы что? У меня с конца капает! Нельзя что ли?

Андрей заговорил снова:

– Все, братва, собираемся по-быстренькому, и дай Бог нам проскочить пограничный наряд, иначе у тебя, Славик, из носа закапает

Мужчины скидали в багажник все, что достали из машины. Все участники неудачного развлечения уселись в машину. Водитель с проклятиями завел «Волгу» и продолжая материться, поехал по проселочной дороге. При выезде на трассу, они увидели огни, наряд пограничников. Почти доехав до тревожной группы, водитель выругался последний раз: