Великосветское убийство
Шрифт:
— Раздражающий тип, — пробормотал ему вслед сэр Гевин, — просто в голове не укладывается, что он и моя драгоценная Мирай — родные брат и сестра. Как тебе хозяин дома?
— О хозяине сказать что-то определённое затрудняюсь, поскольку кроме дежурного приветствия с напускной радостью по поводу прихода совершенно ему незнакомых людей я не видел. А вот дом — совершеннейший шедевр, великолепная манифестация обретённого высокого положения для поднявшегося из черни человека. Видимо, древесно-рождённую супругу не допустили к выбору обстановки
Рика в душе согласилась с коррехидором. Слишком кричаще, слишком роскошно, слишком напоказ. Режет глаза обилие красного цвета. Дорогие акварели прошлого столетия соседствовали на стенах с современной мазнёй из кубиков, кружочков, и иных невообразимых форм, в которой каждый зритель волен был увидеть всё, что угодно: от женского естества до зарождения вселенной.
— Зато он верный сторонник Пальмового клана, — заявил герцог так, словно преданность Харады искупала отсутствие у него вкуса, — о, — воскликнул он, обернувшись в сторону спешащего к нему мужчины, — Кабуси! Давненько я не видел тебя. У меня отличные новости.
Отец Вила кивнул им и потянул за рукав подошедшего в сторону стола с напитками.
— Вы были правы, — вздохнула чародейка, — пока приём — полнейшая скукота. Мы никого не знаем, полно людей, даже сесть негде.
— Могу предложить вам побродить по дому и полюбоваться интерьерами.
— Шутите? Лучше предложите заклинание, чтобы поскорее развидеть сей шедевр.
— Остроумные замечания и шутки скрасят нашу импровизированную экскурсию, — подмигнул Вилохэд, подхватывая с подноса проходящего мимо слуги пару бокалов игристого вина.
Рика оглянулась в сторону будущего министра и его жены, продолжавших встречать гостей:
— А хозяева не будут против?
— Не думаю. На континенте такое в порядке вещей, а Харада явный приверженец их моды и их принципов. В его доме кроме нескольких классических пейзажей нет ничего артанского. Осматривая дом, мы не без удовольствия проведём время.
Вил уверенным шагом двинулся к лестнице, когда голос дворецкого объявил:
— Достопочтенная госпожа Фань Суён!
Имя было произнесено немного громче, чем остальные, поэтому коррехидор и его спутница обернулись.
По плиткам начищенного до блеска паркета скользила женщина в традиционной делийской одежде. Среднего роста, с красивой фигурой, грациозная и изящная. На лице её также был узнаваемый макияж Делящей небо, бывший в ходу у придворных дам лет эдак двести назад: белила скрывали естественную смуглость кожи, удивлённо приподнятые нитки бровей, алые губы, изогнутые лепестком сакуры и вытянутые к вискам глаза. Над этим произведением искусства колыхались многочисленные украшения сложной причёски: золотые кисточки, цветочки и бусины. Рике подумалось, что избавься госпожа Фань от всего этого, и родной муж её не узнает.
— Рада, польщена и бесконечно обрадована, — отвечала гостья на хорошем артанском, выговаривая слова с той особой старательностью,
— Госпожа Фань, — Харада припал к руке со множеством колец, — это ваше присутствие явилось украшением скромного приёма, который вы осветили, подобно яркой звезде на закатном небосклоне, — он вторично поцеловал руку дамы.
— Мы очень рады, — улыбнулась его супруга.
— Надеюсь, господин Харада, — делийка сделала совсем крошечный шажок к хозяину дома и заглянула ему в глаза снизу вверх, — вы удостоите меня чести и покажете свой прекрасный дом? Я немало наслышана о вашей коллекции курительных трубок. Мой покойный супруг также имел сходное пристрастие, и мне было бы весьма любопытно взглянуть на ВАШЕ собрание.
Харада с улыбкой пообещал, что лично покажет гостье свои апартаменты и с охотой продемонстрирует все курительные принадлежности своей коллекции. Новоприбывшие принялись уже теснить делийку. Та ещё раз поклонилась и мелкими шажками двинулась в зал, прикрывая веером низ лица от любопыствующих взглядов.
— Куда направляетесь? — налетел на них Джейк, также успевший обзавестись бокалом виски, — если думаете насладиться осмотром дома, не советую. Везде одно и то же. Я бывал тут не единожды, посему могу ответственно заявить, что единственным сносным местом является бильярдная, а в остальном, — он безнадёжно махнул рукой, — стопроцентное жилище нувориша. Как вам госпожа Фань?
— Накрашенная кукла, — ответил Вил, — мне думается, она старается таким образом привлечь к себе внимание.
— А вот и нет, — усмехнулась чародейка, — сия дама полагает себя культурным послом Делящей небо и старается популяризировать во всём мире традиции своей страны, — она процитировала вчерашнюю статью из «Вечернего Кленфилда».
— Для культурных традиций Делящей небо было бы куда полезней, если бы самозванный посол нацепила на себя раза в два меньше драгоценностей, — заметил Вил, искоса разглядывая предмет обсуждения. Госпожа Фань остановилась поодаль и вместе с обступившими её мужчинами восторгалась классическим горным пейзажем при лунном свете, — один мужской браслет на предплечье чего стоит.
— Да, я и не заметил сперва, — Джейк оглянулся и спрятал смешок за бокалом, — грубовато, но занятно. Кони, змеи, похоже на подделку под старину.
Вил покачал головой:
— Нет, такая дама ни за что не наденет на приём дешёвку. Полагаю, на плече у неё самый настоящий бронзовый браслет эпохи Орды. Опять же кони — кочевники их буквально боготворили, змеи символизируют мудрость и воздаяние, камни полудрагоценные. Да в бронзу алмазы и не вставишь. Скорее всего, госпожа Фань носит подарок дорогого для неё человека.
— Санди! — отвлёкся дядя Джейк от обсуждения браслета, — где ты пропадаешь, чёрт тебя побери! Я тут уже битый час слоняюсь без дела, не представляя, чем бы себя занять.