Великий Эллипс

Вольски Пола

— Не воображайте, что ваше положение или ваша национальность защитят вас, Грандлендлорд, — предупредил Мильцин. — Ваш император — мой кузен. Ваша вопиющая дерзость не пройдет для вас безнаказанно. Уходите, пока у вас есть шанс, пока вы не поставили себя в безвыходное положение.

— Мы уйдем вместе, сир. Вы покажете дорогу. Откажетесь — я пущу вам пулю в лоб.

— Вы лишились рассудка? Я — король.

— Королям пускают кровь. Хотите это испытать?

— Вы не посмеете. Здесь во всех комнатах слуги и телохранители. Они мгновенно отреагируют на звук выстрела.

Вам не удастся избежать ареста и казни.

— Возможно, — Торвид пожал плечами. — Однако и Вашему Величеству не придется наблюдать это зрелище. Хватит болтать. Мы идем в лабораторию Невенского. Но не сюда, — остановил он, когда его пленник энергично шагнул к богато украшенной двустворчатой двери. — Любезно было с вашей стороны предупредить меня о вооруженных телохранителях и слугах. Поэтому мы пойдем вниз по лестнице, по которой я только что поднялся, через Длинную галерею, а оттуда в коридор. Ты тоже, — бросил он Лизелл. Он навел на нее пистолет. — Стань рядом с королем. Возьми его под руку. Делай, что говорят, — он подождал, пока она исполнит его приказ. — Прекрасно, вы отличная пара.

— Вы всерьез думаете, что сможете провести короля под дулом пистолета через зал, где толпа гостей? — Лизелл не могла удержаться, чтобы не спросить. — С вашей стороны это просто безумие.

— Именно поэтому у меня все получится, — ответил ей Торвид. — Никто не ожидает такого, никто ничего не заметит. Эти дураки даже не поймут, что происходит у них под носом. Сейчас я встану рядом с его величеством, и мы выйдем в Длинную галерею. Мы будем улыбаться, кивать головой и мило беседовать. У нас с вами премилый банкет, и все видят, что король наслаждается обществом своих хороших друзей. Но мы трое знаем, что мой пистолет упирается в ребра его величества. Малейший намек на сопротивление, первый крик о помощи — и я стреляю. Меня не волнует, чем это кончится для меня. Без малейшего сожаления я устраню гецианского короля, чей каприз лишает Империю великого оружия. Примите к сведению здесь и сейчас, что я сделаю то, что от меня требуется.

Мильцин IX неловко кивнул. Красный след от недавней пощечины поблек, и лицо его стало совершенно бесцветным.

Лизелл сверлила грандлендлорда глазами.

— Каслер ничего об этом не знает, — обвинительным тоном произнесла она.

— Ничего, — согласился Торвид с легкой усмешкой.

От его ответа и улыбки у нее по спине побежал холодок. Она опустила глаза под его взглядом.

— А теперь вперед, — приказал Торвид. — Улыбайтесь. Мы наслаждаемся нашей приятной беседой. Ну, вперед.

Это невероятно. Он не может такое совершить, да и это просто невозможно, когда во дворце так много слуг, охраны и гостей. Но каким-то образом они вышли из комнаты аудиенций, повинуясь приказу Торвида Сторнзофа. Он гнал их вниз по лестнице, он обращался с ними, как ему того хотелось. Лизелл захлестнуло чувство яростной беспомощности. Вцепившись в руку короля, она спускалась по лестнице.

В самом низу она оказалась перед маленькой, очень простой дверью. За этой дверью слышались крики людей. Она остановилась в нерешительности.

— Вперед, — приказал Торвид.

Она

метнула в него ненавидящий взгляд. Король Мильцин приоткрыл дверь. В ту же секунду крики и вопли оглушили их. Обжигающий порыв воздуха ворвался в дверь из Длинной галереи. Лизелл заметила необычное зеленое пламя, окутавшее стены и пологом висящее над головой, прежде чем дверь захлопнулась.

— Выходите оба, — приказал Торвид.

— Вы что, с ума сошли? — повернулась она к нему. — Там же настоящий ад!

— Я вижу. Зеленый ад. Необычное зрелище.

— Мы вынуждены повернуть назад, у нас нет выбора!

— Ну что ж… Давайте рассуждать. Вы заметили, какого странного цвета это пламя, как необычно оно себя ведет, заметили отсутствие реальных разрушений? Это, как я подозреваю, то, что я ищу. Это ведь Разумный Огонь, не так ли? — Торвид обратился за ответом к королю. Обиженное молчание своей жертвы он, очевидно, принял за утвердительный ответ. — Отлично. Это упрощает дело. Создатель почти у нас в руках, я полагаю.

— Я не знаю, — Мильцин поджал губы. — Я не посылал ни за ним, ни за Искусным Огнем, я не давал разрешение на это. Он зашел слишком далеко.

— Невенского не приглашали на банкет? — удивился Торвид.

— Нет. Он в немилости, он не должен быть здесь и пугать людей, — хмурился Мильцин.

— Тогда Ваше Величество должен выразить свое неудовольствие магистру. И вы сейчас его мне покажете. Выходите.

— Нет, — заупрямилась Лизелл. — Я не пойду туда.

— Ты предпочитаешь пулю здесь и сейчас?

— Лучше пулю, чем сгореть заживо!

— Искусный Огонь не обожжет вас, мисс Дивер, — вяло пообещал Мильцин. — Не беспокойтесь, Невенской этого не допустит.

Его заверения не убедили ее, но когда дверь снова открылась, она непроизвольно вошла в нее, продолжая держать короля под руку.

Опаляющее зеленое сияние, легкие клубы дыма, крики смятения и ужаса, сливающиеся с рокотом огня, мгновенно сбили Лизелл с толку. Она недоуменно моргала, картина происходящего расплывалась. Жар опалял настолько сильно, что она прикрыла лицо рукой. Она смутно понимала, что большая часть гостей сбилась в центре зала, как можно дальше от полыхающих стен. Однако сразу же, как они вошли, группа отчаявшихся отделилась от массы человеческих тел и бросилась к до сих пор невидимой двери, через которую она и ее спутники вошли в галерею. Хоть они и бежали изо всех сил, но не успели. Огонь, пролившись лавой, закрыл доступ к двери. Такое мгновенное и осмысленное действие огня не могло быть случайностью.

Пути назад нет. Слезящимися от дыма глазами Лизелл рыскала по сторонам. Сквозь облака дыма она рассмотрела занавешенные огнем двери и окна. Никому не выйти.

— Туда, — указал грандлендлорд.

Лизелл посмотрела в ту сторону, куда он показал. В угаре пламенного хаоса Торвид Сторнзоф сохранял потрясающую невозмутимость, посеребренные сединой волосы были в безупречном порядке, монокль строго на месте. Легкая, невольная улыбка удовлетворения кривила его губы.

Ему все это нравится, поняла пораженная Лизелл.