Величие
Шрифт:
Да уж, какая-то несовершенная система. Могли бы уже придумать варианты подстраховки понадежнее после целой эпохи дворцовых переворотов. С другой стороны, кто в здравом уме вообще мог вообразить подобный сценарий?
Если расклад таков, то Ирка и правда становилась нашим основным оружием. Не с Радамантом же торговаться! К тому же он явно играл против правящей семьи. Другой вопрос — почему государь не захотел привлечь побочные ветви Романовых? Не доверял? В принципе, разумно: сейчас правящий род проредили, появились вакантные места поближе к трону. И Ксения
— Теперь ясно, — сказала Ира. — Значит, вы предполагаете, что мне придется вступить в открытый бой с Ксенией Контантиновной?
— После всего, что она устроила, я могу ожидать от сестры чего угодно, — тихо ответил император и задумчиво погладил лепестки лилии. — Она готовилась к этому много лет. Плела эту паутину, словно паук. И начала настолько издалека, что мы не распознали ее замысел на ранних этапах. А что хуже всего — за эти годы моя сестрица успела сконцентрировать в своих руках порядочно власти. У нее есть ресурсы, силы и люди для переворота. И, полагаю, он либо уже свершился, либо вот-вот произойдет. Вальтер Макарович, посвятите наших гостей в подробности.
Сам император откинулся на жесткую спинку стула. Было заметно, что тонкие кованые линии впивались ему в спину и причиняли дискомфорт, но государь словно желал этой боли. Может надеялся, что боль физическая заглушит душевную. Зря надеялся, если так.
Корф взял несколько листов из папки.
— Сегодня утром мы получили сведения от коллег из Петропавловки, — начал шеф. — После того, как Великая княгиня подчинила себе Осколок, она взялась за чистку среди аристократии. Мы пока не можем понять логику, по которой она действует и выбирает семьи, но за сутки не менее пятнадцати фамилий лишились родовых Осколков, а главы семейств отправились в казематы.
— Можно взглянуть на список? — попросила Ира.
Корф протянул ей бумагу и пристально взглянул на Денисова.
— Среди заключенных ваш отец, Константин.
— Но как это возможно? — возмутился товарищ. — Не могло же Петропольское управление перейти под командование Великой княгини! Пока император жив…
— Все гораздо сложнее, Константин. Город закрыт. Коммуникации отключены — нет ни вещания, ни междугородней телефонной связи. Великая княгиня превращает Петрополь в крепость на случай, если мы решим вводить войска. Для того, чтобы передать нам эти сведения, несколько человек из Управления организовали ментальную цепочку до самой Любани. И уже оттуда получилось связаться с Константнополем.
— Говорю же, господа, моя сестра хорошо подготовилась, — добавил государь.
Меня замутило. Мои наверняка остались в Ириновке — вряд ли выехали в город. И что с ними стало? Как Ксения распорядится их жизнями? Ведь Юсупов был моим врагом, но он подчинялся ей. И та клятва, которую мы с Серегой Воронцовым принесли Великой княгине — зачем это было? Чтобы я не сорвался с крючка? Но ведь сорвался же… Вроде бы.
Я жестом попросил у Иры бумагу. Она протянула мне
— Ничего не понимаю, — выдохнул я. — После того, как мы сорвали атаку на Сенат, я должен быть едва ли не первым в этом списке! Он точный? Уверены, что всех посчитали?
— Мы сейчас ни в чем не можем быть уверены, — сухо ответил Корф. — Пока что об аресте твоей семьи сведений нет. Но, как понимаешь, все может измениться в любой момент.
И все же это было слишком странно. Даже Денисовых решили убрать, чтобы не путались под ногами. И Грассов заодно — свершилось то, чего так страстно хотела Анька в свое время. Но только где сама Аня и что с ней теперь будет без силы Осколка?
А мой род — объективно, самый опасный из этого списка — остался на свободе.
Что же ты задумала, Ксения Константиновна?
— Также нам стало известно, что в срочном порядке был созван Совет министров — тех, кого удалось застать в Петрополе.
Денисов приподнял брови.
— А Сенат?
— С Сенатом сложнее. Они же сейчас на каникулах, и многие в Новой Византии — прибыли пораньше, чтобы успеть отдохнуть перед торжествами. Но вряд ли их пустят обратно в Петрополь — если Ксения Константиновна заботится о безопасности, то наверняка допустит лишь угодных и удобных.
— Да здесь, в этом списке, уже несколько сенаторов… — отозвалась Ира.
Государь кивнул и сделал глоток воды.
— Именно. Поскольку ситуация может быстро развиться до критической, я бы не хотел превращать Петрополь в боле битвы. Чем меньше мирных людей пострадает, тем лучше. Поэтому я не хотел бы вводить войска. Наилучшим решением мне видится использование сил аристократии — в конце концов, за все те привилегии, которыми многие семьи пользовались столетиями, нужно хотя бы иногда расплачиваться.
— Не понимаю…
— Я не желаю проливать кровь неодаренных в этом конфликте, — пояснил государь. — По-хорошему, я бы и вовсе не желал, чтобы эти разбирательства вышли за пределы моей семьи, однако уже поздно. Поэтому нужно сделать все для того, чтобы это не вышло за рамки одаренного дворянского сословия.
Ну, предположим, оно уже давно вышло. Так, была пара протечек, но вроде заткнули. Но что-то мне подсказывало, что император был излишне оптимистичен на этот счет. Сейчас Ксения устроит настоящую кровавую баню, если понадобится. Терять-то ей уже нечего…
— И что конкретно требуется от нас? — спросила Ира.
— От вас, дорогая Ирина Алексеевна, требуется обезвредить мою сестрицу. А господа из Тайного отделения должны организовать все так, чтобы это стало возможно.
— Вас переправят в Петрополь, — добавил Корф. — Сложно оценить столь большой город, чтобы ни одна мышь не проскочила. Над коридором наши работают. Если получится, сможем перебросить не только основную рабочую группу, но и побольше сил поддержки.
Понятно. Опять забрасывают в самое пекло. Пора бы уже и привыкнуть.