Вектор угрозы

Ночкин Виктор

И в самом деле, бродяги шагали еще полдня, но никого не встретили. Местность казалась странно вымершей – так, должно быть, выглядела большая часть Мира Выживших, прежде чем те, кому посчастливилось уцелеть, побежали из городов.

Хуже всех чувствовала себя Яна, она привыкла находиться среди людей. Уловки, позволяющие выжить среди всеобщего враждебного отношения, которыми Яна владела в совершенстве, здесь не годились. Алекс немало странствовал в одиночку, но больше тянулся к руинам, заброшенным городам. А здесь, в этих пустошах, в силу привычки

неплохо себя чувствовал лишь Швед, отшельник и охотник. Он и держался спокойно…

Волков тоже не было видно, но Швед, определяя по каким-то ему одному понятным признакам, велел не расслабляться, стая где-то рядом.

Немного позже путники вышли к поселку, такому же безжизненному, как и окружающие луга и перелески. Дома слепо пялились на пришельцев темными провалами окон, двери сорваны с петель. Алекс заглянул на одно подворье, потом на другое, зашел в дом… Повсюду царил разгром, будто какой-то маньяк реализовал здесь свою склонность к разрушению. Выбитые стекла, расколотые бутылки и кувшины. Все, что можно было разбить, оказалось разбито, ржавые консервные банки сплющены в лепешки.

Яна оглядела разгром и заметила, что порядочному вору здесь делать нечего. О ночлеге в таком месте и говорить нечего – разоренные дома без дверей не могли служить хорошей защитой от мутантов. Они скорее станут ловушкой для обороняющихся.

Швед полез в печь, выгреб горсть золы. Понюхал, растер пальцами… наконец вынес приговор:

– Недавно люди ушли. Может, месяц-два. Вряд ли больше. Идем отсюда, плохое место, раз хозяева от него отказались…

– И уходя, нарочно все разгромили! – закончила Яна. – Наверное, злобные люди были.

Выходя, она пнула дверь, которая валялась рядом с входным проемом, в лопухах. Зашуршали растения, дверь шевельнулась. Что-то в ней заинтересовало девушку, она склонилась и стала разглядывать. Алекс подошел ближе. На двери рядом с ручкой тянулся ряд длинных глубоких царапин, как следы когтей. Следы еще не успели потемнеть, значит, довольно свежие. Яна приложила ладонь – по размеру подходит. Потом заметила Алекса.

– Нет, это не я сделала, – поспешно заявила девушка, вытирая ладонь о брючину, – нечего на меня так смотреть!

Швед тоже подошел.

– Когти, как у рыси, – заметил он, – но размер и расположение пальцев другие. Не бывает таких рысей, во всяком случае, я не встречал. Может, леший… хотя тоже не очень-то смахивает. Уходить нужно – вот это я точно могу сказать.

Бродяги поспешно оставили разгромленный поселок. Уже начало вечереть, и нужно было подыскивать место для стоянки.

И, как назло, не попадалось ничего подходящего – голые, выгоревшие на солнце горбатые холмы, поросшие кустарником овраги, перелески и пустоши… Яна даже пробурчала что-то насчет деревни, через которую они прошли пару часов назад, – там хотя бы дома стояли, все-таки лучше, чем ничего.

Алекс уже собрался ответить, как Швед объявил:

– Похоже, нашли! Вот там!

Он указывал на небольшой сосновый бор, явно поднявшийся уже после катастрофы.

Деревья молодые, тонкие, но вымахали метров на двадцать в высоту. Стройные сосны в свете заходящего солнца казались отлитыми из красной меди колоннами. Потом Алекс разглядел и то, что привлекло внимание Шведа, – лесок вырос на месте заброшенной строительной площадки. Строители уже успели возвести бетонный каркас большого двухэтажного здания, похожий на серый скелет. Массивные колонны поддерживали плиты перекрытий. Можно было разглядеть за медными соснами ржавеющий бульдозер, а оголовок стрелы подъемного крана едва торчал среди пушистых зеленых верхушек сосен.

– И что? – спросил Алекс. – Там же стен нет, верно? Только колонны и крыша на них.

– Именно, Леха. На крышу заберемся, там никакая зверюга не достанет. Дров надо будет натаскать, пока не стемнело. Так что вперед! Идем и по пути собираем сушняк.

Только подойдя к строению вплотную, Алекс оценил по достоинству идею Шведа. Местечко было и впрямь отличное – даже под крышей, если расположиться на втором этаже. Взобраться туда – нет проблем, а вот хищникам не достать. Лестниц-то строители так и не установили, имелись только предусмотренные для лестничных пролетов прямоугольные отверстия в бетонном настиле. Ну и арматура для крепежа по краям торчит.

Поклажу и собранное топливо для костра подняли наверх и приготовились дожидаться стаю. Волки на глаза больше не появлялись, но Швед уверенно говорил, что стая шла следом. Почему звери стали преследовать прохожих? И почему не напали сразу? Одному Лесу ведомо…

Для удобства подъема Швед соорудил веревочную лестницу со ступеньками из дощечек. Пригодился трос, найденный в вагончике строителей. Там тоже все было перевернуто вверх дном, в бытовке брезентовые робы истерзаны в клочья, мешки разорваны, цемент высыпался… хорошо, что моток троса неизвестные разрушители просто зашвырнули подальше.

Когда стемнело, развели на бетонной площадке второго этажа костер. Швед настоял, чтобы Алекс притащил десяток кирпичей и огородил огонь стенками.

– Мы наверху, наш огонь издалека будет видно, – пояснил он. – Что волки увидят, так Лес с ними, я больше о людях беспокоюсь. То ли Батька дозоры вышлет далеко вперед, то ли армейцы с севера подойдут… не нужно, чтобы о нас знали.

Закончив приготовления, он завалился спать, объяснил при этом:

– Не знаю, удастся ли поспать ночью, а сейчас часок можно придавить.

Алекс не мог заставить себя уснуть. Он поражался хладнокровию Шведа – как можно спать, если знаешь, что по твоему следу идет стая хищных мутантов? Яна тоже сидела у костра и, задумчиво глядя в огонь, молчала.

Взошла луна, посеребрив стройные очертания деревьев. И вот наконец вдалеке прозвучал тихий вой. На зов откликнулся второй волк – с другой стороны стройплощадки, потом третий… волки были повсюду. Швед сел – уже с автоматом в руках:

– Ага, вот и они. Я же говорил: ночью явятся. Только нас им не достать.