Век сурка
Шрифт:
Федор пожал плечами. Система огромна и странных обычаев в ней не счесть. Вполне возможно, что где-то за пределами города прямо сейчас происходит грандиозный пикник, на который пригласили все население. Это, конечно, странно, но не настолько странно, чтобы бежать отсюда, сверкая пятками.
Когда Федору оставалось пройти всего-то около пятисот метров до конечной цели его путешествия, он обнаружил первое живое существо. Точнее, живое существо обнаружило себя само. Оно сидело на одной из установленных
На вид девушке было лет двадцать и она выглядела, как неопытный турист, зашедший в лавку с сувенирами и не сумевший вовремя сказать "нет". Она была настолько плотно увешана всякими амулетами кулонами, фенечками и прочим барахлом, то Федор даже затруднялся сказать, какого цвета на ней одежда и есть ли она вообще.
Хотя она, конечно, была, потому что тут не май месяц.
Федор подошел поближе.
— Добрый день. Меня зовут Джейн и я представляю издание "Темная сторона системы"…
— А, желтая пресса, — сказал Федор.
— Для кого-то, может быть, и желая, но на самом деле мы работаем только с проверенными фактами, — привычно оттарабанила Джейн. — Вы же согласитесь дать мне короткое интервью?
— Я? — удивился Федор.
— Вы.
— А разве вы знаете, кто я такой?
— Разумеется, нет.
— Тогда почему вы хотите взять интервью именно у меня?
— А вы видите здесь кого-то еще?
— Резонно, — согласился Федор. — И куда все подевались, кстати?
— Вообще-то, формат интервью подразумевает, что вопросы вам буду задавать я.
— Но мы же можем поговорить не для протокола, — сказал Федор. — Как обычные люди?
— Можем, конечно. Но это не так интересно.
— И все же, — сказал Федор. — Так куда все подевались?
— Просто ушли из города.
— Но почему?
— Потому что четыре дня назад было сделано древнее пророчество…
— Стоп, — сказал Федор, поднимая ладонь. — Каким образом пророчество может быть древним, если оно сделано четыре дня назад?
— Мы живем в век информации, которая валится на нас со всех сторон, — объяснила Джейн. — Одна новость сменяет другую, молниеносно появляется третья, четвертая, пятая, и к моменту появления шестой о первой уже никто и не помнит. И поскольку сенсации так быстро устаревают, то любое событие, произошедшее, допустим, на прошлой неделе, можно классифицировать, как седую древность. Кроме того, через определенное количество лет пророчество в любом случае станет древним, так почему бы нам не называть его таким прямо сейчас?
— То есть, вы называете его древним просто потому, что вам так нравится?
— Такие новости лучше продаются, — объяснила Джейн. — Мы говорим "пророчество", подразумеваем "древнее". Пророчества-новоделы никому не интересны. Например, высказывание типа "вот по дороге едет
— И что же было предопределено? — поинтересовался Федор.
— Возможно, ваше появление в городе.
— Мое?
— Возможно. По крайней мере, я могу допустить, что вы и есть Третий Пешеход Апокалипсиса.
— Третий кто? Как вообще звучит эта байда?
— Вам дословно или своими словами? Если надо дословно, то я зачитаю.
— Можно и своими словами, — сказал Федор. — Когда имеешь дело с пророчествами, так оно понятнее.
— Если своими словами, то было сказано, что в городе сойдутся четыре Пешехода Апокалипсиса… Ну, там вообще-то говорилось о путниках, но мне больше нравится слово "пешеход". Кто вообще использует слово "путник" в разговорной речи? Ключники какие-нибудь замшелые разве что… Так вот, они явятся не вместе, сначала придут два пешехода, а потом один и еще один…
— В сумме четыре, — согласился Федор.
— И когда они соберутся вместе, с небес на город обрушится огненный дождь.
— Стандартная, то есть, схема, — констатировал Федор. В его прошлой жизни он бы просто посмеялся над таким предсказанием, что здесь огненные дожди были неотъемлемой частью реальности. Он, в общем-то, и сам мог бы устроить что-то подобное.
— Сначала горожане не приняли это пророчество всерьез, но потом явились первые двое, и они передумали, — продолжала Джейн. — В общем, сейчас в городе никого нет, даже лежачих больных вынесли.
— А вы?
— А у меня есть свитки экстренной эвакуации и амулет возрождения на всякий случай, — сказала Джейн. — И еще у меня есть редакционное задание дождаться развития событий и подробно его осветить. Надо сказать, задание довольно скучное, потому что в городе никого нет, а я торчу здесь уже второй день и ничего не происходит. Так что насчет интервью?
— Еще один вопрос, — сказал Федор. — А эти пут… Пешеходы Апокалипсиса были как-то поименованы?
— Нет, было названо только число.
— Ну и слава Ктулху, — сказал Федор.
Он уже начал беспокоиться, что их назвали по именам, и он фигурирует в списке под своим собственным. Что-то вроде "Война, Голод, Чума и Федор Сумкин".
— Значит, вы считаете, двое уже здесь?
— Да, — сказала Джейн. — А вы Третий?
— А я похож на Третьего?
— Откуда мне знать? В моей карьере это первый Апокалипсис.
— А в моей, к сожалению, нет, — сказал Федор. — На самом деле, я затрудняюсь ответить на ваш вопрос. В смысле, я на сегодня никаких Апокалипсисов не планировал, но когда имеешь дело с первыми двумя, ни в чем нельзя быть уверенным до конца. Так что шли бы вы отсюда, девушка, пока не началось.