Век эмпирей
Шрифт:
— Вы боитесь, что она может вас теперь услышать? — настаивал Маркус.
— Не говорите так! — сказал Авл через силу. — Не проверяйте ее!
— Она не может слышать нас, — ответил Маркус. — Не отсюда…
Он указал на ЕВУ.
— Будь мы прокляты, говоря об этом! — запаниковал Авл. — Вы должны быть осторожны с ее именем!
— Джамиль Сарум зависит от нас настолько, насколько мы рассчитываем на нее, — сказал Маркус. — Она нуждается кое в чем, что находится здесь, и это судно — единственное, что она должна получить назад.
— Богохульство! — вскричал Авл. — Вы собираетесь
Маркус потерял терпение.
— Не смейте подвергать когда-либосомнению мою веру! — взревел он. — Я верю в нее больше, чем вы можете представить. Трон Империи принадлежит ей, и я охотно умру за свою приверженность этой вере. Но… Я не убежден, что женщина, которая говорила с вами. — Джамиль Сарум, которую мы помним.
Авла трясло, он казался потерянным и сердитым.
— Вы — неверующий, — запнулся он, сжимая кулаки. — Я уложу вас на месте.
Но Маркус перехватил его руку, ударив по лицу. Дроны безопасности быстро задвигались, чтобы воспрепятствовать Авлу принять ответные меры.
— Вы поклялись под присягой защищать ее! — кипел Маркус. — Это означает, что вы должнызадавать трудные вопросы! Есть ли у нее теперь власть там, где ее не было прежде?
— Божественная! — кричал Авл, даже несмотря на то, что дроны наставили на него оружие. — Чудеса! Вера, которую мы лелеем!
— Коммандер, я — ученый!Она держала меня при себе по этой причине! Я обязан спрашивать о том, чего не понимаю!
Маркус прошел между дронами.
— Вы знаете, что случилось с ней? — спросил он, пристально глядя в глаза командующего. — Я был там, Авл… как раз рядом с Фалеком, когда это произошло. Я помню каждую деталь… Когда ее судно самоликвидировалось, все пошло точно по плану. Ядовитая инъекция была безболезненна; трансневральное сканирование — безукоризненно, данные о считывании состояния мозга — совершенны…Она должна была проснуться в клоне немедленно, как любой другой капсулир.
Но когда данные прибыли, воспроизводители коры головного мозга не начали загружать информацию в ее клон. Вместо этого они сделали паузу, как будто неуверенные в полученных данных. Мы думали, что система затормозилась из-за какой-то ошибки, но оказывается, что… шло самопереписывание.
Авл отступил назад.
— Чтопереписывало себя самое?
— Код, который ассимилирует информацию о состоянии мозга и инструктирует конструкторов кортекса, какие создать невральные пути. Единственный способ остановить это — полностью перекрыть путь матрице. У нас были копии первичных данных, мы, возможно, смогли бы восстановить ее, но… мы только не могли выполнить намеченное, не убивая ее. Это никогда не делалось прежде, прерывание процесса возвращения к жизни. Таково было решение Фалека — позволить это выполнить.
— Маркус, я не верю вам…
— Мы знали точно,сколько данных должны были получить от ее капсулы, — сказал Маркус, теперь раскачиваясь назад и вперед. —
Маркус отошел прочь на мгновение.
— Похоже на то, как будто в информацию вмешались посреди передачи.
— Это невозможно! — презрительно усмехнулся Авл. — В подпространстве все происходит мгновенно; нет времени,чтобы перехватить передачу данных!
Маркус остановился, не сделав шага, и впился в него взглядом.
— Время относительно чего?Или кого?
— Если вы подразумеваете Всемогущего, — сказал Авл, убирая руки, — тогда вы только доказываете мое утверждение, что вы слепы к деяниям Бога.
— О, вера всегда объясняет то, что человек не может постигнуть, — съязвил Маркус. — Вы знаете, Авл, информация, которую мы получили, касалась не только ее состояния. Фактически мы получили ключи к каждому слою кода и должны были препятствовать кому бы то ни было вмешиваться в работу конструкторов коры… потом прибыли инструкции о том, как обработать неожиданные данные — как практически выжечь, вживить информацию в ту часть мозга, которой мы никогда не касались прежде!
В течение трех лет Фалек и я беспомощно стояли рядом, наблюдая, как этот механизм начал изменять ее мозг способами, которые мы никогда не считали возможными. Это было, как будто мы наблюдали развитие нашей расы, но ускоренное в тысячи раз. Вы — рациональный человек, Авл. Или, по крайней мере, были таковым. Спросите себя: как она, к примеру, приобрела способность к телепатии? Этого не должно даже существовать. И все же с нею это происходит.
— Сколько раз я должен повторять, — сказал Авл. — Некоторые вещи лучше отнести к области веры!
— Моя преданность ей запрещает мне принять это! — взорвался Маркус. — Именно так зло пускает корни в этой вселенной, разве вы не видите? Стоит нам прекратить задавать вопросы, как мы начинаем уничтожать самих себя!
Авл отказался подводить основание под дискуссию.
— Но всегда будут тайны, которые нам не понять!
— Она — не такая, какой была раньше! — кричал Маркус. — Вы не были свидетелем ее речей, не слышали, как она говорит на разных языках, как знает вещи, которые не может знать… личные вещи, болезненные вещи, воспоминания, о которых лучше бы забыть…
— Это называется божественностью, — закричал в ответ Авл. — Примите это!
— Не тогда, когда она использует свою власть против вас, — не сдавался Маркус. — Бог, в которого я верю, о котором говорит наша Вера, неделает таких вещей! Она же плетет интриги, манипулирует людьми, она высокомерна и обманчива… в ней сила десяти мужчин и достанет гнева, чтобы использовать эту силу в разрушительных целях! Мы не делали этого с ней! И я настроен узнать, что ее к этому привело!