Век Дракона

Олегович Гарин Александр

Острый шип латной перчатки храмовника впечатался в шею мага, резко раскраивая тонкую кожу и мясо. Из разорванной жизненной жилы сильным потоком хлынула алая кровь.

– Обманщик!
– гулко взревел демон, и рев его раскатисто прокатился по всему телу острова.
– Предатель!

В лапе демона возник огненный шар, но метнуть его в рыцаря, который заслонил собой клетку, ему не пришлось. Выскочивший из своего укрытия за колонной Ниалл запустил в хозяина острова россыпь ледяных стрел из мгновенно замороженных водных капель. Развернувшись, разозленный демон швырнул

в него шаром, но ничего больше сделать не успел.

Хлеставшая из шеи Амелла кровь мгновенно собралась в бордовый туманный вихрь. Его клетка с треском лопнула, а за ней - клетки Айана и Алистера. Миг вихрь клубился над застывшими людьми, и потом - обрушился на демона.

– Чего вы ждете? Убить его!

Трудно было понять, кому именно принадлежали эти слова. Смертные сорвались с места одновременно, с разных сторон бросившись на окутанного губительным кровавым маревом высшего демона. За их спинами малефикар в покрытом кровью доспехе посылал на порождение Тени все новые волны своего бешенства, уже не сообразуясь с количеством выпущенной крови, и пылая лишь одним желанием - размазать высшего по стеклянным плитам его острова. Люди атаковали яростно и отчаянно, не жалея друг друга и не останавливаясь ни на миг, уклоняясь от заклятий и ударов демона, и наскакивая вновь, с отчаянным упорством.

Даже ослабленный, высший демон обладал чудовищным могуществом, быстро перемещаясь по острову, часто меняя личину и швыряясь убийственными по своей силе огненными шарами. Множество раз он вновь пытался поймать противников в стеклянные ловушки, но всякий раз терпел поражение от Дайлена, которого не было видно за вихревыми потоками магии крови. Спустя какое-то время взбешенный малефикар вспомнил о подчинявшихся ему стихиях, и обрушил на уже потрепанного демона камнепады из огня, заставив прочих бойцов спасаться бегством.

– Дайлен!
– уворачиваясь от падавших изнеоткуда раскаленных булыжников размером с конскую голову и прикрывая голову щитом, проорал Айан.
– Хватит! Хватит, слышишь! Ты его убил! Он мертв!

Рискуя собой, сквозь сбивавшие с ног потоки смертоносной магии, Алистер сумел подобраться к Амеллу и вцепиться в его плечо, сильно встряхивая. Дайлен резко обернулся к нему. Искалеченные глаза горели пронзительным синим светом, выдавая крайнюю степень бешенства.

– Ты сошел с ума! Ты всех нас убъешь!

Маг с силой зажмурился. Разлетавшиеся от него магические вихри опали на почву кровавыми брызгами. Со свистом грянул о пол последний булыжник. Отпрыск королевской фамилии успел подхватить покачнувшегося товарища и усадить его наземь. Подбежавший Кусланд помог зажать рваную рану на шее Амелла, препятствуя ходу крови. Всегда светлокожее лицо мага ныне было почти зеленым. Дайлен запрокинул голову, пытаясь справиться с крупной дрожью, сотрясавшей его тело.

– Где этот целитель?
– сквозь зубы процедил Айан, тыльной стороной ладони смахивая кровь со лба и оглядываясь в поисках второго мага.
– Ниалл!

– Ниалл мертв, - храмовник подошел тоже. На его волосах и плече застыла корка льда от неосторожного подставления под замораживающее заклятие

демона.
– Его разнесло первым заклятием. Нужно поскорее убираться из Тени. В мире смертных с Дайли будет все в порядке.

– Как?

– Убить демона праздности, - кацая зубами, простонал Дайлен.
– Если мы все еще здесь, он жив. Вы… помогите мне подняться.

Опираясь на плечо Айана, маг в сопровождении остальных сумел дохромать до хозяина острова, распростертого среди обломков колонн и плит стеклянного пола. Вид демона праздности был плачевным. Магия крови сильно обожгла его кожу. Ноги были оторваны, грудь - раздавлена ударом щита Кусланда. Демон открыл глаза, и, с трудом сконцентрировавшись, вперил тускнеющий взгляд в шатавшегося Дайлена.

– Стихиарий… - просипел он.
– Знал, что… нужно… опасаться тебя… Жаль… не довелось схлестнуться… когда я в полной силе. . Я…

Меч Хосека со свистом рассек стоячий воздух Тени. Демон дернулся с хриплым криком. Ударив второй раз, храмовник отрубил голову твари.

– Поди ты с твоими сделками, чудище, - сплюнув на труп, пробормотал он, обращаясь больше к себе.
– Я всю жизнь положил на то, чтобы оберегать мир от таких, как ты. Если в вашем мире так хорошо, как ты расписывал, отчего вы все так рветесь в наш?

Голос его становился все тише. Стражи с удивлением смотрели, как сэр Бьорн будто растворялся в воздухе, исчезая из Тени. Алистер протянул руку, чтобы тронуть рыцаря, но тот уже исчез, истаяв, как туман. Изумленный Страж поднес к глазам руку, пальцы которой таяли, как только что это происходило с Бьорном.

– Увидимся…

Его голос сделался невнятным и стих. Лицо Дайлена, только что безразличное и бледное, заметно оживилось. Нащупав на поясе нож, он выхватил его и упал на колени перед телом демона. Трясущимися руками вспоров раздавленную грудь, сунул внутрь руку.

– Что ты делаешь?
– мрачно поинтересовался Кусланд, когда в руках мага появилось ярко мерцавшее сердце демона.

– Времени у нас мало, а потому слушай и не перебивай, - торопливо заговорил Амелл, чувствуя, как его тело становится все легче и невесомее.
– Это свойство я случайно открыл во время путешествия по Тени. Слушай, говорю! Сердце демона усиливает связь с Тенью, если съесть его! Да, съесть, - он протянул руки, и сквозь его исчезающую плоть сочащеется соками сердце шлепнулось на ладонь Командора.
– Я испытал это на себе. Съешь его - сделаешься магом. Если захочешь…

Дайлен исчез. Кусланд посмотрел на сердце, лежавшее у него на ладони, в молчании наблюдая, как последняя тает в зеленом мареве Тени.

Часть 1 - 50.

Айан открыл глаза. Прямо перед собой он увидел чью-то руку. Подняв голову, Командор убедился, что рука принадлежала Ниаллу. Мертвый маг лежал на боку, откинув кисть далеко в сторону, а другой прижимая что-то к груди. Рядом с ним валялось тело одержимого, некогда бывшее вместилищем демона праздности.

Рядом тяжело поднялся сэр Бьорн. Храмовник прошествовал мимо Стражей и, склонившись к Ниаллу, вынул из его рук свиток, прикрепленный к тонкой деревянной раме.