Ведьмы

Даль Роальд

Только оказавшись на полу, я понял, что случилось. Произошла катастрофа! Мало того, что я потерял кончик хвоста, отхваченный острым ножом, но теперь у всех на виду мне предстояло загнанно мчаться через всю кухню, под злобные крики:

— Мышь! Дави её! Лови!

Всё же я собрался с духом и вскочил, чтобы бежать вперёд. Ведь речь шла о жизни или смерти! Но передо мной стеной стояли чёрные башмаки поваров, каждый старался наступить на меня или поддать мне в бок, а я, пытаясь увернуться, подскакивая и прыгая из стороны в сторону, мчался

вперёд. Надо мной гремели голоса:

— Хватай! Убить её! Дави скорее!

В полном отчаянии мчался я среди множества ног, увёртываясь от ударов. Я уже плохо соображал, куда бегу. Спасением могла быть любая щель, дырка — хоть где-нибудь, только чтобы спрятаться там и перевести дыхание.

В изнеможении я бросился на чью-то ногу, залез под белую штанину и прильнул к ноге человека, обтянутой мягким носком. Повар закричал:

— Чёрт возьми! Вы посмотрите-ка! Эта мышь висит у меня на ноге! Ребята! Хватайте её, пока она здесь!

И он начал с силой хлопать ладонью по своей ноге.

Я понял, что мне несдобровать и через пару секунд его огромная лапища прихлопнет меня насмерть. Надо было бежать, но куда? Бежать вверх! Я вонзил свои крохотные коготочки в волосатую ногу повара повыше мягкого носка и начал карабкаться вверх.

— Ах чтоб тебя! — вскричал повар. — Братцы, она ползёт по моей ноге!

Я услышал, кроме возмущённых криков повара, ещё и смех окружающих его товарищей. Но мне было не до смеха! Я просто спасал свою жизнь.

Мой повар начал прыгать на месте, словно он стоял на раскалённых угольях, не переставая хлопать себя огромными ручищами по ноге. Мне оставалось только ползти всё выше и выше, увёртываясь от этих ударов, пока я не добрался до его пояса. Дальше пути не было!

— Да помогите же мне, чёрт возьми! — простонал повар. — Я больше не могу! Она защекочет меня до смерти!

— Снимай скорей штаны! — неслось со всех сторон. — Чудак! Снимай брюки, и мы её схватим!

Как здесь было темно и жарко! Но всё же я нашёл выход! Я с трудом пролез вдоль пояса и очутился в другой штанине и, не задерживаясь здесь, молниеносно скатился вниз и снова оказался на полу!

Повар ещё продолжал кричать под громкий хохот окружавших его, призывая:

— Ну помогите же! Хоть кто-нибудь! Я боюсь, она меня укусит!

А я тем временем, не глядя на обступивших моего спасителя поваров, мальчиков из обслуги, официантов, весело хохотавших, моментально пронёсся между их ног и юркнул в мешок с картошкой. Там я залез в щель между большими картофелинами и затаил дыхание.

По-видимому, мой повар действительно начал снимать брюки, поскольку окружающие начали кричать:

— Да нет же там никого! Вот балбес! Где же твоя мышь?

Повар растерянно оправдывался:

— Была! Клянусь, ползла по мне! По штанине прямо наверх! Не представляете, какой это кошмар!

Я и не думал, что такое крохотное существо, как мышь, может произвести подобный переполох, наделать столько шума и поселить ужас в сердце

взрослого человека. Видя, как суетятся, хохочут, размахивают руками эти громадные, в сравнении со мной, мужчины, я улыбался в своём убежище.

Довольно долго просидел я в мешке с картошкой, пока не убедился, что люди забыли про меня. Лишь тогда с величайшей осторожностью выглянул я из мешка. Кухня по-прежнему пребывала в суете и суматохе. Я даже узнал того официанта, который приносил тарелку с жёстким мясом от привередливой леди. Он весело крикнул с порога:

— Эй, ребята, старая карга осталась очень довольна новой порцией отлично приготовленного мяса!

Мне же хотелось как можно быстрее убраться отсюда и поскорее оказаться под защитой моей бабушки!

Но для этого мне надо было выбраться незаметно из мешка, а потом промчаться до дверей, ведущих из кухни в столовый зал.

В ожидании удобного момента я решил осмотреть свою рану. Нож повара отхватил самый кончик хвоста, и он кровоточил. И тут я заметил, что официант с громадным подносом, заставленным большим количеством порций мороженого, собирается выходить. Он очень осторожно, стараясь сохранить равновесие, широко открыл дверь, придерживая одну из её створок плечом.

Я пулей выскочил из своего укрытия, молнией проскочил в открытую дверь и в мгновение ока долетел до бабушкиного стола. Под ним, скрытый от чужих глаз длинной скатертью, я смог наконец отдышаться. Я сразу успокоился рядом с бабушкиными башмачками — старомодными, с пуговичками и пряжками, но такими мне родными!

По бабушкиной юбке я потихоньку вскарабкался на её колено и прошептал:

— Привет, это я! Я вернулся, мне всё удалось, и весь флакон в их серебряной супнице!

Бабушкина рука приласкала меня, и я услышал, как она прошептала мне в ответ:

— Какой молодец! Ты хорошо это придумал, они как раз сейчас едят свой суп.

Но тут рука её дрогнула:

— Что они сделали с тобой? Я чувствую кровь на руке.

И мне пришлось вкратце прошептать ей всё, что произошло со мной на кухне.

Слушая меня, она достала из сумочки кружевной платочек и перевязала мою рану.

— Бедный, бедный мой, — приговаривала она при этом шёпотом, — постарайся поскорее обо всём забыть. А тебе и вправду удалось вылить весь флакон в суп?

— До капли! — опять шёпотом, но радостно подтвердил я. — Бабушка, — взмолился я, — мне так хочется посмотреть!

Бабушка, внемля моей просьбе, поставила сумочку на пустующий стул и осторожно пересадила меня со своего колена в сумочку. Бруно по-прежнему сидел там и уписывал за обе щеки какое-то лакомство.

— Привет, Бруно, — сказал я ему, и он тут же показал мне свою добычу:

— Посмотри, какая вкусная булочка, жаль только, что без масла.

С осторожностью высунул я нос из сумочки: недалеко от нашего стола сидели ведьмы. Они уже покончили с супом, и официант в это время собирал на поднос тарелки с их стола.