Ведьмоспас

Лобачев Евгений Борисович

Люди – удивительные существа. Не счесть странностей и чудачеств, на которые они способны.

Например, представим себе, что на выезде с территории предприятия рядовой сотрудник предъявил вахтеру пропуск, залитый кофе, с едва просматривающейся подписью и без печати. В лучшем случае, ни сотрудника, ни машину просто не выпустят за ворота. В худшем – вызовут охрану или милицию и оштрафуют.

Но если точно такую же рваную мокрую бумажку держит в зубах огненноглазый человеческий череп на кошачьих лапах, вахтер, скорее всего,

пропустит машину без лишних расспросов. Возможно, это случится потому, что череп искренне считает себя белочкой. Поразительно, что делает с человеком любовь к животным!

Тяжелый грузовик, рыча мотором, протиснулся сквозь узкие ворота Горгеолразедки, повернул и скрылся за черным солярным облаком, будто гигантский недовольный жизнью осьминог.

– Давай на трассу, – скомандовал милиционер. Плетнев снова крутанул руль.

– Слушай, а чего он все белочкой себя кличет? – спросил «Пом. гл. инж.», покосившись на Йорика. – Он на кошку, вроде, больше похож.

– Точно, Йорик, чего это ты решил, что ты белочка?

Череп зевнул во всю пасть.

– Долгая история…

– Ничего, ехать далеко, – подбодрил милиционер, – рассказывай.

– Понимаешь, пока ты шлялся по магазинам, меня похитили…

– А, так тебя таки похитили, – перебил Миша.

– Ну да, – Йорик кивнул всем телом. – Ввалились здоровенные такие. Страшные. Я сражался, как лев!

– Ага. И дверь, значит, никому не открывал…

– Ни боже мой! – вскричал череп. – Скрутили по рукам и ногам, и погнали! Следом – милиция. С мигалками! И давай кричать: остановите, мол! А похитители – ни в какую. Здорово было! А как я девчонок щекотал – ты бы видел!

– Во перец, – прищелкнул языком Вовка.

– А то!

Йорик вспрыгнул на широкую панель над приборной доской.

– Потом трах-бабах! Въехали в лужу. Милиционеры по полю мчатся, бандиты – от них. Я из машины выскочил – милиции в ноги. Отвезите, мол, люди добрые, в Горгеолразведку.

Йорик умолк.

– И что? – спросил Миша.

– Ничего, – сердито ответил череп. – Сволочи твои коллеги. Трое удрали, остальные хвать пистолеты – и ну в меня палить.

– А ты?

– Ну, я пару пуль зубами поймал, тогда и эти побежали. Запрыгнули в машины – и уехали. Угонщики бежали следом, умоляли, чтоб и их до отделения подбросили, но служивые не захотели. Плюнул я на них и пошел в город эту вашу геологию искать.

– И как же нашел? – поинтересовался Плетнев.

– Прохожих спрашивал, как еще? – ответил Йорик.

– А они?

– Да ну их, дураки какие-то! Убегали по большей части. Один на дерево полез. Парня с девчонкой встретил, они собаку выгуливали, большую такую. Я к ним. Девчонка меня увидела, спряталась за парня, парень – за собаку. Собака, не будь дура, хозяина куснула – и деру. Только куда ж ей убежать, если она на поводке? В общем, тоже не сказали – псина их волоком утащила. Потом только добрый дядька попался. Замызганный

такой. Едва меня увидел, «Здравствуй», – говорит – «белочка. Вот я и допился». Ну и отвел к вам.

Миша кивнул.

– Ясно. Про белочку я так и думал. Ладно, если хочешь, считай себя белкой. Все равно неизвестно, кто ты есть на самом деле.

Тягач прогрохотал по трассе, тяжело скатился на проселок, ведший к злополучному холму. На ветровом стекле вспыхнули рыжие лучи заходящего солнца, превратив лица пассажиров в подобие золотых масок, отлитых неведомой древней цивилизацией.

– Далеко еще? – спросил Плетнев.

– Такими темпами порядочно, – ответил Миша. – Только к ночи доберемся. Дальше дорога совсем скверная.

– Тут гостиница у дороги. Давай переночуем, а утром – дальше, – предложил Вовка.

– Ой, давай, – заканючил Йорик. – Жрать охота. Ночью ж все равно там делать нечего.

Миша молчал, сжав зубы. Сердце рвалось к проклятому холму, требовало во что бы то ни стало начать раскопки, срыть чертов бугор до основания, найти Наташу. Разум же твердил голосом черепа на кошачьих лапах:

– Ты подумай, там сто мегатонн магии. За такое дело нельзя с бухты-барахты приниматься. Надо все как следует обмозговать, а то только хуже сделаем. Вдруг этот кокон нельзя дырявить.

Плетнев кивнул.

– Точно, надо обмозговать. Сто мегатонн магии это не хух… Магия? Вы что, рехнулись оба? Какая к чертям магия?

– Ладно, сворачивай к гостинице, – проговорил милиционер сквозь зубы. – Вечером все расскажу. Только ты сразу на пол садись, чтоб не упасть.

На стоянке у гостиницы – двухэтажного деревянного дома – было припарковано несколько легковушек. На их фоне тягач смотрелся как перезрелый огурец среди россыпи подсолнуховых семечек.

Йорик нехотя забрался в спортивную сумку.

Дежурная выдала ключ от двухместного номера и равнодушно сообщила, что сегодня кафе закрыто на «санитарный час». Кое-какие продукты можно купить в ларьке по соседству.

Из продуктов в ларьке с громким именем ООО «Гималай» имелась водка, пиво, пряники и курево. Затарившись пивом и пряниками друзья по скрипучей деревянной лестнице поднялись в свой номер.

– Черт, с таких харчей и загнуться можно, – проворчал Плетнев. – Этак от них все постояльцы разбегутся.

– Уже разбежались, – сказал Миша. – Кроме нашего только два номера занято.

Вовка бросил на приятеля уважительный взгляд.

– Откуда знаешь?

– Оттуда. Милиционер я или кто?

Они вошли в номер. Включили свет. Разложили на колченогом засиженном мухами столе нехитрую снедь. Открыли пиво. И Миша начал рассказ.

Утром всех разбудил Йорик. Он уже забрался в сумку и понукал продиравших глаза приятелей.

– Что вы копаетесь? Кафе открылось. Чуете, как пахнет? Это котлеты. А вот фаршированным перчиком потянуло. А это… это… блинчики… О боже. Обморок!