Ведьмоспас
Шрифт:
Старик кинулся выполнять приказ.
– Йорик, будь здесь. Если эта зараза начнет колдовать – атакуй. Только сам не попадись.
– А ты что будешь делать? – спросил Йорик.
Миша выхватил из ножен меч. Зловеще вспыхнули руны.
– Я – в избушку.
– Козлыыы! – осипшим голосом заорал Дмитрий Андреич и швырнул в Чертопрыщенко палку. – Троглодиты! Колдуны на полставки! Крокодильи хари!
Каре заволновалось. Несколько человек, отделившись от него, бросились к кустам. Люба оставалась на месте, сжимая и разжимая кулачки.
– Мой
Миша ступил на поляну. Никто не смотрел в его сторону. Сделав глубокий вдох, милиционер побежал.
– Все, последил, – сказал через секунду Йорик и помчался следом.
Они одновременно влетели на крыльцо. С поляны донесся резкий выкрик Любы. Миша и Йорик юркнули за дверь. Милиционер со щелчком задвинул засов. Тотчас снаружи в дверь забарабанили.
– Прием окончен! – крикнул Йорик. – Пейте касторку!
Что-то ударило в окно. Зазвенели стекла.
– Вперед, – скомандовал Миша. – Надо найти сундук.
В единственной комнате были сняты три половицы. Солнечный луч, падавший из окна, терялся в узкой черной щели.
– Туда, – сказал Миша. Он сел на край, опустил ноги в щель. Дно у нее все-таки имелось: далеко в кромешной черноте белел одинокий солнечный зайчик.
Миша нащупал лестницу. Йорик опередил его и нырнул вниз.
Спустившись на метр, милиционер заподозрил подвох. Мощные деревянные перекладины натужно скрипели – того и гляди рассыплются в прах, лестница ходила ходуном, как при землетрясении. В некий миг Миша понял, что падает.
Удар! Ножны впились в бок. Заскрежетало, хрустнуло. Сверху посыпались куски дерева.
Когда возле самого уха просвистела последняя перекладина, Миша обнаружил себя лежащим на дне глубокой ямы. Земля была рыхлой, будто на вскопанной грядке. Сверху падал узкий солнечный луч, но в его свете невозможно было разглядеть, где у ямы края.
– Чего разлегся? – буркнуло снизу. – Слезь с меня.
Миша вскочил. Снизу на него таращились два рубиново-красных огонька.
– Йорик, ты?
– Нет, блинчик масленичный. К твоему сведению, белки не любят, когда на них валятся бегемоты и прочие парнокопытные. Теперь вот выколупывай меня.
Миша пригляделся. Череп наполовину ушел в рыхлую землю.
– Жиртрест, – проворчал Йорик. – Свинобаза с погонами.
– Хватит ворчать, – сказал милиционер, откапывая монстра из земли. – А то будешь здесь торчать, пока корни не пустишь.
– Очень смешно. Бедный я бедный. Кому-то в альтер эги ученые достаются, музыканты там разные, стоматологи на худой конец. А мне подсунули слоноподобного мента с хамскими замашками. Эй, не смей выковыривать меня мечом!
– Пожалуйста, могу обойтись по-благородному, – Миша перехватил меч на манер клюшки для гольфа и замахнулся.
– Нееет!!! – завопил Йорик. – Смотри! Сзади!
Милиционер опустил меч.
– Шучу. Не дрейфь, я не изверг. Потерпи, сейчас откопаю.
– Сза… – изрядный ком земли залепил черепу рот. В тот
– Здесь что, проходной двор? – спросили тоном старухи, вознамерившейся преподать урок хороших манер ватаге соседских мальчишек. – Сказано: сундук не отдам!
– Кто тебе сказал, что мы за сундуком? – прохрипел милиционер. Ворот рубахи душил его. Лоб внезапно стал мокрым, по щекам побежали холодные капли.
– Никто не сказал! – гаркнула «старуха». – Все являются сюда за сундуком. Сколько можно?!
Нечто встряхнуло Мишу с такой силой, что в глазах полыхнуло алое зарево.
– Вон!!! – щель в полу скакнула на Мишу как голодная барракуда из засады. В ушах засвистело. Мелькнули квадратики окон. Молодой человек ударился обо что-то твердое и рухнул вниз.
Миша открыл глаза через секунду. Он лежал на полу избушке, рядом со щелью. С низкого закопченого потолка на него глядел белесый отпечаток его собственного тела. Рядом торчал меч, глубоко ушедший в трухлявые перекрытия.
В окна таращились чертопрыщенцы – те, кто мог держаться на ногах. Их было много, но взгляд выхватил лишь одно лицо: Наташа! Она смотрела на него с любопытством малолетнего экспериментатора, отправляющего безответную теткину кошку на Марс при помощи лейки и качелей.
Морщась от боли, Миша поднял руку и помахал.
– Привет, любимая.
Выражение Наташиного лица не переменилось.
– Лезь за сундуком, – казалось, ее губы произнесли это, не спросив воли хозяйки.
– Только ради тебя, любимая, – Миша погрозил кулаком остальным чертопрыщенцам и, поднявшись на ноги, шагнул к щели в полу.
Йорик походил на торчащий из-под земли бок огромной картофелины. Страшное нечто вогнало несчастного монстра еще глубже в землю. Миша огляделся. Когда глаза немного привыкли к темноте, милиционер увидел далеко в стороне едва освещенный пятачок. Там, на некоем возвышении стоял сундук – тот самый – а рядом, на земле – деревянная кровать того разбора, что рачительные хозяева, не решаясь выбросить, вывозят на дачу. Около валялись какие-то палки. Источником света служил оплывший огарок свечи в консервной банке, которую кто-то пристроил возле сундука.
– Сундук, – пробормотал Миша. – Спасибо, наконец показали.
Милиционер опустился на корточки и, работая мечом как саперной лопаткой, откопал Йорика.
– Ну ты взлетел! Как космонавт! – были первые слова черепа, когда тот проплевался от земли. – Вам с этой штукой только в цирке выступать.
– С какой штукой? Ты видел ее? Где она?
Йорик повел лапой.
– Вон, где свечка. Вон та кровать.
– Чего? Кровать? Что за чушь!
– А ты что хотел? Эти твои эльфы ляпают монстров из того, что под руку попадется. Если помнишь, в прошлый раз они склепали чудо-юдо из тазика.