Ведьма для императора
Шрифт:
— Т-так, так почему я теперь С-сагамия? — заикаясь попыталась сменить тему.
— Ты тоже хочешь?
— Вы обещали объяснить!
— Да, верно, — нахмурился господин и зашагал дальше по коридору. — Так как я взял тебя под свою опеку, с разрешения императора тебе дано моё имя. Иначе бы он просто ускорил твой переход под свою опеку. Иными словами, ты принята в мою семью, пусть и без права наследования, пока что. Ему очень нравится идея женитьбы на ведьме. Муроми с детства любил слушать истории про ведьм, и теперь отступать не намерен,
Речи господина казались на удивление сумбурными. Он будто не мог или не хотел сосредотачиваться на обещанных разъяснениях. Остановившись, господин пристально смотрел на меня, словно что-то выискивая в моём лице. Сглотнув и обдумав услышанное, я долго не знала, что сказать.
— А вы хотите этого? — наконец, решилась уточнить я.
— Не буду врать, — хмуро начал господин, — пока печать не снимется, или не закрепится, я не знаю, что движет мною. Чувства, или её особенности. Почти пришли.
Господин пошёл дальше, чуть быстрее, чем до того. Я смотрела в спину Коэну и надеялась, он остановится и скажет, что пошутил, что хочет быть со мною, а в голове засел нехороший, скрипучий такой голосок, который всё повторял: «Должно быть, это неведомая Райя разорвала помолвку с ним. Должно быть, господин всё ещё любит свою прошлую пассию».
Он дошeл до двери, из-за которой доносились девичьи голоса. Трижды постучал и вошeл в светлое помещение. Лeгкий кивок головой в знак приветствия собравшимся внутри. Левая рука в сторону, приглашая меня войти следом.
— Сагамия Летта, — представил мужчина меня и указал на черноволосую красавицу с тонкой талией, окрашенными золотом рожками и обсидиановыми глазами. — Хасели Дзюн, воспитанница семьи Рюгамине.
— А остальные? — пискнула я, в испуге насчитав в комнате ещe шесть красивых как на подбор девушек.
— Лишь свита. Они не так важны, — уверенно заявил господин, покидая комнату и подталкивая меня внутрь.
Дверь за мной закрылась. Я сглотнула. Опустила взгляд в пол и подождала, пока мужские шаги за спиной стихнут.
Слишком много всего за одно утро! Слишком. Не решаясь двинуться, я разглядывала каменный пол под ногами, украшенный рисунками цветов и ягод. Девушки, на миг заинтересованные нашим появлением, вернулись к своим разговорам о тканях. Только три из них продолжали рассматривать меня. Дзюн наблюдала с интересом, в её глазах так и проглядывало множество вопросов, которые ей не терпелось мне задать. Ещё две девы, одна из которых куталась в расшитую жемчугом шаль, а вторая, с небольшой горбинкой на носу, с кудрявыми волосами, в которых проглядывали короткие серебристые рожки и с вытянутым лицом, смотрели с пренебрежением, но и в их строгих взглядах проскальзывал интерес.
Дзюн поднялась и, шурша одеждами, величаво подошла ко мне. Она слегка присела и склонила голову в приветствии.
— Вы воспитанница семьи Сагамия? — голос её звучал мягко.
— Всё так, — отозвалась я, сжимая в пальцах края рукавов.
— Присоединитесь к нам? — она указала на скамью, где совсем недавно сидела.
Поблагодарив, я, как могла уверенно, прошла следом и села возле госпожи Хасели. С улыбкой она пододвинула к себе подставку со вставленной шёлковой тканью и принялась за вышивку золотыми нитями.
Я не вступала в разговор первой, резко позабыв, о чём вообще можно разговаривать с девами, выросшими в высокопоставленных семьях. Мне очень хотелось сбежать обратно к господину, но я подозревала, что он по неведомой причине не хотел находиться возле меня. Не сейчас. Должно быть, он так же запутался, как и я. Вот только в отличие от меня у него ещё и полно работы.
— Она ещё и вздыхает, — фыркнула на меня кудрявая красавица с небольшой горбинкой на носу. — Шлюха.
А вот и Райя, решила я, и огонь внутри меня затрещал в желании выйти наружу. С трудом подавив невесть откуда взявшийся гнев, я лишь усилием воли делала вид, что не услышала её оценки.
— Все мы идём наверх через мужчин, — опасливо произнесла Дзюн, притворяясь, что ни к кому не обращалась. — Одни этого не стесняются, а другие прикрываются желанием своих семей, как я.
Кто-то посмеялся, но большинство заверило юную госпожу в том, что уж её упрекнуть не в чем. Наоборот, девы дивились её стойкости и нежеланию развивать магические силы с помощью вей. Да, заключила и я, глядя на деву Хасели, она не выглядела как тенери, которые питались кровью или путём соития. Её чёрные как сама тьма глаза рассказывали о воздержании лучше всяких слов.
В чём бы господин ни подозревал Дзюн, она мне уже нравилась.
Глава 65
— Вы хоть раз видели своего жениха? — спросила я, удерживая рукав в попытке спрятать печать, о которой скоро все узнают.
— Матушка говорит, это не важно, — не отрываясь от вышивки, вздохнула Дзюн. — Его Высочество я видела издалека. Он показал себя как сильный мужчина, которому можно довериться. Матушка же отца впервые увидела лишь в день их свадьбы. Мне повезло, мы успеем познакомиться до свадьбы. Ведь сложно так и не пообщаться с тем, с кем живёшь под одной крышей?
Её лицо озарила такая честная улыбка, что я не поняла, надо ли отвечать на заданный вопрос. Лишь улыбнулась в ответ. Криво, должно быть, ведь сложно радоваться за девушку, которой предстояло жестоко ошибиться в своих представлениях о муже.
— Какая глупость, — вновь встряла Райя. — Конечно, важно. Что, если муж запретит учиться и работать? Или притащит в дом с десяток вей и станет всё свободное время проводить в постели с ними, позабыв о жене?
«И господин так хотел?» — чуть не спросила я, про учёбу с работой, разумеется.