Ведьма 2000

Кузнецова Наталья Владимировна

Габриель вздохнул и посмотрел, как крепко, даже находясь в глубоком сне, Ливия прижимает их руки со сплетёнными пальцами к себе, боясь отпустить его от себя. Ему было не очень удобно, но забыв о собственном дискомфорте и пользуясь тем, что находится в тесной связи с ведьмой, он напитывал её своей энергией и силой. Это не могло ослабить его сущность, а девушке шло на пользу. Правда, надо было делать всё аккуратно и чрезвычайно осторожно, так как любая поспешность в столь деликатном деле могла привести к необратимым последствиям. Слишком мощный силовой поток энергии просто выжег бы девушку изнутри. Поэтому Габриель вливал в неё жизнь тонкой струйкой.

И его усилия не прошли даром. Парень удовлетворённо наблюдал, как тёмные круги бесследно исчезают. Бледность сменяется нежным румянцем, расцветая на алебастровой коже

алыми розами. Наливаются цветом лепестки губ. Все перемены в облике спящей девушки говорили, что она целеустремлённо приходит в норму. Девушка улыбнулась во сне.

Он понял, что ей снится нечто очень хорошее, в отличие от кошмаров предыдущих ночей. Ему очень захотелось хоть одним глазком увидеть то, что видит Ливия, что заставляет её улыбаться. Но Габриель знал, что не посмеет без разрешения девушки вторгнуться в её сновидения. Ведь сон — это глубоко личное, и никто не имеет права пересекать запретную грань, если того не требуют обстоятельства. За соблюдением этого закона следят Хранители Снов, младшие из братии ангелов. Правда сейчас здесь нет ни одного, так как они до ужаса пугливые, и присутствие воинственного архангела им не по вкусу.

Подле Оливии Габриель просидел остаток ночи, заглушив свои собственные чувства, которые жутко раздражали, охраняя её покой и с радостью наблюдая за окончательным выздоровлением Носительницы. Когда небо окрасили первые несмелые лучи солнца, он решил, что Ливия больше не нуждается в его энергии. Она вся буквально лучилась здоровьем, вид был цветущий, а колдовская мощь, как никогда сильная, затаилась внутри. Очень аккуратно парень высвободил свою руку из её цепких пальчиков, стараясь при этом ненароком не разбудить, и поднялся с постели, бросив на девушку ласковый взор.

Оторвавшись, наконец, от созерцания спящей, Габриель окинул взглядом её комнату. До сего момента как следует рассмотреть апартаменты Ливии ему не доводилось, а ведь это место может очень много поведать о его хозяйке. Стены домов, вещи и прочее впитывают энергетику владельцев и благодаря этому будто оживают. Если уметь считывать их чувства можно узнать даже то, что сами хозяева о себе и не знают. Ведь люди придают огромное значение тому, в какой обстановке им придётся жить. К тому же, любая вещь — это персональный и профессиональный фотограф, который сохраняет свои драгоценные снимки в сознании.

Габриель прошёлся по комнате, водя руками по стенам, дотрагиваясь до предметов интерьера. Перед глазами возникали образы-картинки, которые рассказывали маленькие секретики девушки, мирно спящей на постели. Боль и тоска от расставания родителей, слёзы разочарования, ликование триумфа, горечь обиды, вспышки ярости и гнева. В них Оливия была такой разной, словно насыщенная радуга. Он с искренним восхищением и интересом просматривал этот цветастый калейдоскоп, составляющий личность юной ведьмы. Но особенно его поразили те чувства, тот заряд энергетики девушки, когда он случайно коснулся сделанного ею полотна. Глаза Габриеля были закрыты, поэтому он не сразу понял, что за вещь вызвала такой хоровод ощущений. Там было столько трепетной надежды со вкусом страха и любви, что перехватывало дыхание, это был полёт души и фантазии. Парень нерешительно открыл глаза и увидел… полотно с изображением ангела. Габриель сделал шаг назад, чтобы как следует рассмотреть его. Он спрашивал себя, почему раньше не замечал этого полотна, ведь оно буквально унизано изумрудными нитями сущности Ливии, в нем было столько души. Габриель замер и потерялся в этом творении, оно поглотило всё его внимание. Лёгкость изображённого безликого ангела, стала его лёгкостью. Будто это его образ, сама того не ведая, сотворила девушка. Трепет прохладных волн реки у ног, аромат колышущихся трав, свежий ветер, треплющий волосы и зовущий в тёмное небо. Сорваться и полететь, взмахнув крыльями, данными ему и забыться среди облаков… стать свободным. Может, именно об этом мечтала Оливия, создавая своё панно? Думала, что они, ангелы, свободны? Тогда она ошиблась: для существ неба ограничений и табу столько же много, как и для людей.

Архангел тряхнул головой, отогнав шальные мысли, которые могли отвлечь от задания, порученного ему. Более не глядя на полотно и спящую девушку, зная, что тогда он непременно останется, вышел из её комнаты. Габриель знал, что когда Ливия проснётся ей стоит побыть одной, чтобы прийти в

себя. Он очень надеялся, что появившееся между ними взаимопонимание не рухнет после того как Оливия припомнит все события ночи. Но, уже зная Ливию, парень мог с уверенностью предполагать, что девушка с лёгкостью простит ему его исчезновение. А вот то, что он видел её слабость и слёзы, простить будет сложнее.

Габриель прошёл через галерею с портретами почивших ведьм, умудренными взглядами, провожавшими его, и заглянул в несколько пустующих комнат. Одна ему понравилась, так как была практически пуста. Помимо широкой постели, тумбочки и лампы там ничего не было, к тому же оклеенные лазурного цвета шёлком стены пришлись ему по вкусу. Он решил принять предложение ведьмы, сделанное ею, когда они ехали после злополучной охоты на подручных Ангелиуса, и разделить с ней кров. Прежние его планы уже нарушены, демоны хорошо осведомлены о присутствии покровителя у ведьмы, и скрываться не было надобности. Габриель был уверен, мерзкая тварь не оставит попыток добраться до девушки, а сегодняшние увечья лишь подстегнут Ангелиуса к действиям. А один из погибших в руках архангела демон перед смертью поведал, что его врагу Князь Тьмы дал срок лишь до Рождества. Значит, теперь они оба зависят от времени, утекающего очень быстро. Так что для Ливии будет лучше, если он будет рядом с нею. Конечно, он и так был бы рядом, незримый для её глаз, но Габриель больше не хотел быть шпионом и портить отношения с девушкой. А так она поймёт, что с ним можно сотрудничать, что ему можно доверять. Единственное, Оливия всеми способами будет пытаться узнать его секрет. О своей ангельской сущности Габриель не хотел распространяться, считая, что это просто ни к чему, и не стоит внимания. Но глубоко внутри, не признаваясь в этом даже самому себе, парень боялся, что такое знание оттолкнет Ливию от него. Боялся увидеть суеверный страх в её глазах. Правда, он не сомневался, что рано или поздно она непременно всё узнает. Парень надеялся на «поздно».

Габриель растянулся на постели, прикрыв глаза от усталости, чувствуя, как по телу растекается нега, а мышцы расслабляются. Летать через параллельные миры — дело не из лёгких даже для такого сильного существа, как он. Теперь ему просто необходимо немного поспать. Несколько часов для архангела вполне достаточно, чтобы перезапустить энергетическую «батарею», дающую ему его силы. Хотя ранее хватало и доли секунд, но он слишком долго на земле. Силы капля за каплей утекают из него, он всё больше и больше становится человеком, так как этот мир создан для людей и только частично для их ангелов, которые соседствуют и делят жизнь с человеком. Но даже они не могут жить на земле постоянно, иначе их ангельская сущность обратится человеческой душой. Правда, этот процесс может растянуться на годы и даже на столетия без значительных потерь энергии. Архангелы же более мощные и сильные, они созданы уничтожать, и тратят очень много Сил для этого, существование в земных сферах гибельно. Габриель отличается от них, поэтому у него есть ещё шанс.

Вскоре парень погрузился в сон.

Глава 28

Под подушкой заверещал мобильный, сообщая, что солнце встало из-за горизонта, пробудившись ото сна, и другим пора сделать то же самое. Оливия поморщилась, но глаза всё же открыла и бессмысленно стала рассматривать балдахин над своей постелью. С каждым мгновением ясность мысли и способность здраво рассуждать возвращались к ней. События прошедшей ночи восстанавливались. Ливия спрашивала себя о том, действительно ли её потерянный архангел вернулся, или это был лишь сон, сладкая мечта, преобразованная хитрым мозгом в сновидение. Хотя если ей приснилось что-то путное и светлое помимо мерзкой твари Ангелиуса, это можно считать несказанными удачей и счастьем.

Мысли о демоне заставили девушку вздрогнуть, а тело прошиб холодный пот. Воспоминания о том, как он истязал и преследовал её во сне, заполнили голову. Но им на смену пришли другие, о том, как в самый жуткий момент, когда, казалось, спасения нет, в кошмар ворвался Габриель и вытянул её. Значит, это действительно было. Блудный архангел действительно вернулся, чтобы спасти свою подопечную. Оливии захотелось смеяться и скакать на постели, сейчас же броситься на поиски парня и повиснуть у него на шее.