Шрифт:
1
– Я чувствую себя носком, – сказал мужчина, поглядывая на меня красивыми, большими глазами чистого серого цвета.
– Грязный и вонючий? – усмехнулась я, отворачиваясь от его сквозящего порнографией взгляда, посмотрела в окно купе, где темнели и пролетали мимо бескрайние поля.
– Вечно без пары, – рассмеялся, толи Олег, толи Глеб.
– Давай, Надюш, ещё выпьем.
– Я Нинель.
– Прости.
– Ничего, я тоже не помню, как тебя зовут, Егор.
– Гурьян.
Я посмотрела на него сквозь стакан,
Вначале нашего совместного путешествия я надеялась, что кто-то подсядет в купе, но потом Гуру, сообщил, что выкупил три места, хотел всё, но я успела раньше выхватить себе койку, а других купе не было. Так и познакомились. И я достаточно взрослая девушка, чтобы понимать к чему может привести пьянство в закрытом купе с таким… охрененным мужиком.
– Мы не можем быть парой, – заявила я, продолжая его изучать сквозь стекло и жидкость.
– Почему?
– Ты носок шерстяной, а я шёлковый
– Чулочек, – сладострастно протянул он. – Нежный, шёлковый чулок. Рассказывай, что у тебя случилось?
Шла вторая бутылка, и мои проблемы казались такими далёкими и незначимыми, что даже говорить не хотелось, поэтому я запела:
– Навру в три короба, пусть удивляются, вагончик тронется, перрон останется…*
– Нинель, Чулочек, я мужчина конкретный, ты говори, не стесняйся, а я постараюсь решить все вопросы.
Он стал в моих глазах ещё краше. Лицо его очень приятное, напоминало какого-то Голливудского актёра, и улыбка тоже была оттуда родом, белоснежная во все тридцать два. В расстёгнутом вороте белоснежной рубахи показывалась толстая мужицкая шея, на ней золотая цепь, что звеньями придавливала волоски. В обычной жизни меня бы это отпугнуло, здесь и сейчас, когда есть запасная бутылка портвейна, привлекало мою женскую сущность, будоражило сокровенные, тайные позывы найти самца и отдаться ему немедленно.
– Брат взял кредит, но он инвалид, поэтому кредит брал у бандитов, если два миллиона не верну к следующей неделе, меня с ним убьют.
Это всё, что я могла ему рассказать. Даже под действием алкоголя и наркотиков выудить из меня нужную информацию будет крайне сложно, профессия обязывает улыбаться, болтать по пустякам и ничего больше меры не рассказывать. Я дама двуличная с секретами. Сейчас решила расслабиться, полностью отдавая отчёт в том, что творю.
Со мной такая ситуация впервые, обычно я опять замужем, не позволяю себе вольности. Но обстоятельства действительно скашивали, и было жизненно необходимо расслабиться. Странный я выбрала способ, но это случай такой. Пусть будет Гурьян, я только «за».
– Дело только в деньгах? – Он ухватил меня за руку и потянул на себя. Выставил свои мощные колени из-под вагонного столика и усадил меня сверху. У меня аж попка расслабилась, как было здорово, на таких коленях посидеть. Ручища волосатая погладила мою спину, и, в просторном хлопковом платье в стиле "кантри", мне становилось очень жарко.
– В них, проклятых, – я поставила стакан
Я склонила голову набок и поцеловала его в губы. Сладко, горячо. Он как-то несмело целовался, хотя под его толстыми брюками всё уже было готово к продолжению разговора. Гуру на то и гуру, чтобы век учиться. От невинного поцелуйчика, перешёл к слиянию ртами, накручивая темп, начал имитировать настоящее проникновение, влезая мне в горло своим неведомо длинным языком.
От такого напора, я простонала и взяла инициативу в свои руки, в буквальном смысле, залезла мужчине в штаны, приятно была удивлена. Горячий орган был вполне приличного размера и загнут вверх, что обещало мне незабываемые впечатления.
– Как предохраняться будем? – вспомнила я.
Великий стратег, блин! Полезла за сексом, забыв, что он случайный.
– Не хватало ещё предохраняться, – нахрапом взял меня мужчина, повалил на узкую койку. – У меня женщины четыреста лет не было. Я сейчас тебя так… никакая охрана не поможет.
– П-п-погоди, – я пыталась увиливать от поцелуев, Но Гурьян ревел как зверь, уже стаскивал с меня трусы, бурча под нос недовольства наличием нижнего белья.
Я ещё раз попыталась поднять тему предохранения, но меня начали удовлетворять руками, а потом безумное чувство наполненности и офигенного кайфа переполнило меня, и все посторонние мысли выбивались резкими толчками. Это было неописуемо, обалденно и феерически. Орган пробивался куда-то в необследованные дали и доставлял невероятное удовольствие, что я чуть не закричала в голос. Изогнувшись дугой, задевала одной ногой полочку для полотенец. От немыслимого давления внутри, сознание уносилось в космос, и я переставала владеть собой.
Гуру пыхтел, разухабисто, стаскивал с меня платье. Запутался в лифчике, пришлось самой снимать. Сам раздевался. На его шее болталась цепь, поблёскивая в тусклом свете. Грудь его оказалась не такой уж и волосатой. Мохнатые гребни бегали по телу, особенно мне понравился тот, что от пупка тянулся к паху. Тело мужчины было очень сильным, словно из камня высеченное, что не могло не радовать меня, я до таких крепких мужиков не прикасалась, не то чтобы оказаться под таким. А руки его - просто закачаешься!
Бессовестным образом приподнял мои бёдра выше и рукой закинув верхнюю полку к стене, стал в меня входить, устраиваясь поудобней.
Я кричала, уже не стесняясь, притихла только когда постучала в дверь проводница и попросила соблюдать тишину.
– Да!!! – заорал он проводнице и кончил.
Я не успела разочароваться, когда он вышел из меня и навалился сверху, дав почувствовать своё грузное тело. Стал целовать виски, лоб, засосал нос, губы потом спускался ниже, оставляя на шее засосы, ещё ниже к груди. Всасывал соски, доводя меня почти до исступления своими звериными ласками. Я почувствовала струйки, выливающиеся из меня. Но не успела подумать, что это приведёт к беременности, пальцы мужчины стали меня ласкать между ног, активно и так профессионально, что я позавидовала той любовнице, что была у него четыреста лет назад.