Вечный волк
Шрифт:
Я была на грани оргазма, когда он укусил меня за грудь. Я дёрнулась, понимая, что это слишком. Но укус был зализан, и боль прошла. Почти насильные объятия не давали вырваться, Гуру опять вошёл в меня.
Ласки на грани боли привели меня к острому сокращению мышц, и я вцепившись в толстую кожу любовника, стала биться под ним в исступлении, дёргаясь на его члене. Не замечая моего оргазма, Гуру продолжал парить меня, как будто мы только начали, и я бесправная и замученная где-то через полчаса попросила о пощаде, потому что четвёртый оргазм выбил бы меня
Купе передо мной крутилось и вертелось, и я закрыла глаза. Проваливалась в блаженную яму, чувствуя себя невероятно удовлетворённой. Тонула в нежности Гуру, который ласкал меня и целовал. Казалось его руки везде, его губы везде. Целовал, лизал. Животное какое-то! Но так приятно, что разомлев, я окончательно расслабилась.
– Я ради тебя вышел, не ради этих идиотов, – донёсся его голос в мою отдельную вселенную, где я качалась, как в колыбели не чувствуя ничего кроме блаженства. – Знал, что ты существуешь. Нинок, сколько тебе лет?
Раньше надо было знакомиться. Мне тридцать один год, но Гуру об этом не узнал.
Я проснулась в тяжёлом похмелье. Голова немного кружилась, зато тело приятно ныло от пережитого удовольствия. Лежала я прямо на мужчине, который храпел и не жаловался на тяжесть моего тела. Здоровый мужик. Пожалуй, я постараюсь с ним познакомиться и не отстану. Это же подарок судьбы, такой любовник. И собеседник он отличный и вообще я не видела ничего кроме храпа плохого в этом Гурьяне.
Медленно сползла. Когда чуть не упала, он поддержал своей могучей лапой.
– Куда? – хрипнул он, не открывая глаз.
– Сейчас, – устало прошептала я, натягивая на себя платье и вступая в туфли.
Взяв свою сумку, я вышла из купе, одёргивая платье и приглаживая волосы. По моим подсчётам мы находились в маленьком городке, где стоянка полтора часа. На улице уже светало. Весна во всей красе. Распускалась листва и чернела в свете ярких алых лучей восходящего солнца.
Проводницы не было, я беспрепятственно открыла дверь вагона и выскочила на перрон. Поёжилась. Было прохладно. Пока цокала каблуками по асфальту, чуть не падая, оглядывалась по сторонам. На вокзале было пусто, одинокий дворник в ярко-оранжевой безрукавке внимательно меня рассмотрел
– Здравствуйте, не подскажите, есть здесь аптека?
– Внизу, – указал дворник мне путь. – За площадью направо.
– Спасибо, – поблагодарила я и спустилась по лестнице к привокзальной площади.
Свистели таксисты, махали мне руками. Я покачала головой, и, сложив руки на груди, поспешила в указанном направлении. Ветерок поддувал под подол платья, напоминая, что я без трусов. Всё моё мокрое лоно холодело.
Прогулка по незнакомому городку меня протрезвила. Я вспоминала прошлую ночь и улыбалась. Это было здорово, Гуру! Аптека действительно была, но она не работала, поэтому все мои надежды купить себе что-то быстрое противозачаточное, не оправдались.
Пришлось возвращаться. Низко опустив голову, я побежала обратно к перрону. Я так продрогла, что уже лелеяла
Поезд ушёл.
2
– Нинель Николаевна, когда вас ждать? – спрашивал в трубку противный голос, противного мужика с противной работы.
– До обеда, Игорь Степанович, некоторые накладки произошли. Я буду через два часа.
Я всегда говорю бодрым и твёрдым голосом. Что не говорить, если уже выпила литр минералки с похмелья. Голос даже не хрипел.
– Я жду вас, – немного разочарованно. Надеялся, что я в этой долбанной командировке отдохну и стану более мягкой к нему. Я реально отдохнула только в поезде, до этого, как белка в колесе по его заданиям скакала. Так что не жди улыбок и стреляния глазками, мудак.
К жене! Все к жёнам!
Я отключила звонок и тяжело вздохнула.
Таксист заломил за поездку до моего города нереальную цену. Эта цена моего безумия. Такие вещи, как отставание от поезда, не в моём репертуаре. Очередная особь мужского пола воспользовалась моей беспомощностью и всосала мои наличные.
Хотела сесть на заднее сидение, но меня там укачивало, поэтому ехала впереди, сразу сделав акцент на том, что миленько общаться за такие бабки с ним не буду, он вообще мне куни должен за такие деньги.
От таксиста разило, от меня разило, так что я приоткрыла окошко для вентиляции, старый кондиционер с нашим амбре не справлялся.
Ехала и страдала. Нет, мне не жалко сумки со шмотками, что я оставила в купе, там не было ничего ценного или невосполнимого. Мне было Гуру жалко. Я ж так к нему прониклась, а он как в меня проник! Тело пело от удовольствия и полного расслабления. Такого любовника прошляпила, алкоголичка.
Очередной звонок. На экране написано «Цит», это кликуха того бандита, который держит лавочку по раздачи населению денег под проценты. Он настоятельно просил его звонки не пропускать во избежание телесных повреждений.
– Да, – рявкнула я в трубку.
– Эль, как твои дела? – хрипловатым басом спросил бандит.
– Всё в порядке, до конца недели, как и обещала. Сегодня только четверг.
– Я очень надеюсь на твою сознательность.
– Я же сказала, всё будет.
Он повесил трубку. Звонил раз в день. Пусть звонит, он просто спрашивает, как дела, его коллекторы оказывают серьёзное психологическое давление. Я особа стрессоустойчивая и то, напрягалась.
Я выливала в себя последние капли минералки, когда мы подъехали к нашему спальному району. Новая высотка, во дворе встать негде. Хотя все должны были на работу разъехаться. Среди машин замухрышчатая детская площадка, совсем крохотная, уже оккупированная молодыми мамами с колясками. Дрянь, а не район, создают видимость комфорта, а на самом деле не встать, не сесть в этом муравейнике.