Вечный Странник

Сербжинская Ирина

– Знаю, – недовольно отозвался Тильвус. – Да, вернусь, пожалуй… ненадолго.

Он вытянул руку с мечом и, прищурившись, посмотрел на ржавый клинок.

– Пора уж побывать. А то забыли меня, смешно даже! Жаль, конечно, что приходится уходить из этого мира летом…

– При чем тут лето, старина?

– Ну…

Глаза великого мага заволокло мечтательной дымкой; вереницы загорелых длинноногих девушек в шортах и мини-юбках проплыли перед его мысленным взором.

– Летом этот город только дурак покинуть захочет, – туманно

пояснил он. – Потом объясню, при случае…

Светловолосый насмешливо хмыкнул. Тильвус нахмурился:

– Эй, мы с тобой договаривались, что ты не будешь читать мои мысли!

– Извини, приятель, я не удержался, – хладнокровно ответил тот. – Уж очень… гм… познавательно. Да ладно, если захочешь, вернешься. Обещаю, что к твоему возвращению лето еще не закончится: время-то здесь течет совсем иначе, чем у нас. И скоро ты снова…

– У вас, драконов, все скоро, – недовольно проворчал Тильвус. – М-да… до конца пляжного сезона надо бы успеть!

В воздухе снова закружился маленький вихрь.

Тильвус поднял меч и провел ладонью по изъеденному ржавчиной лезвию.

Сати и Никита одновременно открыли рты: Странник сменил обличье. Он больше не был ржавым и старым. Тильвус держал в руке сверкающий серебром клинок.

Маг усмехнулся, заметив их изумление.

– Вечный Странник чует перемены и близкую битву.

– Какую? – не утерпела Сати.

– Извечную борьбу добра и зла, конечно же…

Сати поглядела на преобразившийся меч.

– А кто победит? – с надеждой спросила она. – Добро?

– Как получится, – вздохнул Тильвус.

– Не задерживайся! – велел светловолосый человек, шагнул в пустоту и исчез.

Тильвус свистнул собаке и направился следом.

– Э… минуточку! – взмолилась Сати, заторопившись следом.

Великий маг оглянулся через плечо.

– Ну что еще? Про туфли даже не заикайся! Сама слышала – в вашем мире магию творить запрещено!

– Я не про туфли, я про другое! – протараторила Сати. – Вы, пожалуйста, сделайте так, чтоб в музее про меч забыли! А иначе, честное слово, у нас с Никитой будут большие неприятности!

– Очень большие! – подтвердил сисадмин.

Тильвус вздохнул:

– Ну ладно. Но это в первый и последний раз, ясно?! Нельзя нам в вашу жизнь вмешиваться…

– Кто бы говорил! – не утерпела Сати. – Нельзя, значит?! То-то вы…

– Никто не будет помнить о Вечном Страннике, – пообещал Тильвус, ухватил собаку за ошейник, подтолкнул легонько, они нырнули в портал и исчезли.

ГЛАВА 17

«К новым успехам шагает вперед Поступью твердой фанерный завод!»

– прочитала Сати и глубоко задумалась. Потом перечитала еще раз, потянулась к телефону и набрала номер рекламного отдела.

– Ало, начальник ваш где? Нету? А где он? Да так, поговорить хотела.

Хотела сказать, что он ненормальный и заказчики у него такие же, ясно? А потому! А потому, что директор фанерного завода шлет мне стихи собственного сочинения и желает, чтобы я их вставила в свой рекламный текст, вот почему! Что? Если бы о любви, ага… а то о фанере! Вот и я говорю, выродились мужики совершенно, и главный вырожденец – ваш начальник! Ага, вот так ему и передайте! Не забудьте только!

Она брякнула трубку на рычаг и сердито уставилась в окно.

Никита, чинивший компьютер Хамера, покрутил головой.

– Хорошие стихи, чего ты прицепилась? – Он задумчиво разглядывал вытащенные из-за стола провода. – Не Пушкин, конечно, скажем прямо, но… в конце концов, нам же неизвестно, как Пушкин, к примеру, фанерным заводом бы руководил!

– Прекрасно бы он руководил, – буркнула Сати. – Гении, они, знаешь… Они все могут. Вот я, например…

– А это что? – Никита подошел к ее столу и взял листок белой глянцевой бумаги. – Приглашение в музей?

– Именно. – Сати вздохнула. – Выставка в нашем музее открывается, «Случайные находки» называется. По-моему, дурацкое название, а? Как будто бывают находки специальные, не случайные!

Сисадмин уселся напротив, по-прежнему держа листок в руке.

– И что? Пойдешь?

– Куда? В художественный музей? Да ты что?! Ни ногой, даже под дулом автомата! Я, знаешь, когда мимо музея прохожу, всегда на другую сторону улицы перебираюсь. И сразу ужасы всякие в голову лезут: как мы Тильвуса ловили, как меч воровали… Так что на выставку попрошу кого-нибудь другого сходить. Толстая Ирка удивится, конечно, будет спрашивать… да и Костя тоже… но я все равно не пойду! Стыдно как-то… да и перед генерал-губернатором неудобно, что он обо мне подумал?

– Кто? Генерал-губернатор?

– Ну да…

Никита удивился, но виду не подал.

– Да ладно, это уж месяц назад все было-то!

Сати забрала у него приглашение и вложила в конверт.

– Я вот думаю иной раз, – задумчиво проговорила она. – Чем он там занимается?

– Генерал-губернатор?

– Тильвус. Дедушка мой, не к ночи будь помянут!

Сисадмин пожал плечами.

– У них же война вроде бы? Что-то он говорил про борьбу добра и зла, помнишь? – Он неожиданно улыбнулся. – Да, узнать бы, что там происходит? Интересно же.

– А вот мне неинтересно! – противореча самой себе, тут же отрезала Сати. – Мне интересно, чтоб он там подольше задержался. Желательно – навсегда.

Она поднялась и потянулась за пиджаком, висевшим на спинке стула.

– Собирайся, Никита. Выезд у нас, помнишь?

– Помнить-то помню… а куда?

– Боулинг-клуб «Фламинго». Два года им исполнилось, хвалебную заметку желают.

Никита насторожился.

– Хвалебную заметку? А не в этом ли клубе на прошлой неделе перестрелка была? И мы туда ехать должны?! Да там криминал…