Вечный поход
Шрифт:
После выслушанных вчера моих несусветных сказок Митрич топал с таким видом, будто у него одновременно – запор, детский испуг и несварение желудка. Видать, за ночь не улеглось, напротив – забродило. Наверное, не лучше бы он выглядел, если бы ему сообщили, что жить осталось один день всего, но обязан он уплатить все налоги на год вперёд. Это был настоящий ступор! По-моему, держало его на ногах только неожиданное обладание таким сверхоружием, как «Зомби». Хотя, если честно – это словечко сейчас больше
Шаги!
Звук хлестнул по ушам. Наперерез нам по лесу кто-то двигался. Вернее – проламывался сквозь кусты. Многочисленные тонкие ветки шелестели, хлестали, сопротивлялись.
Я знаком остановил Митрича, приложил палец к губам. Шепнул на ухо:
– Ну, вот, батя, назвался партизаном, теперича отдувайся. Видишь поваленный ствол? Затаись за ним. Пропусти… А там по обстановке. Но хоть одного вражину на себя возьми. Как я учил – наводишь и плавно жмёшь… Давай!
Сам я принял левее.
Краем глаза отметил – Митрич шустро выполнил моё указание. Пяток секунд покачались увядшие ветки, и – тишина… В боевой обстановке, даст бог, не подкачает старый царский солдат.
Теперь моя очередь затихнуть, исчезнуть, раствориться среди листвы в пропорции «ноль к ста».
Они пёрли не таясь. Судя по шуму – трое. Я вспомнил ниндзя – опять трое! Но с таким «саундтреком» по фронтовому лесу можно было идти только на собственные похороны. А ниндзя, насколько я понял из недавнего опыта, обожают ходить только на чужие… Кто же на этот раз?
Эти хоть не томили долго и не заставляли выявлять себя при помощи сверхчувств. Неожиданный лай взбудоражил мой слух не хуже стрельбы.
«Собаки! Откуда?»
Через несколько секунд всё чётко встало на свои места. На редколесье, метров за двадцать-двадцать пять от нас, возникли тёмные фигурки. Они шли быстрым шагом. Средний с трудом удерживал на поводке рвущуюся вперёд крупную собаку.
Зверь уверенно рвался к нам! Должно быть, лёгкий ветерок обрисовал ему и меня, и Митрича. И, подозреваю, в самых неблагоприятных тонах. С таким напором и хриплым лаем тянутся к вражьей глотке.
Силуэты умело перебегали зигзагом – от дерева к дереву. При этом они неотступно двигались вперёд, каждый своим маршрутом. Средний с собакой шёл на меня. Крайние, заслышав «рабочий» лай собаки, стали заметно забирать по сторонам, охватывая нас с флангов.
Когда троица приблизилась на десяток шагов, я обмер. Я уже видел эту сцену! Причём, не единожды… С тою лишь разницей, что до сегодняшнего дня – только со стороны и только на экране. И надо признать – в реальности это шествие выглядело угнетающе. ЭТИ шли по наши души.
Чёрные, тускло отблёскивающие каски. Чёрная униформа с серебристыми петлицами. Закатанные по локоть рукава. «П»-образные автоматы с короткими
«Ох, ё-моё, немцы…
Самые что ни на есть ФРИЦЫ!»
Причём не какие попало, а отборные, судя по их слаженным действиям. Зондеркоманда СС. Каратели. Вот и накаркал! Я вспомнил свои давние слова: «А что, отец, немцы в деревне есть?» Есть! Вот теперь ещё и этого добра в винегрет времени подкинули.
Собака уже рвалась с поводка, роняя крупные капли слюны, похожей на пену. Мне казалось, что она уже видела меня сквозь листву.
Указательный палец коснулся спускового крючка. Обвил его короткой зажиревшей змейкой.
На самом-то деле я больше волновался за Митрича. Быстрый взгляд в его сторону меня встревожил ещё больше. Нет, он по-прежнему лежал без движения, но…
Правый каратель двигался прямо на него. И пройти до поваленного ствола оставалось эсэсовцу от силы шагов пять. Нужно было срочно отвлечь внимание фашиста, а дальше – только надеяться, что Митрич не оплошает.
Мой выстрел прозвучал странно, как невинный хлопок в ладоши. Тем более странно, что сильный поджарый зверь от этого хлопка рухнул на полудвижении. Захлёбываясь, а может задыхаясь, стал судорожно дёргать лапами, сгребая слой прелой листвы. Но движения сразу затихли, жалобная скулящая нота зависла и…
– Аларм! – гортанный возглас и сразу же за ним – хлёсткая автоматная очередь. Собаководу мешал стрелять поводок, намотанный на руку. Пули, направленные по неверным адресам, мгновенно попрятались в окрестных стволам, сбив по пути пару мелких веток.
Очереди справа и слева также были неприцельными, проредили кое-какую поросль – не больше.
Ещё один хлопок в странные ладоши и – собаковод, резко откинув голову назад, мгновенно скрутился всем телом и рухнул в траву.
Теперь уже меня заметили. Две очереди взрыли землю в опасной близости от тела. Зелёное крошево листьев осыпалось неподалёку. Вот и чудненько!
«Давай, Митрич!»
«Что, Антил, нервишки ни к чёрту?»
Я от земли сквозь кусты послал влево длинную веерную очередь. Наступавший с того фланга спрятался за кряжистым стволом и ненадолго утих. Должно быть менял магазин…
Глухой удар! Хрюкающий короткий звук. Мои глаза метнулись вправо. Выхватили падающее тело карателя, за ним – Митрич в напряжённой позе, и в его руках топор, взлетающий для нового удара.
«Ну, бляха-муха, ликвидатор! А „Зомби“ тебе на кой выдаден?! Викинг нашёлся!»
«Да ладно тебе, Антил, лесорубу видней, чего в лесу лишнего выросло!»
Не кривя душой, я был рад, что «сын полка» не сплоховал. Должно быть, топор ему пока казался оружием понадёжней, чем странная стреляющая игрушка.