Вечный огонь страстей
Шрифт:
– Может немного пройдёмся? – медленно проговорила она. – У меня онемели ноги.
Сэйт с согласием кивнул и спрыгнул с лошади. Затем потянулся, обхватил ее за талию и нежно прижал женщину к себе, не собираясь опускать на землю.
Джулиана почувствовала, как дрожит от возбуждения тело охотника, и в напряжённом молчании она рискнула посмотреть ему в лицо: голубые глаза были полны грусти и сожаления. В ее сердце затеплилась надежда. «Кажется, он чувствует сейчас то же, что и я», – подумала она. И уже не таясь,
– Я буду скучать по тебе, охотник. Мы увидимся когда-нибудь снова?
Его руки сжали ее ещё сильнее, но она не чувствовала боли, а увидела появившуюся на лице радость.
– Ты хочешь снова увидеть меня?
– Да! О, да! – едва прошептала Джулиана. Он пристально смотрел на нее и прежде чем поцеловать, произнёс пересевшим от волнения голосом:
– Я не переживу, если больше не увижу тебя.
Джулиана прижалась к нему всем телом.
– Когда? Когда мы снова встретимся?
Сэйт снял с нее капюшон и провел рукой по полосам. Его глаза жадно рассматривали ее лицо.
– Боюсь, что не раньше весны, – ответил он с сожалением, – когда сойдет снег, и я сниму капканы.
– Так долго, Сэйт? – разочарованно спросила она. – Это целая вечность.
– Я знаю. И для меня тоже.
Охотник жадно и горячо поцеловал ее в губы. Джулиана, поддавшись нахлынувшим чувствам, которые она испытала только во сне, не расслышала звуки приближающегося экипажа и не сразу поняла, что он уже сажает ее в экипаж.
– Где в Трентоне живет твой брат? – голос Сэйта возвратил ее к реальности.
Она покопалась в саквояже, вынув оттуда карандаш и лист бумаги.
– Его легко найти, – произнесла она дрожащими губами и протянула ему записку.
– Я разыщу, – он дотронулся пальцем до ее губ, – чтобы увидеть тебя, я переверну все на свете.
Охотник поцеловал ее в последний раз и дал знак вознице ехать. Тот щелкнул длинным кнутом, экипаж тронулся. Джулиана ещё долго смотрела на Сэйта. Затем отвернулась, ее душа была переполнена и печалью, и радостью. Она не собиралась ни в кого влюбляться так быстро.
Джулиана стояла перед большим двухэтажным домом Айвы. Она не могла не заметить, насколько он напоминал свою хозяйку: бессмысленное сооружение без ставней и украшений, скрашивающих его прямые формы. Джулиана вздохнула, покрепче сжала ручку саквояжа и взобралась по двум ступенькам к узкой двери. Она остановилась, вся в напряжении, когда ее стук гулким эхом отозвался внутри мрачной прихожей. Но не прошло и нескольких секунд, как послышались знакомые шаги служанки, гулко отдававшиеся на каменном полу. Тилли распахнула дверь и с огромным удивлением посмотрела на нежданную гостью.
– А, это вы, мисс, – смущенно запнулась она.
– Здравствуй, Тилли, – Джулиана приветливо улыбнулась, искренне обрадовавшись ей, единственной
– Джон дома?
Тилли бросила смущенный взгляд через плечо и прошептала:
– Миссис Немет дома, но она в плохом настроении.
– Она всегда такая, – с горечью сказала Джулиана.
Тилли немного подумала, потом все-таки отступила назад, давая ей войти.
– Я скажу ей, что это вы, мисс, – нервно произнесла она.
Джулиана с любопытством смотрела вслед служанке. Почему она так странно ведёт себя? Или ей придётся услышать здесь у двери что-нибудь неприятное?
У нее не хватило времени как следует поразмышлять: в следующее мгновение она увидела спускающуюся по лестнице Айву, слышала шуршание ее нижних юбок о ступеньки и думала, что она еще никогда не видела Айву такой отталкивающей.
Пряди редких волос выбились, беспорядочно падая на шею и плечи. Когда худая, угловатая женщина подошла ближе, Джулиана увидела, что ее бледно-карие глаза покраснели и опухли от слез. Она никогда не видела эту гордую, холодную женщину плачущей, поэтому сразу заговорила первая.
– Прости, что я вторглась к тебе, Айва, – начала она и, смущенно улыбаясь, протянула для приветствия руку, – но…
И сразу замолчала под враждебным взглядом женщины.
Не обратив внимания на протянутую руку и четко выговаривая слова, Айва холодно спросила:
– Что ты здесь делаешь?
Вопрос был задан голосом полным ненависти и едва подавляемой ярости, что Джулиана отступила назад.
– Почему, я думала… хотела сказать, поздороваться с тобой и Джоном, – заикалась она, боясь даже подумать, что собиралась остаться у них до весны.
Глаза Айвы побелели от гнева. Джулиана осторожно взглянула на нее.
– Ты что, также как и твой брат считаешь, что я полная идиотка? Ты думаешь, я не знаю, что это он послал тебя сюда за деньгами?
– О чем ты говоришь? – отступила назад Джулиана, не ожидая такого вопроса.
– Разве Джона здесь нет?
Медленно наступая, Айва впилась в нее суженными от гнева глазами.
Затем вдруг поняла, что та вряд ли в курсе последних событий и бросилась в кресло с высокой спинкой, стоявшее у стены. Она стала немного приходить в себя, но голос ее ещё дрожал от возмущения:
– Твой дорогой братец бросил меня.
Джулиана смотрела на невестку с недоверием.
Неужели брат, наконец, решился оставить свою сварливую жену и ушел от нее? В это верилось с трудом. Она сейчас поняла, что ее собственное замужество развязало ему руки. Иначе он не женился бы.
И хотя она знала, что говорит неправду, Джулиана постаралась утешить женщину.
– Я уверена, он вернётся, Айва.
– Нет, – с горьким убеждением отрезала она, – он сбежал с этой шлюхой из таверны на Ривер-стрит.