Вечность
Шрифт:
Пульс ускорился, и я заерзала на своем месте.
Лэндон преследовал меня. До сих пор мои тщетные попытки оттолкнуть его с треском проваливались. Но что, если я позволю ему победить? Что, если я перестану сопротивляться?
Я понятия не имею, чего он от меня хочет. Может быть, месть моей сестре за то, что она бросила его. Может быть, деньги. Может быть, секс.
Последнее, ну… Разве случайный секс с горячим полицейским такая уж плохая идея? Потому что тело Лэндона таило в себе обещание прекрасного
Была пятница. Если Лэндон ждет меня в офисе, мы можем пойти куда-нибудь поужинать. Выпить бокал вина. Отправиться ко мне домой. Заняться сексом.
В моем сознании сформировался план на вечер.
Не совсем романтично, но я была занятой женщиной. Романтика была переоценена. Я пробовала быть романтичной, но потерпела неудачу в этом.
Я взглянула на букет розовых роз на сиденье рядом со мной. Я сама купила их сегодня. Я покупала себе цветы почти каждую неделю, хотя обычно их доставлял цветочный магазин.
Но после разговора с Лэндоном в спортзале о моей семье и происхождении нашей компании я стала сентиментальной. За обедом я решила заскочить в цветочный магазин.
Прошло больше года с тех пор, как я заходила сюда. Продавщица на входе понятия не имела, что имя моей семьи было указано в документах на место, где она работала, но она была милой и продала мне дюжину роз, завернутых в тонкую папиросную бумагу.
Мне нужно было уделять больше времени посещению таких мест, как цветочный магазин. Это придало мне сил, так же как разговор с Лэндоном о моих любимых аспектах бизнеса.
Он слушал с пристальным вниманием, как я болтала на прошлой неделе.
Обри Кендрик не болтала без умолку.
Он был столь же пугающим, сколь и привлекательным. У меня никогда не было желания лизать потное мужское тело, но пока мы с Лэндоном разговаривали, мне пришлось бороться с непреодолимым желанием пройтись языком по его горлу.
Какое это было странное утро. Удивительно странное. Последующие дни были такими же. Сосредоточенность была в лучшем случае мимолетной, особенно сегодня.
Чем ближе мы подъезжали к «Кендрик Энтерпрайзиз», тем сильнее билось мое сердце. Боль между ног превратилась в пульсирующую боль, и когда мы въехали на парковку, я, не дожидаясь, пока Уилсон или Глен откроют мне дверь, вылезла из машины и бросилась к лифту.
Уилсон побежал, чтобы догнать меня, заняв свое обычное место у задней стены, пока я нажимала кнопку верхнего этажа.
Лифт ехал медленно. Поездка была мучительной. Пока, наконец, двери не зазвенели, открываясь, и я не вошла в вестибюль, ища Лэндона.
Только это был не Лэндон, сидящий на мягком сиденье напротив стола Лии.
— Ох. Эм, привет. — Кто это был? Где Лэндон? Я отбросила свое разочарование
— Мисс Кендрик. — Он кивнул в ответ на мое рукопожатие. — Офицер Бертелло. Я хотел бы задать вам несколько вопросов.
От его тона у меня волосы на затылке встали дыбом.
— Конечно, — сказала я. — Давайте пройдем в мой кабинет.
Кивнув Уилсону следовать за ним, мы втроем прошли мимо удивленной Уинтер в мой кабинет.
— Могу я предложить вам что-нибудь выпить, офицер Бертелло? — Спросила я.
— Нет, спасибо, мэм.
Я указала на диваны.
— Пожалуйста.
Он сел на край, доставая блокнот, в то время как я заняла место напротив него, сидя прямо, как шомпол (Прим. Стержень для чистки и смазки канала ствола стрелкового оружия или, в старину, для забивания заряда в ружьях, заряжаемых с дула).
Что, черт возьми, на самом деле происходит прямо сейчас? Если бы кто-то пострадал, мне бы позвонили, верно? Если бы кто-то попал в беду, этот коп не задавал бы мне вопросов. Была ли проблема с сотрудником? Эти вопросы, как правило, решались Отделом кадров еще до того, как они попадали в поле моего зрения.
Офицер Бертелло щелкнул ручкой, затем поднес ее к блокноту, кончик завис над бумагой.
— Мисс Кендрик, вы можете сказать мне, где вы были в прошлую пятницу утром?
Подождите. Что? Он спрашивал о моем местонахождении?
— Я была здесь. Работала.
— И в котором часу вы прибыли в то утро?
— В шесть. Я прихожу сюда каждый день к шести.
Бертелло сделал пометку, затем поднял глаза, его живот натягивал пуговицы форменной рубашки под пиджаком.
— И вы покидали офис?
В прошлую пятницу? Что, черт возьми, я делала в прошлую пятницу?
— Да. Мой отец пришел в офис около десяти. Мы ездили в антикварный магазин, чтобы он мог купить кольцо для моей матери. Рождественский подарок.
— И он купил его?
— Кольцо? Да. — Я подняла вверх палец. — На самом деле, нет.
Глаза офицера сузились.
— Я купила кольцо. Папа забыл свой бумажник дома.
— Вы купили кольцо.
— Да. — Почему в его тоне было столько сомнения? — Я заплатила наличными. Пять тысяч долларов.
— Пять тысяч долларов наличными? — Офицер Бертелло посмотрел на меня как на идиотку. Ему не нужно было этого говорить, потому что обвинения в его глазах было достаточно. Этот парень считал меня лгуньей.
Поэтому я подняла руку и обвела пальцем в воздухе, напоминая ему, где именно он сидит.
— Да. Наличными.
Он что-то нацарапал в своем блокноте.
— А это кольцо у вас?
— Да. Оно у меня в сейфе.
— Могу я посмотреть на него?
— Нет. Нет, пока вы не объясните мне в чем дело.