Вечно 17

Твин Клэр

Мы стоим около белой калитки, и ждём пока я наберусь смелости пройти в дом. Кстати о доме. Он небольшой; сделан из дерева и напоминает ранчо. Возможно это загородное жильё, но повторюсь: не мне судить.

– И долго мне тебя ждать? – устало спрашивает Эрик, дёргая левой ногой зеленоватую траву.

Понимаю – ему надоело стоять на улице, но мне неловко. Зачем он вообще привёл меня к себе домой? Я чувствую себя не в своей тарелке, как пятиклассница, которая не справилась с задачей у доски. Мои глаза направлены в сторону домика, но украдкой замечаю взгляд измученного брюнета.

– Я точно не буду мешать?

Эрик

игнорирует мой вопрос и хватает меня за руку. Он резко открывает калитку, и мы входим во двор с идеально подстриженным газоном. Мы быстро направляемся к веранде, что была украшена цветами в разноцветных горшках. Здесь полно гардений, кактусов, каланхоэ, китайской розы и орхидей. Словно это какой-то огромный букет цветов. Мы уже вступили на первую ступеньку лестницы, а мне до потери сознания хочется вырваться из хватки Эрика и сбежать отсюда, желательно, в Швецию, чтобы зажить красиво и богато. Время пролетело быстро. Перед моим носом стоит бежевая дверь с жёлтой занавеской в горошек. Я слышу голос телевизора, по которому, как мне кажется, идёт программа «Вкусная кухня», также до меня доносится шум воды и чьи-то легкие шажочки. Боже, почему нельзя промотать время назад и просто сбежать от проблем… от встречи с брюнетом. Мое сердце и так до ужаса сдавленно, так ещё и лишние волнения изнуряют его. В груди очень колко, словно в меня тыкают иголкой по всему телу. Эрик отпускает мою руку и поворачивается ко мне всем телом, поджимая губы. Он взволнован. Об этом мне сообщают его напряжённые скулы и плечи. Черт подери, со стороны это выглядит будто он знакомит меня со своими родителями, как возлюбленную. Меня сейчас стошнит.

– Погоди, – начал разговор парень, – я хочу предупредить тебя кое о чем…

Я нахмурив брови, поправила прядь волос за ухо.

– О чем?

– Моя мама… она очень верующая женщина, поэтому тебе лучше не использовать в разговоре «черт», «ад». И ещё она не любит когда кто-то её перебивает… – он сделал паузу, словно что-то вспоминая. – А! И ещё ты обязана при разговоре кланяться ей.

Меня сейчас хватит инфаркт. М-да, очень необычная у Эрика мать. Я просто стою и пытаюсь дышать глубже, чтобы ни дай Бог не врезать парню по шее. Терпи, Рэйчел, терпи…

– А зачем кланяться? Это какая-то традиция именно в вашем доме? – я хотела сгладить свой вопрос смешком, но у меня вышло очень плохо.

Эрик позвонил в звонок, после чего раздался свист птички.

– Нет, просто моей маме это нравится. Ты ведь хочешь понравиться моей маме, м?

Я не успела дать ответ. Дверь отворилась, и на пороге стояла немного полноватая женщина с темными волосами. На внешний вид она очень мила. Её щеки покрыты красным румянцем, напоминавший летний закат. На женщине надет белый фартук, а в её бордовых руках полотенце. Видимо она нарезала свеклу. Я тут же поклонилась женщине в пояс. Она неловко улыбнулась.

– Привет, мам, – ребяческим тоном произнёс Эрик. Я выпрямила спину и неуверенно поглядела в лицо брюнетки. Они с Эриком очень похожи, особенно губами и цветом волос.

– Привет, – она улыбнулась шире, – представишь меня? – теперь её карие глаза уставились на меня. Забавно, цвет глаз у них разный, наверное, Эрик унаследовал свои от отца.

– Это Рэйчел, моя подруга, – указывает тот на меня, – а это моя мама. Её зовут Дарья, но ты можешь называть

её миссис Нансен.

– Лучше Дарья. – поправила сына миссис Нансен. Я вновь поклонилась. – Что ж… проходите, мой фирменный салат почти готов.

Женщина неловко улыбнулась и отступила назад. Я вошла в дом и сразу услышала запах гарнира и овощей. Прохожая была очень тесная – мы с Эриком стояли слишком близко, словно прятались от родителей после школьного собрания. На стенах были красивые бежевые обои, на паркете каштанового цвета ковер с индийскими узорами. Эрик уже снял с себя верхнюю одежду, и теперь просто стоит около вешалки и ждёт меня. Он украдкой улыбается, заставляя меня чувствовать себя намного хуже. Я, наконец, снимаю с себя пальто, брюнет его повесил на свободный крючок вешалки.

– Тебе идёт эта кофта, – заметил зеленоглазый. Снаружи полное спокойствие, но внутри все во мне кипит, как в вулкане. Я невольно посмотрела на свою кофту: она чёрного цвета с бусинками возле декольте. Надеюсь, мои щёки не горят красным пламенем, ибо парень догадается, что всё-таки я чувствую положительные эмоции.

– Эрик, что ты ведёшь себя, как дуралей! Пригласи девушку в гостиную, угости чаем! – кричит из кухни Дарья.

Парень закатил глаза и недовольно выдохнул.

– Вот! – буркнул тот. – По твоей вине меня отчитывают! От тебя одни проблемы!

Я удивленно смотрю на него. В голове все ходуном, мне трудно понять шутка ли это. Обида. Во мне сейчас играет обида. Я готова схватить своё пальто и удрать из этого дома навсегда. Или проще дать парню подзатыльник. Ах, как всё-таки чешутся руки. Эрик начал улыбаться; его взгляд стал мягче. Он явно пошутил. Видимо юмор у брюнета слишком плоский для меня.

Мы проходим в небольшую комнату с хорошим ремонтом. Стены со светло-бежевыми обоями обвешены картинами, на которых изображены природные пейзажи: закаты, рассветы, звёздная ночь, осенний шторм. Диван с мягкой обивкой полон подушками разных цветов и тканей; рядом с диваном находится стеклянный журнальный столик с фруктами и конфетами. Чёрная, тонкая плазма весит на свободной стенке, а с обеих сторон телевизора стоят по одному горшку с цветками. Эрик подходит к окну и раздвигает темные шторы. Комната вмиг наполнилась светом, от которого разболелась голова.

– Ты присаживайся, будь хозяйкой, а я пока навещу отца и вернусь. – уведомил меня Эрик, переключая канал телевизора на более интересный. Напоследок он хватает конфетку из вазы и покидает гостиную. Больше всего на свете ненавижу именно такие моменты. Меня все всегда оставляют одну. Как же это расстраивает. Я села на диван, дожидаясь возвращения хозяина дома, одновременно рассматривая каждый уголок комнаты. Слышу звук уведомления мобильника. Я уже знала кто мне написал сообщение.

– И кто тебя украл? – пишет мне Роуз.

Я ей лишь успела сообщить, что убегаю в гости, опустив подробности. Я же знаю, что как только я ей расскажу с кем сейчас нахожусь и где, то Ро начнёт меня дразнить. Это я тоже ненавижу. Ответа она не получила.

Наконец, Эрик вернулся. Он довольно улыбается и чешет макушку головы. Ему так идёт улыбка…

– Я сказал отцу, что ты пришла, – продолжает улыбаться тот. Он подошёл к столику и схватил новую конфету. На сей раз карамель.

– Зачем?

– Он давно хотел с тобой поговорить.