Вечер вне дома
Шрифт:
– Это возвращается Солли, – сказал Доман. – Нам нужно спешить. Если оба громилы кинутся нас искать, это будет пострашней фликов.
Бросив лодку, они направились по тропинке, которая вела от реки. Через десять минут они достигли места, где Кен брал лодку.
Шоссе казалось пустынным, павильон игральных автоматов был погружен во мрак. Только световая реклама Вашингтон-отеля слепила глаза.
Неожиданно из темноты вынырнул полицейский, Джонни и Кен остановились.
– Эй, вы, – сказал флик, указывая дубинкой на Холанда. – Мне
– В чем дело? – с замирающим сердцем спросил Кен.
– Вы очень похожи на одного парня, которого мы разыскиваем. Вы – Холанд?
Кен увидел, что Джонни сделал шаг назад и сунул руку в карман брюк.
– Нет! – крикнул Кен. – Только не это! Полицейский отпрянул, но было поздно. Грохот выстрела разорвал тишину. Кен с ужасом увидел, как полицейский опустился на колени, а потом плашмя упал на землю. Кен хотел подхватить его, но Джонни вцепился в его руку.
– Бежим! – прошипел Джонни. – Не будьте идиотом, за нами охотятся!
Кен услышал, как что-то просвистело возле его уха, Джонни споткнулся.
– Бегите! – заорал Джонни, стараясь удержаться на ногах.
Охваченный паникой, Холанд вслед за Джонни бежал по переулку. Сзади раздавались полицейские свистки. Они не преодолели и пятисот метров, как Джонни упал на колени. Кен остановился и нагнулся над ним.
– Куда вас ранило? – задыхаясь, спросил он.
– В руку, – прохрипел Джонни, – я истекаю кровью.
Кен, как безумный, посмотрел вокруг. Он слышал, как кто-то с грохотом спускается по пожарной лестнице отеля, свистки полицейских становились все громче. Что делать? Он наклонился и поднял Джонни, который тяжело обвис у него на руках.
– Куда ведет эта улица?
– Не знаю. Да оставьте вы меня, флики у вас на хвосте.
– Нет!
Кену очень хотелось удрать, но он не мог выпустить из рук свое алиби, которое воплотилось в этом раненом юноше. Он прислонил Джонни к стене какого-то домика. Неожиданно дверь отворилась, и на пороге возникла женская фигурка.
– Входите, быстро, – шепнула она.
Флики были совсем близко, и Холанд, не колеблясь шагнул в домик. Он перетащил Джонни через порог, а женщина закрыла дверь и задвинула засов.
– Он ранен? – спросила она.
– Пуля в руке.
– Оставайтесь здесь, я сейчас.
– Женщины – замечательные создания, – прошептал Джонни. – Каждый раз, когда я попадаю в хреновое положение, они оказываются тут как тут и вытаскивают меня. – Он тяжело навалился на Холанда. – Мне очень плохо. Кажется, я подыхаю.
Холанд, не в силах удерживать отяжелевшее тело, выпустил его и Джонни растянулся на полу, едва не повалив Кена.
Вновь появилась их спасительница, в руке у нее был электрический фонарик.
– Кажется, он потерял сознание, – сказал Холанд.
– Вы сможете донести его? Моя комната наверху. Кен с трудом взвалил Джонни на спину и стал подниматься вслед за женщиной, которая освещала лестницу фонариком. Наконец, они добрались,
– Положите его на кровать.
Холанд положил Джонни на кровать и, взглянув на спасительницу, с удивлением узнал в ней блондинку из зала игральных автоматов.
– Ах, это вы, красавчик, – улыбнулась она. – Кажется, ваши неприятности еще не кончились. Посветите, я перевяжу его.
Девушка быстро разрезала пиджак и рубашку, и Кену, который светил ей керосиновой лампой, стало нехорошо при виде крови.
– Ему еще повезло, – решила девушка. – Нужно остановить кровь.
Совершенно спокойно она взяла чашку с водой, достала из шкафчика полотенце и вернулась к кровати. Остановив кровотечение, она перевязала руку Джонни.
– Ну вот, дело и сделано, – сказала она, собирая перепачканное кровью белье. – Скоро ему будет лучше.
Холанд поставил лампу на стол. Девушка положила Джонни под голову еще одну подушку, а Холанд, прислушиваясь к звукам, доносившимся с улицы, понял, что полиция окружает квартал.
Нужно было во что бы то ни стало предупредить Адамса.
– У вас есть телефон? Мне необходимо позвонить.
– Вы вообще-то соображаете, где находитесь? – раздраженно ответила девушка. – В конце улицы есть телефонная будка, но я не советую вам туда ходить.
– Мы должны убраться отсюда. Если нас здесь найдут, у вас могут быть неприятности. Девушка расхохоталась.
– У меня только и есть, что неприятности!
– Послушайте, он стрелял в полицейского, и очень может быть, прикончил его.
– Ну и что? Мой брат убил двух полицейских, и правильно сделал. Оставайтесь здесь, там, на улице сейчас, как на пожаре. Я приготовлю вам кофе.
– Они могут начать шарить по домам, – проговорил Холанд, ерзая на стуле.
– Довольно! – прервала его девушка. – Это еще не случилось.
Прячась за углом дома, Рафаил Свитинг наблюдал за ночным портье на Мэддокс-Курт, который, зевая, листал иллюстрированный журнал. Если этот сторожевой пес заметит его, он не позволит подняться в нужную квартиру. А если попросить его позвонить Гильде, она вряд ли захочет принять незванного гостя.
Прижимая к себе Лео, Свитинг ждал какой-нибудь оказии. Наконец, портье закрыл журнал, посмотрел на часы и ушел в соседнее с холлом помещение.
Быстрый, как молния, Свитинг толкнул дверь, промчался через застеленный ковром вестибюль и, прыгая через несколько ступенек, был уже высоко, когда портье вновь оказался на своем посту.
Свитинг подождал, прислушиваясь. Потом, убедившись, что все спокойно, продолжил восхождение.
Было без десяти двенадцать, когда он, достигнув шестого этажа, позвонил у двери. Через несколько минут Гильда, одетая в бледно-голубой халат, открыла и, увидев Свитинга, хотела уже захлопнуть дверь, но, наученный горьким опытом Рафаил, успел вставить ботинок в образовавшуюся щель.