Вдовец

Макошь Рина

Как и в остальные ночи, Майя еще долго не могла уснуть. А когда наконец Игорь смог переложить ее в кроватку, то увидел, что Максим уснул не у себя в комнате, а в спальне Игоря. Стоило отцу забраться под одеяло, мальчик тут же проснулся.

– Папа, давай и тебя я уложу?

Сон быстро слетел с глаз Максима, он накрыл отца одеялом. Игорь обнял сына и поблагодарил его. Он гордился сыном и от этого чувствовал себя гораздо лучше. И пусть уже через два часа младшая дочь проснется, пусть он в очередной раз не выспится. Но он знает, ради чего и для чего это все.

Для них, для детей. Что бы они росли в любви и заботе.

Глава 6.

Игорь, Максим и двухмесячная Майя по дворам возвращались с прогулки на детский площадке. Был первый рабочий день после праздников. Максим бегал и носился вокруг отца и коляски, выскакивал с тротуара на проезжую часть, прятался за припаркованными машинами. Игорь чувствовал себя очень уставшим, он в полглаза следил за Максимом, а сам думал, что впереди ждет очередная бессонная ночь.

«Дам ей перед сном капель от живота, заранее, может сработает…» – вяло думал Игорь.

Внезапно он услышал звук машины, которая проезжала через дворы слишком резво. В тот момент, когда он обернулся, что бы убедиться, что со всеми его детьми все в порядке, он увидел, что машина едва не наехала на Максима. Игорь быстро подбежал к сыну, оттащил подальше на тротуар и крепко обнял. Машина уже скрылась за поворотом. Хотелось кричать на сына, ругать, что он чуть не бросился под колеса, но не было сил. И Игорь понимал, что Максим всегда себя так ведет. Но обычно Игорь внимательно за ним следил. А сегодня слишком устал.

Это происшествие открыло глаза Игорю на то, как сильно он устал и что его невнимательность может быть чревата последствиями. Он осознал, что нужно что-то сделать, чтобы хотя бы немного отдохнуть, поспать без перерывов на кормление, качание и переодевание подгузников. Тогда он сможет обеспечить своим детям хотя бы безопасность.

Игорь быстро принял решение отдать Майю бабушке на несколько дней. Девочка уже к ней привязалась, легко шла к бабушке на руки, и Игорь не видел другого варианта.

Он не поленился собрать целый чемодан вещей для дочери: от подгузников и пеленок до любимой игрушки и влажных салфеток запасом на год. На всякий случай он положил бы и всю комнатку дочки, но комната не помещалась в небольшой чемоданчик. Только бы не случился форс-мажор, из-за которого им бы пришлось возвращаться.

И вот Максим собран и отдан в детский сад, дочь надежно привязана ремнями безопасности к автолюльке, а у Игоря впервые за долгое время в голове чуть не ангелы поют от радости. Столько он всего успеет сделать эти несколько пару дней: и поспать вволю, и поработать, и дома убраться. Может быть, даже успеет соскучится по дочери.

Ирина Васильевна и Петр Сергеевич за пару месяцев сильно постарели: появились очень глубокие морщины, тесть поседел окончательно, тещины щеки сильно опустились вниз. С появлением внучки в их квартире поднялся настоящий бедлам – точно в первый раз видели. Игорю это понравилось. Он всегда видел, с какой любовью они относились к единственной дочери и ее

сыну, как нежно ждали внучку и сейчас их помощь оказалась неоценимо важна. Игорь был на грани. Несмотря на все то, что они и без того делали почти каждый день: гуляли с коляской или забирали внука ночевать к себе, не редко случалось Ирине Васильевне перестирать и гору одежды, скопившуюся всего за несколько дней.

И вот, несмотря на хмурое январское небо, серые дома вдоль Ленинского проспекта, Игорь ехал и даже подпевал песенке про боль-любовь-смогу-переживу с задорным, не под стать словам, мотивом.

Окна в квартире пропускали рассеянный свет, и дом казался светлее, чем в самый ясный день праздников. Игорь увидел пятна засохшей овсянки на фасаде кухни, темные следы пальцев на холодильнике, зрение будто обострилось, и мужчина принялся приводить жилище в божеский вид. Он поторапливал себя, ведь впереди еще заказ. Очень выгодный, очень интересный.

Игорь взглянул на свои руки, уставшие от уборки квартиры. Предстояло еще отмыть холодильник и газовую плиту. Пока он наводил чистоту, он отпустил свои мысли в свободное плавание. Сначала ему было больно вспоминать эти два месяца, что он провел без жены, один с пятилетним сыном и новорожденной дочерью. Но потом он начал хвалить себя. Ведь не смотря на все тягости, он справлялся самостоятельно несмотря на то, что дети требовали много внимания и заботы. Он прикладывал столько усилий, чтобы укрепить связь с детьми. Не всегда все получалось идеально, но получалось ведь. Поездка в Устюг один из ярких примеров того, как сильно Игорь старается.

Он вспомнил о своих стараниях быть хорошим отцом, когда Нелли была жива. Кажется, был месяц седьмой ее беременности. Ее живот так округлился, стали хорошо чувствоваться пинки нерожденной малышки. Тогда жена потащила его на фотосессию – Игорь улыбнулся воспоминаниям – он совсем не хотел тогда фотографироваться. Просто не понимал зачем это нужно, но при этом хотел порадовать жену и только поэтому согласился. И теперь он может рассматривать счастливое лицо Нелли, обхватывающей живот. Все-таки хорошо… хорошо, что он тогда согласился. Может и сейчас, все что происходит даст какой-то хороший результат в будущем? Может быть это все – не просто так? Может это помогает ему расти, становится сильнее? Может это поможет стать ему действительно хорошим отцом в будущем. А пока он будет стараться. Стараться изо всех сил. Так же сильно, как он сейчас старается вывести пятно на газовой плите.

Внезапно он вспомнил вчерашний инцидент во дворе, когда машина проехала очень близко к его сыну. Он не заметил ее, потому что был слишком уставшим и рассеянным. Как бы он ни старался, он все еще был недостаточно хорошим отцом своим детям, ведь он подверг сына смертельной опасности. По спине снова пробежал холодок от предательской мысли «А если бы…». Он так разозлился на себя за свою безалаберность, что с особой жестокостью выбивал пыль из коврика на балконе.

«Я обязательно буду больше отдыхать, как только закончу проект», – пообещал себе он.