Вдали от солнца
Шрифт:
– Как пожелаете. Вы должны понимать, что если получите отказ при личной встрече, то возвращаться ко мне с заявлением будет бессмысленно. И не пытайтесь совать ему деньги, не изложив подробностей своей проблемы. Это вам больше навредит, чем поможет.
Увидев, что Грета утвердительно кивнула, чиновник встал из-за стола, пригласив женщину следовать за ним. Пройдя по узкому, плохо освещённому коридору, он остановился возле одной из дверей и, прежде чем отворить её, прошептал:
– Помните, я вас предупреждал.
За дверью оказался просторный кабинет с большим
– Присаживайтесь. Что там у вас, жалоба или прошение?
– У меня просьба, - стараясь, чтобы её голос не дрожал, произнесла Грета. Она заметила возле стола большую плетёную корзину, наполненную обрывками бумаг, на которых виднелись разноцветные печати, и поняла, что нужно очень тщательно подбирать слова.
Скользившие по строчкам глаза советника замерли в одной точке. Он отложил заявление в сторону, затем снова взял его в руки, разорвал и только после этого посмотрел на сидевшую по другую сторону стола женщину. Казалось, этот взгляд вызвал порыв холодного воздуха, проникший в кабинет через приоткрытую створку окна. Одетая в сильно декольтированное платье Грета моментально замёрзла, и вместо улыбки у неё вышла кривая гримаса. Несколько мгновений Колман бесстрастно изучал её лицо, но когда его глаза переместились ниже, то излучаемый ими холод смог бы легко превратить в лёд большую бочку с водой. Небрежным движением советник встряхнул рукой, расправляя кружевной манжет и сказал, вытянув вперёд ладонь:
– Давайте сюда ваше заявление.
– Дело в том, - сбивчиво начала говорить Грета, наблюдая перед собой аккуратно подстриженные и тщательно отполированные ногти на его руке, - что описание моей просьбы превышает установленный для таких целей объём текста. Если вы позволите, я хотела бы...
– Не позволю.
– Уже не скрывая своего презрительного отношения к посетительнице, проговорил Колман.
– Существуют определённые правила, нарушать которые не позволяется никому. Если вы не можете предоставить письменное заявление, то потрудитесь покинуть мой кабинет.
– Пожалуйста, - дрожащими губами пролепетала Грета, - выслушайте меня, господин советник третьего класса. Я буду вам очень признательна.
Она высыпала на стол остававшиеся у неё золотые монеты и, не придумав ничего лучше, вытряхнула всё содержимое своего кошелька. Следя за катящейся по столешнице медной монеткой, Колман приподнял оказавшуюся на её пути чернильницу и не стал препятствовать падению медяка на пол. Тихое звяканье оповестило о том, что монетка достигла пола, но Грете в этом звуке почудился перезвон колоколов, исполнявших реквием.
Туго затянутый корсаж не позволял вздохнуть полной грудью,
– Какие у вас интересные духи, - сказал он уже без прежней неприязни.
– Ни разу не встречал ничего подобного. Не подскажете мне имя парфюмера, у которого можно было бы заказать точно такие же?
Трясущимися руками Грета достала из кармашка флакончик и выставила его на стол:
– Эти духи мне подарили около десяти длинных сезонов тому назад. Я не знаю, кем они созданы.
– Удивительно, что они не потеряли свойств за столь долгий срок, - покачал головой Колман и впервые за время разговора дружелюбно улыбнулся: - Если вы когда-нибудь захотите их продать, то я мог бы предложить очень хорошую цену. Лучше, чем вы могли бы себе представить.
– Я... я вам их подарю, - поспешно произнесла Грета, - не нужно никаких денег.
– Подарки от женщины мне ещё ни разу не приходилось получать, - засмеялся советник.
– Я не настаиваю на том, чтобы вы отдали мне их даром, поэтому ещё раз спрашиваю: не хотите ли вы продать духи?
Она отрицательно мотнула головой и только сейчас обнаружила, что в другой руке держит смятые заявления:
– Извините... Я случайно...
– Ничего страшного, - сказал Колман, возвращаясь на своё место.
– Вы, в отличие от меня, нашли этим бумагам, хоть какое-то применение.
Он взял в руку флакон, коснулся рукой того места, где плотно притёртая пробка закрывала горлышко и несколько раз провёл пальцами возле носа.
– Изумительный аромат... Эти духи - настоящее произведение искусства. Они попали в руки истинного ценителя, можете не сомневаться. Не обижайтесь, но женщины не способны правильно пользоваться изысканной парфюмерией. Наверное, всё дело в самой женской природе.
– Я не обижаюсь. Спасибо вам за платок. Я его выстираю и обязательно пришлю вам.
– Нет-нет.
– Замахал руками советник.
– Оставьте у себя. Говорят, плохая примета носить в кармане платок, однажды впитавший чьи-то слёзы. Теперь, когда вы успокоились, объясните мне на словах, в чём состоит ваша просьба. Придется сделать исключение, отойдя от предписанных норм рассмотрения заявлений.
Не рискнув ничего утаивать, Грета рассказала всё о своих отношениях с Ладвигом, упомянув обстоятельства, при которых они расстались.
– Так это ваш сержант был назначен Магистратом на должность дознавателя. И он же сопровождал человека, которого прислала сюда канцелярия архиепископа Берхарда, - задумчиво произнёс Колман.
– Боюсь, что вы нескоро увидите своего возлюбленного, если вообще
когда-нибудь увидите.
– Его казнили?!
– Испуганно вскрикнула женщина.
– Не думаю. Возможно, в военное время так бы и случилось, но не сейчас. Я догадываюсь, где может находиться арестованный сержант.