Вавилонская башня

Смирнов Александр Сергеевич

Нет, ничего этот Энштейн изменить не может. Правильно его сумасшедшим считали. Как ни старайся, как ни растягивай время, а оно всё равно проходит. Хоть бы на часик, хоть бы на минутку, хоть бы на секунду задержалось. Нет, идёт себе, как положено, будто кроме него во вселенной больше и нет ничего и никого.

— Отпуск к концу подходит, — печально говорит Александру Таня, — скоро в Москву надо ехать.

— К маме пойдём?

— Я хочу

сначала одна. Надо подготовить её.

— Нас дядя Кузьма в гости пригласил.

Таня прижалась к груди Саши и улыбнулась.

— Конечно, пойдём. Я теперь за тобой как ниточка за иголочкой: куда ты, туда и я.

— К сожалению, ниточка скоро поедет в Москву, а иголочка останется в Петербурге.

— Это ненадолго. Я напишу заявление на имя управляющего банком, чтобы он перевёл меня в какой-нибудь петербургский филиал.

— А кто у вас управляющий? Ты его знаешь?

— Видела несколько раз. Он из бывших партийцев.

— Они все в банки подались.

— Саня, я так боюсь за тебя. Сейчас всё так ненадёжно!

— Времена не выбирают — в них живут и умирают.

— Знаешь, что я хочу?

— Чего?

— А ты не будешь смеяться надо мной?

— Ну, говори, раз начала.

— Я хочу от тебя ребёнка.

— Это само собой разумеется. Поженимся и будет ребёнок.

— А я сейчас хочу. Разве твоя мама ждала, когда твой папа на ней поженится?

— Тогда война была.

— А сейчас что?

— Да, миром точно не назовёшь.

— Ну, так как?

— Что, как?

— Я на счёт ребёнка.

— Я согласен.

— Ну?

— Что ну?

— Я жду.

— Прямо сейчас, что ли?

— Конечно.

Николай поймал Машу за руку, когда та попыталась открыть дверь парадной.

— Тьфу ты, напугал чёрт! — вздрогнула она.

— Зайдём ко мне на работу. Дело есть.

— У меня дома ужина нет.

— Успеешь.

Николай забрал авоськи у жены и направился в бывшую школу. Целый час сидел он в своей коморке и говорил жене какую-то ерунду.

— Ты для чего меня сюда позвал? — прервала его бред Маша.

— А ты помнишь, как меня в госпитале ходить учила?

— Помню.

— А как я костыли прятал?

— Ты куда клонишь?

— Мы тогда с тобой дошли до кустов и…

— Слушай, — стукнула себя по голове Маша, — я, кажется, понимаю, что происходит. Тебя, что на старости лет в кусты потянуло? Я слышала, что у мужчин так бывает. Тебе шестьдесят четвёртый год пошёл. Ты для этого меня сюда затащил?

— Тьфу ты, ну всё опошлишь! Дети у нас дома, неужели не понятно?

— Вот я и спешу ужин приготовить.

— Нужен им твой ужин как собаке пятая нога!

— А

что же им сейчас нужно?

— А что тебе в их возрасте было нужно? Я ведь не случайно кусты то вспомнил.

Маша с испугом посмотрела на мужа.

— Коля ты думаешь, что они?…

— Неужели ты не заметила, как они друг на друга смотрят?

— Господи, это мы с тобой, значит, бабкой с дедкой скоро стать можем?

— А я тебе что толкую?

— А сюда-то меня для чего надо было тащить?

— Как для чего? Надо же им для этого время дать. А то мы всё время маячим перед их глазами.

Николай с Машей пришли домой в первом часу ночи. Прямо с порога на них набросился Александр. Таня держала у уха телефонную трубку, но увидев родителей, положила её на место.

— Вы где были!? Мы уже все морги обзвонили! — крикнул Саша.

— И все больницы, — поддержала Таня.

Николай почесал затылок, посмотрел на жену, ухмыльнулся и сказал:

— На работе задержались.

***

Невозможно передать словами те чувства, которые испытывает мать, встречая свою дочь после годовалой разлуки. Она бегает вокруг своего чада, словно челнок. Ставит на стол всё, что только есть в доме вкусненького, засыпает ребёнка вопросами, но не в силах дождаться ответа на один вопрос, задаёт следующий.

— Танечка, — причитает мать, — ну, а молодые люди у вас в банке есть?

— Конечно, есть, мама. Я работаю с клиентами, а они в основном молодые мужчины.

— И все, наверное, положение высокое занимают?

— Они либо генеральные директоры, либо их заместители.

— Господи, как интересно! А из них кто-нибудь ухаживает за тобой?

— Мама, да от них спасу нет! Каждый только повода ищет.

— А тебе кто-нибудь нравится? — с замиранием сердца задаёт мама тот основной вопрос, к которому так долго подводила дочь.

Таня опускает вниз глазки и слегка краснеет.

— Ну, говори матери, не стесняйся. Неужели мама не поймёт тебя?

Таня поднимает глаза и смотрит на мать, будто перед ней икона самого Иисуса.

— Он замечательный человек!

— Как его зовут?

— Саша.

— Он клиент вашего банка?

— Он работает в охранном предприятии.

Сияющее лицо мамы, слегка померкло.

— У него есть высшее образование?

— Разве это главное, мама?

— В нашей семье все… — Начала мать, но дочка перебила её.

— У нашего папы не было никакого высшего образования!

— Сравнила тоже! Тогда война была.