Ватутин (Путь генерала)
Шрифт:
Гитлер, увидев, что теряет рубеж Днепра, стал собирать резервы и теперь двинул их на Украину, приказав любой ценой взять Киев и сбросить советские войска в Днепр.
Ватутин доложил обо всем в Ставку, и войска 1-го Украинского фронта получили указание перейти к обороне.
Снова завязалось крупнейшее сражение за Киев, за Правобережье Украины. Противнику удалось овладеть Житомиром и развить наступление вдоль шоссе Житомир — Киев.
У Фастова, южнее шоссе Житомир — Киев, гитлеровцы были остановлены. Но однажды пасмурным ноябрьским утром сотни
Над Киевом снова нависла угроза.
Гитлеровская печать затрезвонила о победоносном наступлении фашистских войск и о неизбежном поражении Советской Армии Особые похвалы относились к генералу Гассо фон Мантейфелю, нынешнему наемнику Пентагона. Американцы сообщают, что этот потомок фельдмаршала Мантейфеля, служившего королю Вильгельму I, удостоился за войну двадцати пяти аудиенций Гитлера и должен был, командуя вместо пресловутого генерала Роммеля его 7-й танковой «дивизией призраков», выполнить личный приказ «фюрера» — ворваться в Киев.
У американцев есть причины превозносить Мантейфеля потому, что, командуя танковой армией, он в 1944 году бил их во Франции. Но за год до этого 7-я танковая дивизия Мантейфеля — Роммеля была разгромлена под Житомиром танкистами генералов Кравченко и Полубоярова и действительно превратилась в «дивизию призраков». И ни Мантейфель, ни Манштейн, ни один гитлеровец не достиг Киева, хотя гитлеровское командование сосредоточило против 1-го Украинского фронта 51 дивизию, десять из них были танковыми.
Против Ватутина наступало почти в десять раз J.больше войск, чем против любого из американских или английских генералов и фельдмаршалов, «действовавших» в то время на разных фронтах войны. В боях у города Фастов и безвестного села Кочерово, у станции Тетерев участвовало больше танков, чем в любом из «сражений», сомнительную славу которых пыталась раздуть английская и американская пресса.
Танковые дивизии Гитлера подступали к Киеву все ближе и ближе.
В это время в городе был назначен митинг трудящихся, посвященный освобождению столицы Украины.
Канонада уже явственно слышалась на улицах города, но Хрущев и Ватутин не отменили митинга. Они верили, что враг не достигнет Киева, потому что знали стойкость своих войск, знали силы резервов, которые шли из глубины страны на защиту Киева, на освобождение Правобережной Украины.
Соединение за соединением — танковые, артиллерийские, стрелковые, пополненные и отдохнувшие после боев на Курской дуге, — спешили на поездах и машинах по наведенным на Днепре мостам, быстро выгружались западнее Киева и с ходу переходили в контратаки.
Соединение генерала Полубоярова прибывало в эшелонах к станции Тетерев, когда на станцию ворвались полки танковой дивизии СС «Адольф Гитлер».
Не медля ни минуты, прямо с платформ открыли советские танкисты огонь по вражеским танкам, въехали на станцию и, развернув на платформах свои «Т-34», соскочили на рельсы, бросились
Танковые соединения Рыбалко и Кравченко перехватывали пути наступления противника, а когда тот, маневрируя, устремился на север, чтобы оттуда подойти к Киеву, советские танкисты контрманевром снова становились у него на пути.
Новой славой покрыли себя артиллеристы, отразившие главный удар немецких танков у города Брусилова.
Полки орудий большой мощности в течение двух недель вели огневые бои с тяжелыми танками врага, и от ударов советских снарядов разлеталась на куски броня «пантер» и «тигров».
За щитом войск 1-го Украинского фронта, под грохот советских танков, шедших по бульвару имени Шевченко на запад, на защиту Киева, под гул советских самолетов, проносившихся на запад из-за Днепра, собрались на митинг у памятника Тарасу Шевченко жители Киева.
От имени красноармейцев, офицеров и генералов Маршал Советского Союза Жуков передал киевлянам сердечный привет и поздравления с освобождением от фашистской оккупации.
— Гитлеровские оккупанты, — говорил он, — познали уже крепость ударов Красной Армии под Белгородом, Харьковом, Полтавой, в Донбассе. Отступая за Днепр, они надеялись передохнуть и выждать время для того, чтобы нанести нам удар, чтобы расправиться с Красной Армией за те поражения, которые она нанесла немцам текущим летом.
Они действительно лелеяли такие надежды. Им действительно эта передышка была очень и очень нужна. Они думали отсидеться за такой крепкой естественной преградой, как Днепр, поднять дух своей армии и веру в возможность своей победы. Но они понесли поражение под Киевом. Это такое поражение, которого они не ожидали.
На далеких подступах к Киеву немцы собрали серьезный кулак. Они стянули десятки дивизий, среди них 10 танковых, и пытались перейти в наступление. В течение последних двух недель немцы отчаянно рвались вновь к Днепру и Киеву. Но из этих попыток ничего не вышло. Немцы понесли колоссальные потери...
Красная Армия била, бьет и будет бить проклятого врага. Она била его летом, бьет осенью и нещадно будет бить зимой.
Мы будем бить противника до тех пор, пока не добьемся окончательной победы...
Киевлян поздравил командующий 1-м Украинским фронтом генерал армии Ватутин. Он передал боевой привет трудящимся Киева от генералов и офицеров, солдат и сержантов войск 1-го Украинского фронта.
— Огромное стремление к Днепру, — говорил Ватутин, — стремление на плечах противника форсировать эту могучую водную преграду привело к тому, что части Красной Армии в кратчайший срок очистили от врага всю Левобережную Украину и перевалили на правый берег. Этот порыв создал тысячи Героев Советского Союза, показавших свою богатырскую силу и невиданный героизм. Каждый боец, офицер и генерал 1-го Украинского фронта видел перед собой наш родной Киев. Верховный Главнокомандующий дал приказ войскам 1-го Украинского фронта овладеть Киевом 6 ноября. Этот приказ был точно выполнен. Наш родной Киев освобожден от врага.