Ватерлоо Шарпа
Шрифт:
Шарп встал рядом с дорогой и, сняв шляпу, стал ждать, когда с ним поравняется ведущая рота. Это была его рота, легкая, которую возглавлял капитан д`Аламбор. Лица людей были белыми от пыли, на которой оставляли следы ручейки пота. Дэниел Хэгмен издал радостный возглас, когда Шарп бросил ему полную флягу с водой. Белые танцевальные бриджи д`Аламбора перепачкались в воске, которым было натерто седло. Капитан осадил лошадь рядом с двумя стрелками и взглянул на клубы дыма впереди.
— Ну как оно там?
— Тяжелая работа, Питер, — сказал Шарп.
— Бони там? — этот
— Насколько мы знаем, нет, — ответ Шарпа разочаровал д`Аламбора.
Бригада остановилась, пока ее командующий, сэр Колин Холкотт определял, где нужнее его четыре батальона. Подполковник Форд и два его майора, Вин и Миклвайт поднялись вверх по склону и подъехали близко к Шарпу, Харперу и д`Аламбору. Форд, близоруко щурясь на дым, поздно понял, что слишком приблизился к Шарпу, чье присутствие заставляло его чувствовать дискомфорт, однако напустил на себя бравый вид и спросил:
— Неслабо там постреливают, верно?
— Да уж, там тяжело приходится, Форд, — ответил Шарп.
Казалось, больше им и говорить то не о чем. Форд улыбался так, как он считал, подобает полковнику, майор Вин сердито смотрел на солдат батальона, уныло идущих по дороге, а майор Миклвайт притворялся, что внимательно изучает покрытую эмалью картинку на крышке своей табакерки. Внезапно раздался взрыв, который прозвучал громко даже для полуглухого майора Вина, который резко повернулся и увидел, что в телегу с зарядными ящиками попало французское ядро, и в небо поднялся клуб дыма и пламени.
Подполковник Форд вздрогнул от внезапного взрыва и теперь глядел сквозь толстые стекла очков на поле боя, которое казалось ему нагромождением крови, дыма и мертвых тел. Пушечные ядра вспахивали землю, вздымая куски земли перед тем, как удариться в линии шотландцев.
— Боже всемогущий, — произнес Форд, хотя и не собирался выдавать свои чувства.
— Осторожнее с их стрелками, — посоветовал Шарп, — кажется, они задействовали больше ублюдков, чем обычно.
— Больше? — голос Форда выдавал его страх перед тем, что он должен бросить свой батальон в этот котел.
— Неплохо бы развернуть дополнительную роту стрелков, — Шарп, видя нерешительность Форда, постарался, чтобы его совет прозвучал хоть и жестко, но не выглядел снисходительно, — но при этом парням надо следить за кавалерией. Она никогда не отходит слишком далеко. — Шарп указал рукой туда, где ручей впадал в маленькой озерцо позади Жемонкура. — Там есть мертвая зона, впадина, где и прячутся эти ублюдки.
— Да, да, — Форд снял очки, протер их своим поясом и надел обратно. Затем он посмотрел на то место, но не увидел на том месте, куда указывал Шарп, ни впадины, ни кавалерии. Он подумал, что может быть Шарп специально запугивает его, и чтобы показать, что он вполне может сам решить военные вопросы, распрямил плечи и развернул лошадь обратно к батальону. Вин и Миклвайн, как послушные гончие, последовали за ним.
— Он ничего не желает видеть, — вздохнул д`Аламбор.
— Тогда хоть ты следи за кавалерией, Питер. Они там, и их около
— Да, Шарп, да. — д`Аламбор суеверно коснулся кармана, в котором хранились письма его невесты. — Вы получили вексель от того придурка?
Шарп только через пару секунд понял, что д`Аламбор говорит о лорде Розендейле и покачал головой.
— Еще нет.
— О, Боже. Значит, я полагаю, утром мы станем свидетелями дуэли.
— Нет. Я просто отыщу мерзавца и отрежу ему яйца.
— Великолепно! — сказал д`Аламбор. — Это должно удовлетворить вас.
В батальон пришли приказы. Бригада должна занять позицию на поле перед лесом, где их огонь должен ударить во фланг любой возможной атаке французов. Из штаба сэра Томаса Пиктона поступил приказ всем четырем батальонам выстроиться в каре на поле.
Шарп пожал руку д`Аламбору.
— Следи за стрелками, Питер! — он помахал Гарри Прайсу, который когда-то был его лейтенантом. — Жаркая предстоит работенка, Гарри!
— Я уже подумываю подать в отставку, сэр. — Гарри Прайс, слишком бедный, чтобы купить лошадь, истекал потом от этого дневного перехода. — Отец всегда хотел, чтобы я стал священником, и я начинаю думать, что зря отверг его предложение. Боже, да ведь это Харпер!
Харпер ухмыльнулся.
— Рад видеть вас, мистер Прайс.
— Я думал, что вы демобилизовались.
— Так и есть.
— Ну ты и псих! Какого черта ты тут делаешь? — Прайс был искренне изумлен. — Тебя ведь могут убить, дурак!
— Ну уж нет, я держусь подальше от стрельбы.
Прайс покачал головой и поспешил к своему батальону. Батальон, пройдя через лес на поле, выстраивался в каре, как и другие три батальона бригады Холкотта.
Шарп и Харпер поскакали обратно к перекрестку, где Принц Оранский беспокойно ерзал в седле с саблей в руке. Он был сильно разочарован неудачами. Сначала его пехотинцев скомкала первая атака французов, затем кавалерия бежала от французских пик, и ему было стыдно за поведение своих соотечественников.
— Ну вот взгляните на тех людей! — указал он на четыре батальона бригады Холкотта, которые строились в каре возле леса. — Абсурдно ведь строиться в каре! Полная чушь! — он раздраженно повернулся, выискивая своего британского офицера штаба. — Шарп! Вот вы объясните мне! Зачем они строятся в каре?
— Из-за кавалерии, сэр, — тактично сказал Шарп.
— Я не вижу никакой кавалерии! — Принц обвел взглядом поле боя. — Где же она?
— Там, сэр, — Шарп показал рукой. — Слева от фермы озеро, вот там они и прячутся. Они спешились, поэтому их не видно, но они там, без сомнений.
— Да вам просто кажется. — С тех пор как Принц потерял контроль над своей кавалерией, ему больше ничего не поручали, и он чувствовал себя обиженным. Герцог Веллингтон, не обращая на него внимания, сделал его почетным наблюдателем. «Черт возьми! — думал он, — глядя на сражение издалека не заработаешь никакой славы». Он оглянулся на бригаду Холкотта, четыре батальона которой уже выстроились в каре.
— Что это за бригада? — спросил он у штаба.
Ребек взглянул на Шарпа и тот ответил.